Как Америка стала великой. На пути к американской исключительности - Дмитрий Викторович Суржик

Востоке и окончательно был отправлен в утиль после поражения немцев при Сталинграде. Вероломство Германии в марте 1939 года исключило ее новый сговор с западными державами, а вероломство в июне 1941 года исключило сотрудничество с СССР. Злоупотреблявшая коварством Германия теперь оказалась между молотом и наковальней, у нее больше не было возможности ни сокрушить Советский Союз, ни выбить из войны даже Британию, не говоря уже о США. А с точки зрения грубой мощи нацистской Германии было далеко не то что до США, которые во время высадки во Франции смогли выставить (единственные во время Второй мировой войны) полностью механизированную, моторизованную армию, но и до советской военной промышленности, которая в гораздо более суровых условиях могла работать гораздо производительнее немецкой.

С 1943 года у держав «оси» не было шансов уже даже не на победу, но и просто на «почетный мир». Американское требование «безоговорочной капитуляции», выдвинутое в январе 1943 года как эрзац второго фронта для Советского Союза и принятое после Курской битвы Сталиным, означало, что побежденные будут разгромлены тотально и утратят как минимум на некоторое время свой суверенитет. В свою очередь, разрушения, вызванные войной, будут ослаблять послевоенное положение основных союзников США – Британии и СССР. Конференции в Каире, Тегеране и Ялте должны были очертить контуры послевоенного мира, наиболее благоприятного для США. Победный марш США вперед не остановила даже смерть архитектора американской гегемонии Франклина Рузвельта в апреле 1945 года. Он скоропостижно скончался вскоре после того, как в частном разговоре сказал, что желает после войны возглавить Объединенные Нации. Можно только гадать, как изменилась бы история мира, если бы он продолжил свою политическую деятельность, будучи увенчан лаврами победителя Германии и Японии. Ирония судьбы: три президента, выигравшие важнейшие войны в истории Америки, – Линкольн, Вильсон, Франклин Рузвельт – либо недолго наслаждались своим триумфом, либо до него не доживали.

В мае 1945 года капитулировала Германия, в сентябре 1945 года – Япония. Европа и Азия лежали в руинах. Америка, не затронутая войной, была на вершине мира. У нее была половина мировой промышленности, под нее была разработана новая, Бреттон-Вудская финансовая система, ее восьмимиллионная армия стояла в ключевых точках Европы и Азии. Ее экономика вышла из депрессии, а население наслаждалось изобилием. Казалось, что страна, созданная менее двух веков назад из группки аграрных колоний Англии, не просто стала сверхдержавой, но и что ее глобальная гегемония на неопределенно долгий срок находится на расстоянии вытянутой руки. Британия из-за войны обанкротилась и не могла больше поддерживать свою империю. Советский Союз был обескровлен и умолял о крупном американском займе для восстановления территорий, разрушенных войной. Германия и Япония, некогда американские конкуренты, были оккупированы и разрушены. Большая часть Китая, величайшего приза для любой великой державы с середины XIX века, контролировалась проамериканским правительством Чан Кайши, а в некоторых портовых городах прямо стояли американские войска. И все же сразу после войны Америке не удалось добиться однополярного мира. Просто грубого материального превосходства оказалось недостаточно. Его всегда будет недостаточно.

Стоит отметить две вещи. Первое – исключительную умелость дипломатии Рузвельта, которая извлекла максимум возможного из предвоенной и военной обстановки для США. Второе – серьезную неадекватность реакции на нее, особенно среди критиков внешней политики Рузвельта, принадлежавших к правому и к крайне правому политическому спектру. Рузвельта упрекали за то, что он «предал» Восточную Европу, отдав ее Сталину в Ялте, что пустил коммунистов слишком далеко в Европу, что он спровоцировал войну с Японией. Критики не понимали или не хотели понимать, что Советский Союз, истощенный войной, не имеющий океанического флота, окруженный аурой недоброжелательства из-за своей необычной идеологии и внутренней политики, является для США гораздо менее опасным противником, чем динамичные и агрессивные Германия и Япония, имевшие потенциал объединить свою первоклассную промышленность и научно-инженерные школы с сырьем Европы и Ближнего Востока (в случае успеха Германии) или Китая и Юго-Восточной Азии (в случае успеха Японии) и при этом менее далекие по своему внутреннему устройству от других стран. Они не понимали или не хотели понимать, что Япония, как и любое государство на Тихом океане, претендующее на статус великой державы, может быть американским оплотом только в случае полного разгрома и оккупации. Американцам как народу дешево и легко досталось то, за что европейские державы дрались зубами и когтями, доводя себя порой до грани полного истощения. Из этого вытекало и своеобразное отношение к внешней политике и своеобразная же оценка как ее, так и внешнего мира.

И все же важнейшим фактором таких успехов США была раздробленность Европы и постоянные распри европейских государств между собой, которые и позволяли США получить несколько поколений мирного развития. Сперва противостояние Франции и Британии позволило США за бесценок приобрести пространство между Миссисипи и Скалистыми горами. Затем завершение Наполеоновских войн уничтожило баланс сил между колониальными державами в Новом Свете и вынудило Британию уделять США внимание «по остаточному принципу». Неформальный союз с Российской империей на почве неприязни к Англии способствовал тому, что Конфедерация не получила дипломатического признания. Наконец, англо-германское противостояние в Европе было важнейшим фактором, способствовавшим тому, что Англия решила постепенно передать гегемонию США. Неоценимую роль в успехах США за рубежом сыграли экстремизм и радикализм немецких правящих кругов, которые ослабили Британскую империю и превратили всю Европу в поле боя.

Но даже и без этого американские успехи не могли не впечатлять. За 80 лет, прошедших от завершения Гражданской войны до конца Второй мировой, США стали самой промышленно развитой и самой богатой страной в мире, и в итоге – самой сильной мировой державой. Конечно, США развивались в благоприятных условиях, но без людей, способных ими воспользоваться, никакие, даже самые благоприятные, условия не превратили бы США в великую державу.

Часть III

В прошлых двух частях было продемонстрировано, как США достигли беспрецедентного в истории человечества успеха, совершив переход от освободившейся колонии к супердержаве. В этой части мы посмотрим, как США распорядились обретенным величием. Третья часть разделена на следующие главы по хронологическому принципу: от завершения Второй мировой войны до смерти президента Джона Ф. Кеннеди; от смерти Кеннеди и «революции гражданских прав» до распада СССР и начала «однополярного момента»; и затем до наших дней. Почему в качестве разделительных моментов были выбраны именно эти даты? Президентство Кеннеди и его насильственное завершение подвели черту под несколькими важными особенностями послевоенного мира и дала импульс для радикальных внутриполитических изменений:

– Карибский кризис закрыл окно возможностей для США нанести СССР поражение в атомной войне, и отсюда известные слова президента Кеннеди, подытоживающие кризис, что никогда не стоит впредь ставить