История богатства на Западе. Как боги среди людей - Гвидо Альфани

С доисторических времен степень наследуемости богатства играла ключевую роль в установлении тенденции к росту экономического неравенства в данном обществе. Для маломасштабных обществ (племен охотников-собирателей прошлого и настоящего, а также первых земледельцев времен сельскохозяйственной революции периода неолита) считается, что фактический уровень экономического неравенства тесно зависит от вида богатства, типичного для каждого общества. Поэтому скотоводческие общества, и в еще большей степени сельскохозяйственные, для которых характерно богатство в основном материального характера, в итоге сталкиваются с гораздо большим неравенством, чем охотники-собиратели, чье богатство в основном персонифицировано или связано с отношениями. Они более неравноправны даже в плане чисто материального богатства: индекс неравенства материального благосостояния Джини для сельскохозяйственных обществ – в среднем 0,57, а для охотников-собирателей – всего 0,3630. Решающим фактором, объясняющим эти различия между обществами, которые близки по потреблению к прожиточному минимуму, является степень наследуемости характерного для них богатства, поскольку материальное богатство по своей природе в большей степени передается по наследству, чем человеческий и социальный капитал, а земля и крупный рогатый скот в большей степени поддаются передаче из поколения в поколение, чем простые (и скоропортящиеся) предметы домашнего обихода охотников-собирателей. Концентрации богатства в сельскохозяйственных и скотоводческих обществах способствует также растущая отдача от домашнего скота, орошаемых земель и т. д31.

Высокая наследуемость богатства способствует увеличению его концентрации с течением времени, поскольку система наследования играет фундаментальную роль в воспроизводстве и углублении неравенства между поколениями не только в малых обществах, но и в любом человеческом социуме. Применительно к современным обществам этот момент недавно подчеркивал экономист Тома Пикетти32. В его анализе высокая наследуемость богатства является одним из условий, благодаря которым при отсутствии государственного вмешательства нынешний рост неравенства будет, очевидно, продолжаться в последующие десятилетия. Важно отметить, что наследуемость сегодня зависит не столько от характера богатства, которое в любом сельскохозяйственном, промышленном или даже постиндустриальном обществе довольно легко передается по наследству, сколько от институциональной структуры и, в частности, от способа налогообложения наследства (если таковое имеется). Мы вернемся к этому вопросу в третьей части и в заключении. Пока достаточно будет отметить, что центральное значение наследования в создании условий для накопления богатства является одной из ключевых причин, по которой изучение того, какая доля богатства отдельного человека или домохозяйства «создана», а какая – получена по наследству, не только полезно в целом, но и имеет непосредственное отношение ко многим текущим дискуссиям.

Прежде чем перейти к современности, по которой имеются научные оценки доли унаследованного богатства, нелишне будет вкратце вспомнить некоторые характерные элементы длительного доиндустриального периода. Как уже говорилось, с Античности до промышленной революции подавляющее большинство состояний представляло собой земли и другую недвижимость, а следовательно, в значительной степени все это передавалось по наследству33. Но и в этом контексте, будет ли в данном обществе наблюдаться тенденция к устойчивому накоплению богатства из поколения в поколение или нет – зависит от системы наследования. Основное различие здесь заключается в системах наследования. При разделяемой системе все сыновья получали одинаковую долю наследства, а дочери обычно получали эквивалентную долю через приданое при вступлении в брак34. При нераздельной системе наследник – обычно старший сын – получал гораздо большую долю. Способность нераздельной системы обеспечивать накопление богатства из поколения в поколение можно продемонстрировать с помощью экономического моделирования. Оно в том числе показывает, что чем быстрее темпы роста населения, тем сложнее накопить значительное богатство. Действительно, как первоначально утверждал экономист Джеймс Мид, в системе разделяемого наследования концентрация богатства будет иметь тенденцию к увеличению, если s * r ≥ n, где s – норма сбережений, r – доходность капитала и n – темпы роста населения. Но, как было выяснено последующими уточнениями этой базовой модели, если система наследования нераздельна, то накопление богатства между поколениями может происходить, даже если s * r < n. То же самое может происходить при других разумных допущениях – например, что богатые откладывают больше, чем бедные35.

Подытоживая, можно обоснованно утверждать, что в длительной перспективе накоплению богатства способствуют высокие нормы прибыли на капитал, высокие нормы сбережений, активное стремление богатых к накоплению по сравнению с остальным населением и наличие нераздельной системы наследования. С другой стороны, быстрый рост населения, раздельное наследование и налоги на недвижимость и прочее наследуемое имущество, затрудняющие его передачу, препятствуют накоплению богатства. В доиндустриальной Европе существовали как страны, где наследование, как правило, было разделяемым (например, в Италии и Южной Европе в целом), так и те, где оно передавалось нераздельно. Однако историки убедительно показали, что на практике ситуация была гораздо сложнее – по двум причинам. Во-первых, географически правила наследования не столь четко делятся, как предполагалось в некоторых ранних исследованиях. Во-вторых, и это более важно, даже в тех областях, где наследование, как правило, было разделяемым, богатые семьи могли обойти его, обратившись к институтам, которые позволяли конкретным родам передавать его целиком36.

Основным способом был фидеикомисс (майорат) в различных формах. Фидеикомисс устанавливал четко определенный набор семейной собственности, который должен был передаваться в неизменном виде от одного поколения к следующему, как правило, к старшему сыну. Этот и другие институты с аналогичными целями получили значительное распространение в районах с раздельным наследованием, начиная с позднего Средневековья и особенно после эпидемии 1347–1352 годов. Фактически это распространение было ответом на изменившиеся в результате возвращения чумы условия; подробнее оно будет рассмотрено в главе 11. Здесь важно подчеркнуть конечный результат: к раннему Новому времени все крупнейшие состояния были защищены от нежелательного дробления в процессе наследования. Помимо прочего, это было выражением общего стремления обеспечить выживание фамилии из поколения в поколение37. Таким образом, на практике в государствах, где были приняты системы раздельного наследования, к богачам применялись противоположные правила, что, по большей части, обеспечивало дальнейшую консолидацию состояний «верхов» и делало социальный состав богатых более стабильным с течением времени. Это тем более верно, если учесть, что для одного важного компонента богатых – знати – первородство представляло собой стандартный способ передачи их феодальной собственности.

В XVIII веке в континентальной Европе такие институты, как фидеикомисс, начали вызывать критику, но лишь в начале XIX века, благодаря импульсу Кодекса Наполеона, принцип разделяемого наследования стал применяться повсеместно (остатки фидеикомисса были законодательно отменены). Такое развитие событий существенно затруднило сохранение старинных дворянских богатств (за исключением Великобритании, где право первородства оставалось по умолчанию в силе гораздо дольше, а для высшей знати соблюдается до сих пор). Таким образом, системы наследования, несомненно, являются фактором, отличающим современные общества