Сибирский приключенческий роман 3 - Виталий Галияскарович Гадиятов

– Ну, это уже наглость.

– Скажи, брат с женой попросили. А я тебе мою и Туйары обувь пришлю.

– Ну ладно. Он такой обходительный. Корочками апельсиновыми угощал. Теперь пошлет меня подальше из-за твоих лаптей дырявых.

– Не-е, Маша, я думаю, у него к тебе большая и чистая любовь. И интерес к твоей работе. Ты уж порассказывай ему про неё. Не стесняйся, говори всё, о чём будет спрашивать.

Через неделю, когда Маша принесла Амаяку на подшивку две пары потрепанных унтов, тот не удивился. Бросил их на кучу обуви в углу и сказал:

– Ты, дорогая, как только здесь появляешься, у меня в будке словно солнце восходит. Через три дня всё сделаю. А теперь давай чайку попьем. Я заметил, тебе корочки цитрусовые понравились. Попробуй теперь гату – это домашнее печенье. Мне сестра из Еревана прислала.

К концу недели унты были подшиты. Айсен, получив их, повертел в руках и вздохнул: «Хоть какая-то польза от оперативной работы». Потом позвонил в Счастливый:

– Про фабрику спрашивал?

– Нет, не спрашивал. Всё шутил, не хочу ли я за него замуж.

– Ну так выходи, всему горотделу обувь подошьём.

– Ага. Разбежалась.

В полдень Влад и Айсен вместе с Ореховым сидели в кабинете Степанова. Владимир Александрович начал с сапожника.

– Вчера, в шесть часов утра, дежурный по хвостохранилищу алмазодобывающей фабрики обнаружил плавающий в воде труп мужчины. Когда тело обмыли, то узнали мужчину, который работал в сапожной мастерской, что рядом с Домом культуры. Им оказался всем известный в поселке Амаяк Багарян. Установлено, что он проживал в рабочем общежитии по адресу улица Алмазников, 26. Комнату с ним делили еще двое земляков, Нурек Заварян и Ованес Давтян. Нурек работает барменом в ресторане, а Давтян занимается торговлей разливного красного вина, фруктов и цветов. В настоящее время в городе его нет: Заварян сказал, что Ованес уехал за новым товаром. Бочки с вином доставлялись поездом до Усть-Кута, затем пароходом до Ленска, потом грузовиками.

Тело Багаряна, по заключению судмедэксперта, пролежало в воде около 6–7 часов. Смерть наступила от удара тонким острым предметом в область горла. Наши опера установили, что формально убиенный был только прописан в рабочем общежитии. Багаряну 45 лет. Семейное положение – холост. В Счастливом проживает третий год. Личные связи и знакомые устанавливаются. Работаем. Багарян и Давтян постоянно в общежитии не проживали, хотя за комнату платили исправно.

Владимир Александрович помолчал и добавил:

– Ну а дальше сами знаете. Характер травмы очень напоминает убийство сотрудницы института Лазаревой Екатерины Леонидовны. Тогда рядом был обнаружен труп жителя города Сочи, племянника Давида Ованесяна – Гагика Ованесяна. По делу подозревается уроженец Краснодарского края, некий Савиков, который погиб в аэропорту через два дня после убийства. Уголовное дело прекращено ввиду смерти подозреваемого. Что будем делать в первую очередь?

– Я должен встретиться со своим человеком в Счастливом, – сказал Айсен. – Есть возможность узнать о связях убитого.

Степанов удивленно поднял брови:

– Ого, источники на нашей территории. Неплохо.

– Ну, я пошёл, – сказал Айсен и поднялся. – Да, Геннадий Иванович, я возьму фотографию Давтяна.

Айсен кивнул всем и вышел.

– Где изъятые у Цветковой камни? Я до встречи с ней хотел бы на них взглянуть, – спросил Орехов.

– Передали на ответственное хранение в цех окончательной доводки. Могу сейчас туда позвонить. – Степанов положил руку на телефонный аппарат.

– Ну а я пойду в общежитие с вашими операми. Поговорю с народом, – сказал Влад.

Айсен с Машей не виделся больше года. Телефонные разговоры не в счет. О встрече они договорились вчера вечером. Убийство сапожника Амаяка Багаряна, с которым общалась его информатор, было для Айсена неожиданностью. Он вчера позвонил из кухни Лежнева, и Маша сразу подняла трубку.

– Я так и знала, что ты позвонишь.

– Как ты?

– Как узнала про Амаяка, трясёт до сих пор. Ужас какой! За что его? Я ведь недавно к нему заходила.

– Маша, я завтра прилетаю в Счастливый. Мы должны встретиться. Больше по телефону об этом не будем.

У Маши накопились отгулы, и она спокойно отпросилась с работы. В поселке скрытно встретиться с незнакомым мужчиной невозможно, поэтому решили пообщаться у неё дома.

Жила Маша с родителями в Новом Городе. Так в Счастливом назывался новый микрорайон. Сам поселок был основан в 1967 году. Сначала он был построен из одноэтажных и двухэтажных щитовых домов. Это поселение вокруг заводоуправления стало называться Надежным. Выросший горнообогатительный комбинат (ГОК) требовал всё больше рабочей силы. Не кого попало, а высококвалифицированных механиков, инженерно-технических работников, водителей большегрузной и горной техники. Щитовые бараки уже многих на устраивали. Развернулось капитальное строительство каменного жилья. В восьмидесяти километрах от Счастливого находился еще один поселок алмазодобытчиков – Слава. Он был создан на местной кимберлитовой трубке несколькими годами раньше. Тогда же здесь был построен комбинат железобетонных изделий. Как задел на будущее. В Славе уже возводились крупнопанельные дома. А при расширении ГОКа из Славы потянулись панелевозы в Новый Город.

Машины родители на первых порах ютились в щитовом двухэтажном доме из двенадцати квартир. Но шли годы, и они уже считались ветеранами. Когда заселялись в новую четырехкомнатную квартиру, то до последнего момента ни взрослые, ни дети не могли поверить, что можно жить в таких хоромах. Старший брат вернулся из армии, женился, родилась дочка, и теперь их здесь обитало шестеро.

Когда Айсен вошел в квартиру, то обратил внимание, что у Маши заплаканные глаза. Она и не скрывала. Провела гостя на кухню и поставила чайник. Потом пододвинула Айсену тарелку с коричневыми треугольными печеньями и, уже не сдерживаясь, заплакала. Он сидел и молчал. Минут через десять она встала, пошла в ванную, умылась и села напротив.

– Это он меня угостил. Ему сестра прислала. Домашнее печенье, гата называется. Я его позавчера живым видела. Веселый такой был. Он меня северное солнышко называл.

Видя, что Маша снова готова разреветься, Айсен взял ее за руку и сказал:

– Мы найдем, кто его убил. Специально для этого приехали. Маша, успокойся. Давай чай. Мне твоя помощь нужна.

– Моя?

– Успокойся. Давай тихонько попьем чай. Ты мне про него рассказывай, а я буду слушать. Что было в последнее время.

Маша налила Айсену в кружку и сказала:

– Вроде ничего особенного. Ведь с тех пор, как я у него твои унты забирала, около полумесяца прошло. Он всё шутил, истории разные рассказывал. Говорил, что запчасти какие-то для своей машины ждёт.

– У него что, машина есть?

– Да, он ее