Бегство короля - Джорджетт Хейер

Джулиана зарделась и по-девичьи стыдливо потупила взор, однако не удержалась и с любопытством посмотрела на короля сквозь опущенные ресницы.

Леди Уиндхэм заметила, что губы Карла тронула улыбка, и сухо произнесла:

– Сир, это моя племянница, мисс Джулиана Конингсби.

– Я рад познакомиться с мисс Джулианой, – откликнулся король, протягивая руку.

Джулиана порывисто кинулась к нему, приседая на ходу и шурша вздымающимися юбками:

– Сир!

Она пылко поцеловала ему руку.

В голосе ее звучал благоговейный трепет; Джулиана исподтишка бросила на короля взгляд, по которому было попятно, что она изумлена и терзается сомнениями (ибо ее неприятно поразило смуглое, некрасивое лицо Карла). Но улыбка короля заставила ее позабыть про его недостатки, и она улыбнулась ему в ответ:

– О, сир!

Король поднял глаза и заметил, что за ним наблюдает леди Уиндхэм. В его улыбке появилось лукавство, она стала заговорщической. Карл встал с кресла и помог Джулиане подняться.

– Не надо становиться передо мной на колени, мисс, – небрежным тоном сказал он. – Это дурная привычка, и мне хотелось бы, чтобы все, кто желает мне добра, от нее избавились.

Он подошел к Джейн, взял ее за руку и подвел к леди Уиндхэм.

– Леди, я представляю вам Жизнь Мою и полагаю, что вы и без моей просьбы проникнетесь к ней расположением.

– О да, – сказала пожилая женщина, беря Джейн за руку. – Вы пришли вовремя, мисс Джейн. Прошу вас, присоединитесь к моей просьбе. Дело в том, что я умоляю его величество не покидать этих покоев, пока мой сын не найдет корабль, на котором сир сможет уплыть из страны.

– Разумеется, я присоединяюсь к вам, леди Уиндхэм, – ответила Джейн. Она посмотрела на пожилую даму и добавила: – Я счастлива, что могу оставить его величество в столь надежных руках. Теперь он, по-моему, в безопасности. Впервые за все время нашего знакомства.

– Значит, вы меня покидаете, Джейн? – спросил король. – Так скоро?

– Да, сир, – ответила девушка. – Я сыграла свою роль. Больше вам от меня нет проку, и думаю, мне следует вернуться в Бентли, а то могут пойти слухи, что я отправилась из Эбботслея совсем в другое место.

Джейн говорила спокойно. Ей хотелось уехать из Трента, ибо король, всецело зависевший от нее на протяжении целой недели – и даже чуть дольше, – теперь очутился в кругу своих друзей, и девушке было одиноко. Она подумала, что он вскоре позабудет о ней. Джейн не знала, что, хотя этот легкомысленный человек впоследствии забывал о многом, он до конца своих дней помнил тех, кто помогал ему в годину невзгоды. Наутро, придя вместе с Ласселсом к завтраку, Джейн увидела, что король любезничает с Джулианой, а лорд Уилмот взирает на это с видом человека, пресытившегося всем на свете. У Джейн заныло сердце, но Карл при виде ее тут же отослал Джулиану и Уилмота, отрывисто сказав:

– Оставьте меня, мисс! И вы, милорд Уилмот.

Взяв Джейн за обе руки, король сказал:

– Итак, вы уезжаете, Жизнь Моя? Увы, ради вашего же блага я не смею просить вас остаться!

Джейн покачала головой и еле слышно промолвила:

– Да, лучше не надо!

– Я знаю. И все же я буду по вам очень скучать. – Он выпустил одну ее руку и протянул свою правую руку Ласселсу. – И по вам, мой придирчивый хозяин! Надеюсь, у вас больше никогда не будет такого неуклюжего слуги, как я! И в холодный пот вас от ужаса больше не будет так часто бросать! А теперь не откажите мне в последней любезности, Гарри Ласселс!

– Я на все готов ради вас, мой повелитель! – воскликнул Ласселс, падая на одно колено и целуя королю руку.

– Если я когда-нибудь вновь стану королем, дайте о себе знать! Я так погряз в долгах, что мне по гроб жизни с ними не расплатиться. И все же некоторые долги я непременно отдам. Прошу вас, не забудьте!

Ласселс судорожно проглотил слюну и выпалил:

– Да хранит вас Бог, ваше величество!

– Спасибо. Я не сомневаюсь, что так оно и будет, раз благодаря Ему мне повстречались столь преданные друзья. А теперь оставьте меня. Мисс Джейн сейчас к вам присоединится.

Король, не дожидаясь ухода Ласселса, повернулся к девушке и, слегка погрустнев, сказал:

– А ведь мне даже немножко жалко, что я больше никогда не буду привязывать дорожные сумки к вашему седлу. Как грустно расставаться с вами, Жизнь Моя!

– И все же наше расставание исполнено надежды! – прошептала Джейн.

– Да, и за это я должен благодарить вас. Как мне отблагодарить вас, Джейн? Мне кажется, таких слов просто не существует.

Джейн запрокинула голову, молча призывая короля поцеловать ее. На кончиках ее ресниц блестели слезинки, но на сердце стало теплее, и она смогла даже улыбнуться сквозь слезы.

– Да, именно так, – сказал Карл. Он обхватил ее лицо руками и поцеловал. – Не плачь, милая. Мы расстаемся совсем ненадолго. И непременно встретимся снова в более счастливые времена.

Король снова поцеловал Джейн и отпустил. А ей еще долго казалось, что она ощущает на щеках его пальцы.

Он сказал:

– Джейн, я подумал, что вы можете попасть в беду, если мои враги узнают о той роли, которую вы сыграли в моем бегстве. Мне не по душе, что милорд послал вашего достойного брата в Лондон. Слушайте меня внимательно! Если на вас падет подозрение, не теряйте времени, бегите из страны и приезжайте ко мне, где бы я ни находился! Если вам удастся найти корабль, который отвезет вас во Францию, немедленно отплывайте и пришлите весточку в Сен-Жермен. По пути в Париж я непременно вас встречу, обещаю! А теперь позовите ко мне милорда Уилмота, у него есть одна моя вещица, которую я хочу подарить вам на память.

– Мне не нужно никаких подарков, сир. Я и так вас никогда не забуду.

– Такова моя воля, – улыбаясь, возразил король.

Джейн подошла к двери и позвала милорда, который вместе с Ласселсом стоял на лестнице.

Когда Уилмот вошел, король сказал без обиняков:

– Верни мне часы, Гарри!

– Ваши часы, сир? Но сами посудите, разве вам следует носить с собой столь драгоценную вещь?

– А я и не буду. Ну же! Давай их сюда!

Уилмот заморгал, перевел взгляд на Джейн и промямлил:

– О… А… Ну да… Разумеется, сир!

Он сунул руку в нагрудный карман, достал кожаный футляр с серебряными вставками и положил его в протянутую руку короля.

Карл открыл футляр и вынул часы в серебряной оправе, на которой были выгравированы листочки и розочки.

– Я должен был бы подарить вам более