Предательство в Шервудском лесу - Эми С. Кауфман

Капля холодного пота скатилась по спине Джейн. Она сильно сглупила, ничего не продумав заранее. Что помешает Джону взять ключ с собой и благополучно о ней забыть? Или оставить ключ на земле у ворот, как припечатать ей лоб клеймом, которое сразу укажет на ее вину?

Но когда Джейн распахнула дверь, то столкнулась нос к носу со старой прачкой, которая уже подняла руку и готовилась постучать.

– Что такое? – грубо выпалила Джейн, ее мысли запутались в густой паутине страха.

Прачка вложила ей в руку что-то маленькое и твердое, завернутое в грязную тряпицу.

– Дома все хорошо, – проговорила она хриплым шепотом.

– Дома? – в замешательстве переспросила Джейн. На мгновение она как будто вернулась в прошлое, в те времена, когда у нее был настоящий дом.

– Да, – ответила прачка. – В старом доме.

– Что там, Джейн? – спросила Беатрис. – Скажи ей, что у меня стирать нечего. Я здесь надолго не задержусь.

На лице старой прачки промелькнуло отвращение, бледная родинка на кончике ее носа чуть дернулась.

– Ваш шериф вернулся, мадам, – прохрипела она, даже и не пытаясь изображать обходительность, да и к чему ей учтивость, этой древней старухе со скрюченной спиной и вечно опущенной головой, неприметной служанке, которая то исчезает в тенях, то вдруг выступает из тени, чтобы тут же исчезнуть вновь. – Уже привязал свою лошадь на коновязи. – Прачка понизила голос и шепнула Джейн: – Спрячь его.

Джейн не надо было уточнять, что именно надо спрятать. Она уже ощупала сверток и поняла, что лежало внутри. Тонкий металлический стержень с квадратной головкой. Это был ключ. Ключ от погреба в доме шерифа. Робин свободен! Осознание пришло, будто солнце, чьи лучи пробиваются сквозь облака на рассвете. Будто луч света с небес. В старом доме, сказала прачка. Робин знает, где старый дом Джейн. Он сам так сказал. Это было идеальное убежище, где Робин мог спрятаться от шерифа и от всех остальных, кто охотился на него. Ее сердце затрепетало, легкое, как весенний ветерок.

– Спасибо, – прошептала Джейн, но прачка уже пошла прочь, шаркая ногами.

Теперь оставалось только вернуть ключ на связку. Джейн посмотрела на Беатрис, которая выглядела потрясенной: лицо белое, точно мука, руки нервно сжимают висящий на шее кулон. Но ведь Беатрис так ждала возвращения мужа… Что ее так напугало?

– Давайте я сделаю вам прическу, госпожа, – предложила Джейн.

У нее будет возможность подобраться поближе к ключам, если Беатрис отвернется от столика под окном.

– Да. – Беатрис рассеянно убрала за ухо упавшую на лицо прядь волос, глядя на дверь поверх плеча Джейн. – Да, наверное. За вином можно будет сходить чуть позже. И Уолтер… – Она огляделась по сторонам, будто надеясь, что кубок с вином образуется в комнате, как по волшебству. Словно гостей в королевской усадьбе обслуживали не настоящие люди, а феи. – Может быть, Уолтеру что-то нужно на кухне. Лучше дождаться, когда он придет. – Она наконец посмотрела на Джейн совершенно убитым, затравленным взглядом. – Ты же не бросишь меня, подождешь вместе со мной, да, Джейн?

– Да, конечно, – ответила Джейн, и Беатрис вздохнула с видимым облегчением.

Джейн едва успела собрать в руки длинные волосы Беатрис и повернуться к столу, где лежали ключи, как вдруг дверь с грохотом распахнулась и в комнату ворвался разъяренный Уолтер Стерчли.

Беатрис ахнула и вскочила на ноги. Джейн отпустила ее волосы и втянула голову в плечи. Шериф уже здесь. Ей придется столкнуться с ним лицом к лицу после всего, что она натворила.

Лицо Уолтера застыло каменной маской гнева: губы сжаты в тонкую белую линию, в глазах как будто клубится дым и полыхает огонь. Его сапоги посерели от пепла, к подошвам прилипли обгоревшие травинки. У Джейн все внутри перевернулось. Они все-таки сделали, что собирались. Следы преступления Джона – ее преступления – рассыпались по полу по всей комнате.

Но Джейн не могла думать об этом сейчас. Не могла допустить, чтобы страх или чувство вины парализовали ее и помешали ей действовать. Ей необходимо вернуть ключ на место. Может быть, Беатрис и была беззаботной, как бабочка, но Уолтер – это жалящая оса. Он точно знал, что искать. И если жена ему скажет, что Джейн была у них в доме с ключами, а ключа от подвала не будет на связке…

Джейн отступила к столу, не сводя взгляда с шерифа, который, казалось, совсем обезумел от гнева и ничего вокруг не замечал. Но Джейн рассудила, что все равно лучше изобразить из себя кроткую, испуганную овечку.

– Уолтер! – воскликнула Беатрис. – Что случилось?

– Что случилось? – проревел он и шагнул к ней. – А что, по-твоему, случилось?

– Уолтер! – Беатрис схватилась за горло. – Закрой дверь! Пожалуйста!

Шериф оглянулся через плечо и зашипел, как змея, сообразив, что дверь так и стоит нараспашку, и все слуги, проходившие мимо по коридору, слышат каждое его слово и видят, как он пышет яростью. Как только он отвернулся, Джейн схватила со стола связку ключей, спрятала в складках юбки и попыталась на ощупь найти застежку, запирающую кольцо. Джон говорил, что Джейн будет несложно открыть ее снова и вернуть ключ от подвала на место.

Уолтер захлопнул дверь и повернулся обратно к жене.

– Хочешь знать, что случилось? О чем рассказать в первую очередь? Об убитом в лесу монахе, чью голову насадили на пику, словно чертово боевое знамя? – яростно спросил он, и Беатрис снова ахнула, сдавленно всхлипнув. – Или о том, что эти скоты сожгли дотла весь наш сад?

– Наш… наш сад? – Беатрис пошатнулась, все еще держась за горло.

По-прежнему не сводя взгляда с шерифа и его жены, Джейн наконец-то нащупала застежку, но не сумела открыть ее сразу и мысленно прокляла Джона, словно он нарочно защелкнул замок посильнее, чтобы ей досадить. Она изо всех сил пыталась раздвинуть кольцо, молясь, чтобы ни Уолтер, ни Беатрис не посмотрели в ее сторону.

– Уолтер, ты о чем говоришь? Там идет дождь! Как под таким ливнем…

– Идет дождь! Она говорит: идет дождь. – Шериф закатил глаза. – Вот только не было никакого дождя, когда Робин Гуд вырвался из подвала и поджег нашу землю из злобы и мести! – Издав громкий крик, он резко развернулся и ударил кулаком в стену, так что побелка пошла паутиной трещин, словно в нее попал большой камень.

Джейн с Беатрис обе вздрогнули, и Джейн чуть не уронила ключи. Внезапно ей показалось, что ей снова пять лет и она пятится, втянув голову в плечи, подальше от отцовских кулаков. В детстве она не раз наблюдала, как ее отец точно