Три судьбы - Виктор Иванович Носатов

– Позовите его, пожалуйста, я так давно его не видел, – взволнованно произнес он, стараясь приподняться. Доктор подложил ему под спину подушку и только после этого вышел в коридор за очередным посетителем.

Глядя на дверь, Алексей представлял себе Полковника таким, каким видел его обычно всуе, за столом, на «королевском» месте или за дележом добычи – в потрепанных, давно потерявших свой цвет джинсах, свитере и небрежно повязанном поверх свитера белом шарфе…

Дверь отворилась и на пороге появился незнакомый ему мужчина в параллельных шерстяных брюках, твидовом пиджаке и ослепительно-белой рубашке, перехваченной по вороту серым в горошек галстуком. Чисто выбритое лицо его, без единой морщинки, выражало строгую решительность и ожидание. Только глаза его, излучающие теплый, пронизывающий свет, говорили о том, что, несмотря на неожиданное превращение «нищего» в «принца», он был и остается тем Полковником, которого боялись воры и на защиту которого всегда могли надеяться друзья.

Петрович подошел к кровати и, нагнувшись, приобнял Алексея, стараясь не причинить ему боль. От Петровича пахнуло дорогими духами.

– Здравствуй, дорогой! – радостно воскликнул он. – Я рад видеть тебя, как всегда, бодрым и неунывающим.

– Товарищ полковник, – обрадованно и удивленно произнес Алексей, – откуда такое перевоплощение? Честно говоря, я ни за что бы не узнал вас, столкнувшись на улице.

– О, это долгая история. Расскажи мне лучше, как ты до этой вот палаты докатился?

Придвинув поближе к кровати стул, Петрович поудобнее устроился на нем в готовности выслушать повествование Алексея.

– И все-таки ты молодец! – воскликнул Полковник, выслушав эту горькую повесть жизни до конца. – Я верил, что ты рано или поздно выкарабкаешься из болота. Такие люди, как ты и я, рождаются не прозябать в этой жизни, а вершить великие дела!

Алексей скептически улыбнулся.

– Какие такие дела? – удивленно произнес он.

– Ну, брат, ты прямо сама скромность. Виктор, твой боевой друг, мне все рассказал о том, как в госпитале благодаря твоему примеру многие ребята, обреченные на инвалидность, стали полноценными людьми. А это дорогого стоит…

– А откуда вы Витьку знаете?

– Он сам меня нашел. Вернее, мы друг друга нашли.

– ?

– С отцом Виктора мы периодически встречаемся на совещаниях в горкоме партии. Однажды разговорились, он и поведал мене о происшествии на заводе. А когда назвал фамилию Переверзев, я понял, что это наверняка ты. Потому что так мог поступить только ты. Вот тогда я и познакомился с твоим другом. И как только разрешили посещение, я решил тебя навестить.

– Спасибо, товарищ полковник, что не забыли. – На глазах у Алексея навернулись слезы. – Что-то мы все обо мне, да обо мне, – тряхнул головой он, стряхивая соленую влагу. Вы-то как?

– У меня все намного проще. После того как ты уехал на заработки, я решил разобраться с Алексеем Марковичем. В общем расстались мы с ним врагами. Как я уже тебе говорил, Маркович – человек с темным прошлым и обид никому не прощает. Не прошло и недели, как его ребята заявились к нам, и мне пришлось из шайки уйти. Первое время пришлось туго. Но нет худа без добра. До того мне эта бездомная жизнь осточертела, что однажды, зажав в руки полтинник, полученный за сданные бутылки, и стащив с чердака первое попавшееся чистое белье, я направился в баню. Перед входом у ларька с газировкой встретилась мне старушка. Увидев меня, она протянула руку.

– Подай, мил человек, – попросила она.

Я, показав ей зажатый в руке полтинник, сказал, что с этими последними у меня деньгами хочу решительно изменить свою жизнь.

Старушка внимательно посмотрела на меня и, опустив протянутую руку, сказала:

– Вижу, что ты человек непростой. И впереди у тебя – большое будущее…

– Да что ты, бабка, – не поверил я, – мне бы только в люди выйти, я готов ради этого горы снести.

– Верь мне, милок, я всякое в жизни повидала.

Когда я вышел из бани, старухи на месте не было. Но, как только я поравнялся с ларьком, мне повстречался мой давний сослуживец Сергей Полумисков, с которым я начинал службу еще лейтенантом, а затем учился вместе с ним в военной академии.

Увидев меня, он радостно воскликнул:

– Петрович, дорогой, как я рад тебя видеть! Куда ты запропастился? Когда я ответил на все сыпавшиеся, словно из рога изобилия, вопросы, Серега задумался.

– Я недавно назначен членом Военного совета ДВО и, зная твои организационные способности и возможности, могу порекомендовать тебя в горком партии. У меня установились хорошие деловые отношения с первым секретарем. Кстати, накануне, на Военном совете, он в доверительной беседе попросил меня найти из числа окружных политотдельцев, уволенных в запас, хорошего организатора. Пока на должность заместителя заведующего отделом.

– Но я же не политработник, а командир, – ответил я Сергею.

– Ничего, я дам тебе соответствующую характеристику, – уверенно ответил он.

– А ты не боишься, что за мной может потянуться нежелательный шлейф прошлых похождений? – решил я проверить давнего сослуживца на вшивость.

– Я надеюсь, что ты рассказал мне все, ничего не утаив? – пытливо глядя на меня, спросил тот.

– Все, как на духу!

– Ну тогда вопрос исчерпан. Я тебя хорошо знаю и в тебя верю.

После этого разговора, произошедшего возле бани, Сергей пригласил меня к себе домой. Мы, вспоминая о сослуживцах, о проделках молодости, засиделись за полночь.

Сергей оставил меня у себя ночевать. Впервые за несколько неприкаянных лет я улегся на воздушные белые простыни.

Утром, покопавшись в шкафу, он выдал мне костюм, белую рубашку, галстук, носки и ботинки. Благо что мы были с ним одной комплекции.

Вскоре выправили паспорт, другие документы. Не прошло и месяца, как я стал партийным начальником. Недавно квартиру получил. Прекрасную женщину встретил. Так что все складывается у меня прекрасно. И теперь я хочу хоть чем-то помочь тебе…

– А мне помощь не нужна, – неожиданно заявил Алексей, – у меня есть все, что надо. На большее я не претендую.

– Интересно, а что тебе надо? – удивленный таким ответом спросил Петрович.

– А все, что есть, – улыбнулся Алексей

– Я, конечно, рад, у тебя есть все, что надо. Но если понадобится моя помощь, я всегда рад буду тебе помочь.

В палату зашел доктор, взглядом показывая на часы.

– Ну, до свиданья, мой молодой друг. Я думаю, что мы еще не раз встретимся. Потрепав Алексея за вихры, Петрович оставил на тумбочке свою визитку, а в палате стойкий запах дорогого парфюма.

Прошло несколько недель. За это время Алексею сделали две операции по пересадке кожи, и молодое тело