Бегство короля - Джорджетт Хейер

class="p1">Наутро король нежно простился с леди Уиндхэм, повесил ей на шею золотую монетку на ленточке и поцеловал в обе щеки; с Энн он простился более церемонно и на рассвете был готов выехать в Лайм.

Было договорено, что они разделятся, дабы не привлекать внимания, и Уилмот с Генри Петерсом выехали чуть позже короля и слегка изменили маршрут. Джулиану Конингсби посадили за спину к королю, полковник Уиндхэм ехал за ними.

Полковник выбрал довольно пустынную дорогу, и по пути они ни у кого не вызвали любопытства. Джулиана даже пожаловалась: дескать, путешествие проходит так гладко и буднично, словно она и вправду едет в сопровождении своего слуги.

Полковник резко выбранил ее за такие речи, но король лишь шутливо бросил через плечо:

– Если б я не поклялся быть паинькой, я бы заставил тебя взять эти слова назад, плутовка!

– Но сир, я же не это имела в виду! – принялась оправдываться Джулиана. – Просто… где же обещанное приключение? Когда вы путешествовали с мисс Джейн Лейн, вам пришлось проехать мимо целого отряда всадников, а мне… мне приходится видеть лишь крестьян, которые смотрят на нас тупо, как коровы. Ну, разве я могу чувствовать себя героиней, если тут даже не пахнет опасностью?

– Ты глупая, ветреная девушка, Джулиана! – проворчал полковник.

Он был совершенно прав, однако королю ее глупость и ветреность пришлись по вкусу. Он принялся дразнить Джулиану, и, воодушевленная ролью, которую ей разрешили играть, девушка отвечала ему тем же. Карл чувствовал возбуждение, но мысли его были далеко от Джулианы: они устремлялись в будущее, которое теперь казалось ему достаточно определенным. Король был весел и обворожителен, но при этом несколько погружен в себя, и на Джулиану это действовало дразняще.

Они прибыли на место назначения уже на закате дня. Полковник Уиндхэм без труда нашел дом Эллесдона, находившийся в холмистых окрестностях Лайма. Хозяин отослал всех домочадцев, однако заранее приготовил для гостей угощенье. Сам же он встретил путешественников примерно в четверти мили от своего дома. Капитан Эллесдон был спокойным, здравомыслящим человеком, которого несколько взволновало то, что на его плечи легла столь тяжелая ноша. В то же время его переполняли восторг и трепет от того, что он оказался лицом к лицу с самим монархом. Король сразу же поздоровался с капитаном, но совершенно сбил его с толку тем, что прервал церемонное приветствие Эллесдона и попросил обращаться к нему как к частному лицу. Когда Эллесдон принялся рассказывать, что к вечернему отплытию все готово, король сказал:

– О, это прекрасная новость! Вы должны рассказать мне все по порядку, но сначала я хочу промочить горло, а то у меня там все пересохло.

Полковник Уиндхэм не потрудился заранее объяснить Эллесдону, что у короля довольно своеобразный характер, поэтому капитан был поражен его беспечным добродушием и явно пренебрежительным отношением к опасности. Капитан не стал тратить времени на разговоры, мысленно поздравив себя с тем, что ему пришло в голову оставить в пустом доме несколько бутылок вина. Король оказался еще выше, чем предполагал Эллесдон, и капитан прошептал на ухо полковнику Уиндхэму, что такой рост делает его величество весьма приметным.

Уиндхэм кивнул, но добавил:

– И все же он прекрасно замаскирован, да и потом, он же не единственный высокий смуглый мужчина на всю Англию!

– Да, но я полагаю, тот, кто его хоть раз видел, уже никогда не забудет, – возразил встревоженный Эллесдон. – Я очень опасаюсь, что его узнают. Эх, лучше бы мой дом был поближе к морю, тогда бы его величеству не пришлось останавливаться в обычной гостинице! Он ведь очень неосторожен, не так ли?

– Да, очень, – улыбнувшись, ответил полковник. – Наверное, мне следовало вас предупредить, что он совершенно не похож на своего отца.

– Да, должен признаться, он меня удивил. Какая странная у него внешность! Я бы назвал его даже безобразным, но эти глаза… они так удивительно блестят, что тут же забываешь о его уродстве! Ах, впрочем, я, пожалуй, сболтнул лишнего!

Эллесдон поспешил за королем, который к этому времени уже входил в дом, и провел его в маленькую гостиную, где все было готово для приема высокого гостя. Увидев на столе вино, печенье и фрукты, король похлопал хозяина по спине и сказал, что такие люди ему по сердцу.

Уилмот и Генри Петерс приехали в тот момент, когда король закусывал. Завидев Уилмота, король поднял бокал в его честь и пригласил его сесть за стол и налечь на еду.

Уилмот ответил:

– Да-да, мой любезный повелитель, но сначала скажите, все ли в порядке? Будет ли нас сегодня ждать в назначенный час лодка? Когда мы должны выехать в Чармут?

– Успокойся, Гарри, успокойся! – ответил король. – Меня заверили, что все прекрасно. Капитан Эллесдон, расскажите нам, о чем вы договорились со своими моряками.

– Вот-вот, – прошептал Уилмот на ухо королю. – Я так и знал, что вы совершенно ничем не поинтересовались. Итак, капитан! Что вы нам скажете?

– Поверьте, милорд, все тщательно продумано. Я столько раз встречался с капитаном судна, неким Стивеном Лимбри, и так горячо просил его в точности выполнить обещанное, что он даже слегка рассердился на меня за назойливость, заподозрив, что я сомневаюсь в его преданности. Пришлось мне рассыпаться в извинениях, чтобы его ублажить. А сегодня утром он сообщил мне очень приятные вести: Лимбри сам занялся погрузкой товаров и балласта на судно и затем на всякий случай вывел его из Коба в море, опасаясь, как бы корабль не застрял на мели. Вы должны знать, милорд, что сейчас отлив.

По лицу милорда было совершенно ясно, что для него слова об отливе – пустой звук, однако король, срезавший в тот момент кожуру с яблока, поднял на капитана глаза и кивнул.

– Понимаю, – сказал король. – А когда начнется прилив и мы сможем отплыть?

– В полночь, сир. Лимбри пришлет лодку; мы договорились, что она будет вас ждать в очень удобном месте, в четверти мили от жилья и от всех дорог и даже тропинок. Теперь вот что, сир: Лимбри сказал морякам, что милорд Уилмот – купец по имени мистер Пейн, а ваше величество – его слуга. По моему совету, Лимбри пояснил, что мистер Пейн сядет на корабль в Чармуте в столь неподходящий для отплытия час, поскольку опасается ареста: его управляющий оказался мошенником и довел беднягу до разорения.

Король вложил очищенное яблоко в руку Джулиане:

– Это тебе, моя невеста. Ну как? Сладкое яблочко?.. Благодарю вас, капитан, вы сослужили мне хорошую службу.

– Получается, что мы можем не выезжать в Чармут, пока не стемнеет, –