Москва. Утраты. Уничтоженная архитектура столицы - Сергей Константинович Романюк

Архитектор избрал для часовни форму шатровой церкви XVI в., украшенной целым набором декоративных деталей XVII в., – в результате получилась весьма живописная постройка. Часовня отличалась прекрасной отделкой – так, например, ее купол был мозаичной работы из белой эмали с позолотой. Несмотря на миниатюрность часовни, ее возведение заняло довольно много времени: закладка происходила 8 сентября 1899 г., и только через два с половиной года – 17 апреля 1902 г. – освящение.

В 1934–1935 гг. церковь и часовню сломали для того, чтобы построить на ее месте жилой дом.

Храм Сергия Радонежского на Ходынском поле

При выступлениях войск из казарм в летние лагеря обычно устраивалась летняя походная или, как ее называли, палаточная церковь. Ходынское поле еще с первой половины XIX в. использовалось как место летних лагерных сборов Московского гарнизона, и надобность в постоянной армейской церкви всеми ощущалась.

В марте 1888 г. почетный гражданин Николай Павлович Каверин пожертвовал значительную сумму на постройку в летних лагерях деревянной церкви во имя преподобного Сергия. Он пожелал посвятить свой дар памяти приезда в Москву императора Александра III в 1883 г. и смотра войск, на котором император присутствовал 28 мая того же года.

Деревянную церковь на каменном фундаменте заложили 24 июня 1892 г. Проект немалого храма – он вмещал тысячу молящихся – принадлежал архитектору И.П. Херодинову. В храме было два придела. Один из них – Святых Александра Невского и Марии Магдалины – устроили в честь двадцатипятилетия супружества императора Александра III и императрицы Марии Федоровны, а другой – Николая Чудотворца – был посвящен спасению жизни наследника российского престола Николая Александровича: во время путешествия его 29 апреля 1891 г. ударил саблей японский самурай, но все как-то обошлось благополучно. Этому событию (как писали тогда – чудесному спасению) были посвящены несколько храмов в разных частях России.

Храм Сергия Радонежского на Ходынском поле. 1900–1903 гг.

Храм был торжественно освящен 23 мая 1893 г. Это было красивое, все в резных украшениях, здание. Внутри обращал на себя внимание позолоченный иконостас с 94 иконами работы художника Ф.Е. Кудряшева.

Храм Сергия Радонежского разрушили в 1920-х гг.[47]

Скорбященский монастырь

Так же как и Головинский Казанский монастырь, Скорбященский был совсем молод – он был основан в конце XIX в.

Тут, на окраине Москвы, в так называемом «Новом Сущове» за сто лет до того находилось обширное, площадью в 6½ десятины, загородное владение вдовы действительного тайного советника Надежды Васильевны Шепелевой. По соседству находилось еще несколько таких усадеб, принадлежавших князьям Скавронским, Вадбольским, графам Толстым.

Возможно, что А.С. Пушкин побывал в этом полузагородном имении Н.В. Шепелевой: его знакомый, с которым он встречался в свой последний приезд в Москву в мае 1836 г., племянник владелицы князь Владимир Сергеевич Голицын, жил тогда здесь.

С 1837 г. усадьба перешла к С.В. Голицыну и перестала быть барским имением. Она теперь сдавалась внаем под разные увеселительные заведения: такие, как, например, Немецкий клуб или сад «Тиволи». Следующая владелица, Александра Владимировна Голицына, в 1865 г. основала в своей усадьбе, где у нее находилась домовая деревянная церковь, с освященным в 1857 г. престолом во имя иконы Всех Скорбящих Радости, приют для монахинь – сборщиц доброхотных подаяний, который в 1889 г. был обращен в женскую обитель. С тех пор на территории бывшей барской усадьбы, где когда-то гремела музыка и танцевали пары веселящихся приезжих из города, стал строиться и расти Скорбященский монастырь.

Главный монастырский собор во имя Всемилостивого Спаса – большое краснокирпичное здание, созданное по проекту архитектора И.Т. Владимирова, – заложили 26 мая 1891 г. Строили его три года и освятили 25 октября 1894 г. Через три года заложили храм Архангела Рафаила в двухэтажном здании трапезной и окончили его в 1900 г., а через год – в 1901 г. – освятили храм во имя иконы Тихвинской Божией Матери (проект архитектора Н.Д. Струкова). Еще один храм – Трехсвятительский – освятили 5 октября 1910 г. Эта церковь была последней в Скорбященском монастыре.

Скорбященский монастырь на дореволюционной открытке. 1900–1901 гг.

В советское время его стали интенсивно разрушать, и сейчас остался лишь обезглавленный Спасский собор[48].

Но если от всех построек монастыря сохранился хоть один храм (правда, обезображенный), то монастырское кладбище, на котором было много замечательных памятников, исчезло совершенно. На нем, среди других памятников, выделялись сделанное по рисунку В.М. Васнецова надгробие над могилой журналиста В.А. Грингмута, великолепное надгробие с «Пиетой» над могилой знаменитого адвоката Ф.Н. Плевако, памятник известному историку Д.Н. Иловайскому.

Казанский Головинский монастырь

Этот монастырь был одним из последних, основанных в Москве. В 1869 г. к владелице сельца Головино, у северной окраины Москвы, Варваре Ильиничне Головиной пришел скиталец, монах Николай, и предсказал, что в скором времени тут возникнет новая обитель. Предсказание его сбылось. Головина приютила у себя несколько странниц и получила благословение митрополита Иннокентия на устройство домовой Спасской церкви. На средства благотворителя, московского купца Н.И. Сидорова, который приобрел позднее все имение, построили церковь во имя Казанской иконы Божией Матери, освященную 19 октября 1882 г., и устроили женскую богадельню. В 1881 г. ее преобразовали в общину, а в 1886 г. – в монастырь, названный Казанским Головинским.

Монастырь был центром притяжения всей округи. Там работали иконописная мастерская, школа, в которой обучали девочек грамоте и рукоделию, богадельня и больница.

В монастыре из четырех храмов два были каменные: Троицкий, заложенный 1 сентября 1882 г. и освященный тоже 1 сентября, но два года спустя (он был выстроен на средства купца из Вологды Николая Киселева в память своей жены), и больничный – Святой Акилины, построенный иждивением купчихи Акилины Смирновой в 1893 г., и два деревянных: Спасский (1872 г.) и Казанской иконы (1882 г.). В монастыре сделали ограду, построили каменные кельи и возвели высокую колокольню. Она была последней постройкой в монастыре (1911 г., архитектор А.А. Латков), и она же единственная сохранилась из всего, что было в Казанском Головинском монастыре. Высокая стройная колокольня, как странный, незнакомый пришелец из других миров, одиноко стоит среди убогих стандартных пятиэтажек.

Церковь Петра и Павла в Петровско-Разумовском

Казалось бы, это произведение безымянного автора, создавшего прекрасное здание, блестящий пример так называемого нарышкинского, или московского, барокко, должно было бы сохраниться в старинной усадьбе. Оно никому не мешало, не стояло на пути автомобилей, не было каким-то чужеродным элементом, но, наоборот, украшало всю местность, составляя интересный контрастный ансамбль со зданием Петровской академии. Но нет, эстетические соображения были совершенно чужды коммунистам, так же как и историческая память. Церковь