Из огня да в полымя - Александр Капков

Серб молча стал одеваться в короткое двубортное пальто. Антон тоже натянул, морщась, плащ. Левое плечо побаливало.

Шевин повернулся к вставшему Осицкому.

– И ты, Леонид, приведи-ка себя в порядок. Я же просил тебя!

Час спустя Антон с Дмитрием прогуливались по аллее в Булонском лесу. Они добросовестно осмотрели место предполагаемой сделки и не обнаружили ничего подозрительного или бросающегося в глаза. Вокруг было тихо и довольно пустынно. Гуляющих парижан в этом месте сейчас не наблюдалось. В основном здесь бродили молодые пары. Но те появлялись попозже, когда темнело. Серб, взявший на себя командование, решил осмотреть заодно и деревья с кустами. Они прошлись по зарослям, намочив брюки и ботинки, но кроме птиц никого не нашли.

– Который час? – спросил Дмитрий, когда они снова прогуливались по аллее. Постепенно становилось сумрачнее. Аллея еще не освещалась фонарями. Они начинали гореть с шести часов вечера.

– Без четверти четыре, – сказал Антон.

– Расходимся, – Дмитрий поправил картуз и поднял воротник пальто. – Я буду слева. Ты справа.

Они сделали вид, будто остановились исключительно для того, чтобы один смог прикурить сигарету у другого, и сразу же разошлись. Антон пошел вперед быстрым шагом, скрылся за поворотом и вернулся назад, идя уже не по дорожке, а по траве, прячась за деревьями. От того места, где он остановился, беседка хорошо просматривалась. Вокруг было тихо. Он прислонился к стволу дуба и приготовился ждать.

Глава десятая. «Перестрелка в Булонском лесу»

С таким кричащим заголовком вышли все утренние газеты. Антон купил одну в газетном киоске и прочитал заметку в разделе криминальной хроники, собираясь завтракать. Честно говоря, после прочтения аппетит у него поубавился. Пришлось заставить себя есть как ни в чем ни бывало. В заметке говорилось о происшествии со стрельбой, случившемся вчера в Булонском лесу. При всем том, что никого вокруг не было, все же нашлись свидетели, слышавшие выстрелы. Хорошо еще, что они находились на большом расстоянии, рассмотреть происходящее не смогли. В общем, по словам очевидцев, в парке у пруда произошла стычка двух вооруженных преступных групп. Подробностей в заметке приводилось мало. Зато рассуждений на тему оружия, появившегося после войны в большом количестве, было предостаточно. От этого могут пострадать мирные граждане, а полиции следует быстрее поворачиваться. Прибывший примерно через час после стрельбы полицейский наряд обнаружил многочисленные следы крови и гильзы в самой беседке и на дорожке. Полиция пока хранила молчание, не сообщая больше никаких подробностей.

– О чем вы задумались, месье Антуан? – к его столику подошла официантка.

Он уже познакомился с ней и узнал, что ее зовут Нинон. Девушка улыбнулась.

– Да вот мечтаю о том, как бы позвать вас на свидание, мадемуазель.

Он улыбнулся. Официантка хихикнула:

– Вы говорите мне об этом всякий раз, как приходите в кафе. Но так и не зовете.

– Дела, милая Нинон! Все мое время съедают дела! Дайте срок, я обязательно это сделаю.

Он вручил ей деньги за завтрак.

– Буду ждать, – кокетливо сказала девушка.

Что, впрочем, не помешало ей деловито пересчитать монеты.

Антон вышел на улицу, прошелся до отеля, постоял у входа, побренчав мелочью в кармане пальто. Сегодня он был относительно свободен. Кроме вечера. Ему предстояло появиться на одном эмигрантском собрании. Об этом просил Щеглов.

Его же тянуло поехать к Лизе. Шевин по возвращению напомнил Антону, чтобы он не распространялся о произошедшем. Имелось ввиду, что об этом не должна знать и Крушевина. Тайный агент ОГПУ, видимо, не подозревал, насколько может быть хитрой и проницательной Елизавета. Она тоже читает газеты, умеет сопоставлять факты и обязательно спросит у Антона, чем они вчера занимались. А он не сможет от нее ничего скрыть. Сегодня у Лизы с полудня начинается светская жизнь. Если ехать к ней, то сейчас. Он еще минуту потоптался в раздумье и решительно поднял руку, останавливая такси.

Антону хватило получаса, чтобы добраться до ее дома. К тому времени, а шел десятый час, она успела проснуться и теперь завтракала круассанами с кофе.

– Как все прошло? – спросила она, пустив его в квартиру. – Полагаю, что перестрелка в газете относится к вам? Рассказывай!

– Вообще-то мне приказали молчать, – предупредил Антон, утопая в мягком диване.

– Приказы тебе отдаю только я одна, – не согласилась Лиза. Она вытянула из-под халата босую ногу и шутливо пнула его в бок.

– Не забывай. Ты, Изломин, в полном моем подчинении.

– Покуда?

– Покуда не уедешь обратно. Ну, не тяни.

– Ладно! И учти, тебе следует молчать о том, что узнаешь.

– Я и не собиралась распространяться!

– Прошло все не очень. Я, как ты понимаешь, оказался не в самом центре событий. Мы со Старичем, помнишь того серба, должны были страховать Шевина. Тот хотел купить список благодетелей Монархического союза. Он так нужен?

Лиза в ответ серьезно кивнула.

– Сначала все шло как задумано. Шевин встретился с продавцом. Они о чем-то поговорили в беседке минут пять. Обменялись пакетами. Это я увидел. Затем вдруг начали ругаться. Слова я не расслышал. По жестикуляции и повышенному тону понял, что они ссорятся. Этот тип Штейнбок выскочил из беседки и свистнул. С той стороны, где стоял Старич, появились двое мужчин. Они побежали к беседке. Навстречу им вышел серб. Он рассказывал после, что увидел у них пистолеты и вытащил свой. Те в него выстрелили, а он в них. Серб говорит, что попал в одного. Тот вскрикнул.

Я вышел из своего укрытия, достал пистолет и выстрелил вверх. После моего демарша вся троица, включая Штейнбока, ретировались. Старича легко ранили в плечо. Пуля прошла навылет. Такая вот перестрелка. Мы убежали оттуда, сели в автомобиль и уехали до появления полиции.

– А раненый?

– У Шевина есть знакомый врач. Русский. У них договоренность. Ему позвонили, и тот пришел уже с инструментами. Операция была несложной. Старич чувствует себя хорошо. И все же наследили мы в лесу изрядно. Не думал я, что так выйдет.

– Ничего, – сказала сочувственно Лиза. – Первый блин комом.

– Ты говоришь это серьезно? Мы едва не засыпались!

– Шевин затем и взял вас. Вот пойди он один, тогда вышло бы хуже. А список получили?

– Да. Список у Шевина.

– Значит, ваша операция прошла успешно. Не