Записки расхитителя гробниц. Том 1 - Наньпай Саньшу

три метра. Ничего не понимая, я поспешно направил на бассейн фонарь и, к своему удивлению, увидел спиральную каменную лестницу, которая сбегала вниз вдоль стенок прямо на дно.

Вода ушла очень быстро. Прежде чем я успел приглядеться, обнажилось темное дно бассейна, и лишь громыхающий гул водоворота все еще доносился откуда-то снизу. Скользнув лучом фонарика по стенам бассейна, я обнаружил, что тот выстроен в форме сужающейся книзу чаши. Глубина достигала десятка с лишним метров, и свет до дна не доставал. Снизу непрерывно поднимались клубы густого пара, так что рассмотреть что-либо в этом темном тумане не представлялось возможным.

Я вспомнил, что у нас с собой были еще мощные подводные прожекторы. Я понятия не имел, смогут ли их лучи пробиться сквозь пелену тумана, но все равно поспешно окликнул Молчуна с Толстяком и попросил включить их, отрегулировав луч на максимум, чтобы мы с трех разных сторон одновременно посветили в одну точку.

Пусть даже так у нас не вышло осветить дно целиком, общие очертания кое-как было видно. Дно бассейна представляло собой плоскую окружность диаметром в десять метров, украшенную резьбой, но мы так и не поняли, что за узоры там вырезаны. Однако можно было с уверенностью сказать, что на дне имелось множество крупных дырок, напоминавших сливные отверстия.

Сквозь клубы пара в центре бассейна смутно просвечивал какой-то темный силуэт.

– Вам не кажется, что там, внизу, стоит какая-то каменная стела? – после долгого молчания произнес остроглазый Толстяк.

Я взглянул в направлении, куда он указывал, но увидел только размытый контур.

– Интересно, куда ведет эта лестница? – продолжал Толстяк. – Может, на дне есть еще какой-нибудь проход? Давайте спустимся и посмотрим!

С этими словами он одним прыжком выскочил на ступени.

Я был категорически против того, чтобы в этой ненормальной гробнице куда-то кидаться сломя голову, поэтому крикнул:

– Не торопись! Спускаться может быть опасно! Лучше уж дождаться, пока рассеется туман.

Но Толстяк, который уже спустился на несколько ступеней, только отмахнулся:

– Да все будет нормально, я только посмотрю, что там, и все. Если что-то пойдет не так, конечно, сразу вернусь.

Я успел хорошо изучить его упрямый нрав, так что больше останавливать не стал.

Спустившись где-то на пару витков вниз, Толстяк, кажется, что-то обнаружил, потому что вдруг присел на корточки и принялся разглядывать стену. Уже через несколько секунд он вскинул голову и закричал нам:

– Тут английские буквы!

Я опешил. Как такое возможно? Надпись на английском в древней гробнице эпохи Мин – это что еще за номер?

– Что за чушь ты несешь? – крикнул я. – Откуда в гробнице могли взяться английские буквы? Наверное, с каким-то орнаментом спутал!

– Я, быть может, иностранными языками не владею, но уж алфавит-то знаю! – сердито закричал в ответ Толстяк. – Хорошенького ты обо мне мнения! И вообще, не веришь – сам спустись и посмотри!

– Тогда прочитай мне вслух, что там написано!

Тут Толстяк по-настоящему рассвирепел и с яростью заорал:

– Да если бы я мог прочитать, стал бы тебя звать?

Мне совсем не хотелось туда спускаться, но ничего не поделаешь. Я тяжело вздохнул и, подражая Толстяку, спрыгнул с края бассейна на ступеньки. Они были всего полметра в длину, кажется, строители просто обтесали цельные куски гранита и одним концом вставили их в стенку бассейна. Я с силой топнул по одной пару раз, но ступенька оказалась устойчивой – можно было не опасаться, что обвалится. Молчун спрыгнул следом за мной, и мы гуськом спустились к Толстяку.

Стоящий на лестнице Толстяк издалека сам походил на стену. Когда мы подошли, он ткнул в стенку бассейна пальцем и сказал:

– Вот, смотри скорее! Если это не английский, я тебя дальше на ручках понесу!

Бросив взгляд на стену, я и впрямь увидел несколько английских букв, выбитых в камне зубилом. Судя по следам сколов, они были не особенно старыми, но и не совсем свежими. Я тут же подумал, что надпись могла оставить группа археологов, с которыми третий дядя отправился в экспедицию двадцать лет назад, и невольно удивился. Неужели, пока дядя спал, они добрались до этой камеры? Может, их исчезновение как-то связано с этим странным бассейном?

Заметив, что я витаю мыслями где-то в облаках, Толстяк хлопнул меня по спине:

– Ну что? Говори!

Я торопливо кивнул:

– Да-да, приношу тебе свои извинения, это и правда английский.

Довольный Толстяк хлопнул себя по бедру:

– А я все думаю: как странно, целую вечность бродим по этой долбаной гробнице, а еще не нашли ни одной ценной вещички! Оказывается, это наш зарубежный пострел уже везде поспел. Да они еще во времена Альянса восьми держав[76] ни шиша у нас в стране не оставили, а тут и говорить нечего – точно все подчистую вынесли.

Немного подумав, я возразил:

– Не стоит ничего так категорично утверждать, оставить надпись на английском мог и китаец. Выбивать в камне английские буквы удобнее и быстрее, чем иероглифы. Здесь нацарапана какая-то аббревиатура. Думаю, что-то вроде указателя. Глядите: буквы явно были нацарапаны второпях. Вероятно, когда человек, который это написал, спускался вниз, что-то произошло или кто-то сильно его торопил, и он успел нацарапать на камне всего несколько букв, чтобы оставить условный знак для того, кто должен был прийти после.

– Звучит вполне логично, – согласился Толстяк. – А как думаешь, зачем они вообще туда спускались? Неужели там есть сокровища?

Понимая, что поток его мыслей снова свернул на излюбленный путь, я его проигнорировал.

– У нас все равно куча свободного времени, – продолжал Толстяк, – давайте тоже спустимся и посмотрим. Вдруг там найдутся какие-нибудь бронзовые предметы, и тогда одним выстрелом убьем двух зайцев, а?

Я взглянул на дно бассейна. Сокровища меня не интересовали. К чему мне богатства, которые я даже потратить не смогу, потому что отдам за них свою жизнь? Однако если внизу я смогу что-нибудь узнать о местонахождении Вэньцзинь и остальных, то сходить определенно стоит.

Пока я пребывал в сомнениях, размышляя, спускаться дальше или нет, Молчун рядом произнес:

– Кажется, я уже бывал здесь!

30. Дно бассейна

Я спросил его, как это понимать, но Молчун меня не слушал – тут же помчался вниз по лестнице. Прямо передо мной словно мелькнул проблеск истины, я, естественно, не мог упустить такой шанс и поспешил следом.

Влажный пар непрерывно поднимался со дна бассейна. Спустившись всего на десяток ступеней, я оказался в густом белесом тумане, где видимость резко ухудшилась. Поначалу я еще различал силуэт Толстяка, но еще пару шагов спустя пропал и