Символ власти - Арсений Евгеньевич Втюрин

– Ты говоришь о тех бабах, что приплыли с тобой?

– О них, окаянных! – кивнул головой викинг. – Ту, что помоложе, зовут Драга́ной. Помнишь своего дальнего родича вождя Родогора? Это его любимая племянница.

– Не понимаю, объясни, – удивлённо поднял брови конунг. – Почему она решила мстить и кому?

– У неё с Вадимом дело к свадьбе шло, вроде обо всём уже сговорились. После взятия Новогорода княжич обещал племенному вождю посадить Драга́ну на престол рядом с собой, а самого Родогора болярином при себе сделать.

– Ишь ты, как круто всё завернули! – фыркнул Рюрик.

– Виновниками всех своих бед Драга́на считала тебя, государь, ведь это ты убил на поединке её Вадима!

– А мстить баба стала моим братьям?

– До тебя ей было не добраться, вот она и захотела причинить нам боль, убив Синеуса! Но это не всё. Нашлась у неё подруга, желавшая ему лютой смерти. Родом из посёлка Заозёрный, что недалече от Новогорода стоит. Зовут её Ростислава. Синеус ещё до похода на ладожские земли обрюхатил эту девку, обещал на ней жениться, а сам нос от неё стал воротить.

– И что с того? – удивлённо пожал плечами конунг. – У нас такое повсюду деется, и никто за это не убивает! Все полюбовно договариваются.

– Но девка та предупреждала Синеуса, что ежели у неё без мужа дитё народится, то быть беде! Отец сраму не потерпит! Из дому выгонит, а то и убить может. А он в Заозёрном вождь!

– Ну-ну, продолжай, – начал поторапливать Бейнира князь. – Что же дальше-то было?

– Выгнал отец Ростиславу с новорождённым на руках из посёлка, и пришлось ей по лесам скитаться до глубокой осени. Сгинула бы вместе с дитём, но подобрала её сердобольная Драга́на и к себе в дом привела. Вот там эти две девки и подружились. А зимой в лютую стужу в посёлок нагрянул отец той Ростиславы. Как увидел он про́клятую им дочь, схватил маленького ребёнка и на мороз в сугроб выкинул, а саму Ростиславу кулаком так приложил, что рухнула она в беспамятстве. Думаю, убил бы он и её, но Драга́на схватила копьё, пробила вождю ногу и тем спасла свою подругу.

– Теперь мне стало ясно, почему девки решили начать с Синеуса! – задумчиво произнёс Рюрик. – Скажи, друже, а как им удалось захватить его?

– Князь с малой охраной возвращался в Белоозеро, а они оказались на пути, сумели опоить, связать и увезти с собой в глухую лесную чащу. А там приготовили виселицу и на восходе солнца хотели вздёрнуть твоего брата на берёзу. Но под утро он с большим трудом сумел освободить ноги от пут и сбежал от них. Ещё чуть-чуть, и Синеус смог бы добраться до маленького посёлка. Вот только на опушке леса девки догнали князя, оглушили дубинкой и увели обратно в чащу. Но им не повезло. Трое поселковых ребятишек шли на утреннюю ловлю рыбы на ближнее озеро. При виде бежавшего мужчины они спрятались в кустах и увидели всё, что случилось на поляне. Ну а потом пришли домой и рассказали старосте о человеке со связанными руками и двух девках, уводивших его в лес. Через два дня жители Белоозера вместе с ратниками начали искать по всей округе своего князя и наткнулись на этот посёлок. Староста с ребятами навели их на след, да ещё и вспомнили, в чём были одеты чужаки. Тело князя с торчащей из груди рукояткой ножа нашли в лесу. Девки не стали хоронить Синеуса. Похоже, они чего-то сильно испугались и бросились в бега, но далеко уйти им не удалось. Стража поймала обеих на берегу реки, где они уговаривали рыбаков взять их на свою лодку. Так девки попали в руки белоозерского воеводы. Драга́на и Ростислава клялись ему, что не убивали князя. Сам понимаешь, никто им не поверил и их бросили в поруб.

Викинг замолчал, словно пытаясь что-то вспомнить.

– Воевода послал гонцов в Новогород и в Изборск с вестью о гибели князя, но не знал, как ему быть дальше. Он понимал, что пройдёт много дней, прежде чем ты, государь, и твой брат князь Трувор сможете приплыть в Белоозеро, а потому решил сам похоронить Синеуса по новогородским обычаям.

– Что ж, мудро поступил! – махнул рукой конунг. – В Белоозере нет ледника, а без него тело князя долго не сохранилось бы.

– Представляешь, гонцы воеводы приплыли в Изборск через два дня после смерти князя Трувора, – продолжил Бейнир.

– Как наш брат погиб? – встрепенулся задумавшийся о чём-то Рюрик. – Кто это сделал и почему?

– При осаде Новогорода князь Трувор убил из лука племенного вождя Родогора. Из его груди вытащили стрелу с чёрным оперением. Драга́на захотела отомстить за своего дядю и наняла два десятка воинов, готовых за золото зарезать мать и отца родных. Награду им посулила огромную за голову твоего брата Трувора. Вот только в двух местах сразу она быть не могла. Послала девка с убивцами в Изборск дочь Родогора, живущую со своей матерью Звениславой вдали от Бережца.

– У него ещё и дочь есть? – удивился конунг. – О ней ничего в городе не говорили.

– Белавой её кличут. Не в себе она часто бывает, с головой у неё что-то неладное творится. В припадке может топором ударить или ножом пырнуть. Потому и отослал её вместе с женой от себя подалее вождь. Сам уже стал побаиваться, что во сне прирезать могут.

– Так это она Трувора убила… – угрюмо выговорил Рюрик.

– Прости, конунг, – склонил голову викинг. – Не углядел я за нашим князем. Да и тяжко его удерживать, коли он привык без охраны по городу ходить. Я уж уговорил Трувора кольчугу под одёжу надеть, меч с собой взять, двух телохранителей приставил, чтобы скрытно за ним ходили. Как вороги князя за ворота крепости выманили, то мне не ведомо, но оказался он на другом берегу реки в окружении убивцев. Там ему удалось завладеть луком с десятком стрел и начать с ними сражение. Несколько человек Трувор ранил. На громкие крики стража крепостная сбежалась. Побили разбойный люд, а некоторых живыми захватили. Князя в город привели. Мне казалось, что всё закончилось. Мы на площади стояли, а тут девка с маленьким ребёнком к нам подошла, телохранители ни о чём плохом не подумали и пропустили их к князю. А это оказалась Белава с чужим дитём. Она выхватила из-под плаща нож и снизу вверх вонзила лезвие Трувору в горло. Князь умер быстро, почти не мучился. Горожане