Естественно, люблю. Как построить крепкий союз без жертв и самообмана - Елена Викторовна Бережная

У человека буквально или образно нет ничего своего. Он либо живет с родителями, за их счет, и они решают, как ему будет лучше, либо он физически отделился и даже обзавелся своей семьей, но каждый день отчитывается маме о том, как прошел его день, и отдает маминым делам и проблемам приоритет. В некоторых случаях такие дети даже обсуждают с матерью подробности своей интимной жизни. Разумеется, это вопиющее нарушение границ.

Некоторые люди искренне недоумевают: «Что плохого в том, чтобы делиться всем с родителями и советоваться с ними по любому поводу?» Советоваться можно и нужно, но родители должны лишь высказывать мнение, а не решать за вас. Вы не должны зависеть от их голоса. Взрослый человек способен сам принимать решения и отвечать за них. И если за вас решают родители, то на ком ответственность? Кто в вашей жизни главный?

У человека особые отношения со временем. Ему кажется, что у него вся жизнь впереди – можно еще долго ничего не делать и валять дурака. В отличие от психологически зрелого человека, невыросший не осознает, что его ресурсы ограниченны. Как ребенок, он живет планами, мечтами и надеждами, не задумываясь ни о времени, ни о возрасте. Он искренне верит, что все успеет.

У человека мощный внутренний критик и/или синдром самозванца. Родительским голосом он вещает о том, что правильно или неправильно, и неусыпно следит за тем, чтобы поведение человека совпадало с этими предписаниями. Стоит только отклониться, как тут же наваливается чувство вины и стыда, даже если человек не сделал ничего плохого и никому не навредил. Но чувство вины – штука коварная, и с ней все не так просто. С одной стороны, вечно виноватый человек пребывает в состоянии ребенка, который не может себя защитить. С другой – чувство вины дает ему ощущение собственной значимости. Он рассуждает так: «Если я виноват, значит, это все из-за меня, и я могу все исправить. От меня зависят чувства других людей – я виноват в том, что их обидел. У них есть от меня ожидания, которых я не оправдал, и поэтому я виню себя».

Отсутствие сепарации – это всегда претензии к родителям и родительским фигурам (начальству, власти), даже если человек давно вырос и от родителей никак не зависит. Любое негативное чувство, будь то ненависть или обида, крепче, чем любовь. «Я вас ненавижу, но вы должны измениться, чтобы мне стало хорошо» – примерно так человек относится к окружающим.

И наконец, отсутствие сепарации приводит человека в деструктивные, конфликтные, созависимые отношения, в которых он стремится отыграть привычные семейные сценарии. Например, несепарированная женщина ждет от мужчины безусловного принятия и каждый раз получает травму отвержения, потому что тот выставляет нормальные границы и общается с женщиной как со взрослым человеком, а не как с ребенком. Или мужчина, не до конца отделившийся от матери, находит себе женщину, которая напоминает ему мать (слишком властная, слишком заботливая и другие возможные варианты). Сначала он неосознанно изображает гармонию и послушание, а потом бросает ее ради другой – «настоящей» женщины, которая подтверждает, что он вырос и ушел от мамы.

Список критериев инфантильности можно представить и единственным качеством – неспособностью выдерживать неопределенность. Когда человек привык получать желаемое по первому требованию, он мыслит о мире как о месте, полном ресурсов, которые всегда будут в его распоряжении.

Те, чьи потребности в детстве хронически не удовлетворялись, тоже склонны к инфантильным проявлениям. Встречая подходящий объект для отыгрывания, они пытаются восполнить свои дефициты, забывая о том, что давно выросли, многое могут сами и им никто ничего не должен. Быть инфантильным удобно, когда тебя окружают взрослые, готовые о тебе позаботиться. Но на этом удобства заканчиваются. Запомните: ребенок не имеет права принимать решения. Для этого есть родительские фигуры, которые всегда знают, как будет лучше. Их представления о том, что для «ребенка» хорошо, рано или поздно возьмут верх. И тогда придется выбирать – навсегда остаться ребенком или повзрослеть.

Чтобы вырасти, нужно уметь выдерживать фрустрацию, то есть ситуации, в которых что-то не получается или не оправдываются ожидания. Но самое главное – научиться отличать безнадежную ситуацию от той, в которой можно приложить усилия, чтобы получить результат. Тогда не придется опускать руки при малейшей неудаче или стучаться в закрытую дверь, за которой никто не ждет.

Когда сепарация откладывается

Не так давно, всего каких-то пятнадцать лет назад, в самом авторитетном толковом словаре Америки Merriam-Webster появился новый термин: «дети-бумеранги». Это дети, которые попробовали пожить отдельно, но по ряду финансовых причин у них ничего не вышло и им пришлось вернуться в родительский дом. Это показательное явление для нашего времени: дети получают столько внимания и принятия, что им не приходится преодолевать нормальные жизненные препятствия (даже когда они уже совсем не дети). Психолог и специалист по детско-родительским отношениям Джеффри Бернштейн в одной из своих публикаций рассуждает о том, как выпихнуть своего взрослого ребенка на работу, если тот засиделся на натруженной родительской шее и отчаянно сопротивляется трудоустройству[17]. Для таких «детей» он использует специальный термин: job-resilient – то есть «устойчивый к поиску работы» (как если бы эта самая работа была опасной инфекцией, угрожающей жизни и здоровью).

«Я ни за что не буду работать на какого-то там начальника» (Бобби, 23 года, вылетел из двух колледжей, которые «не подходили»).

«Папа, серьезно? Какого черта? Ты обеспечиваешь маму и знаешь, что можешь позволить мне не работать. Я же говорила вам: я соберусь с силами и вернусь в колледж в следующем году» (Эмма, 26 лет, отказывается возвращаться на свою работу администратором в спортзале или искать новую).

«Вот увидишь. Я посмеюсь над тобой, когда разбогатею на музыке, а ты все еще будешь работать» (Кевин, 22 года, бросил колледж и отказался устраиваться на работу).

«Мам, ты прекрасно знаешь, что моя бывшая жена – настоящая стерва. Почему я должен возвращаться на работу только для того, чтобы платить ей алименты?» (Сет, 39-летний врач).

Джеффри Бернштейн утверждает, что отсутствие профреализации и намеренное избегание трудового опыта – это результат непреодолимого беспокойства[18]. Таким тревожным людям проще вообще ничего не предпринимать, если у них нет гарантии успеха. Бездействие – это обратная сторона перфекционизма и результат завышенных ожиданий (как собственных, так и родительских). «Будь лучшим или не будь вообще» – вот так некоторые