Психосинтез. Принципы и техники - Роберто Ассаджиоли

4. Модели или образы, проецируемые на нас другими; т. е. модели таких личностей, каковыми нас считают окружающие.

5. Модели или образы таких личностей, каковыми нас хотели бы видеть окружающие.

6. Образы нас самих, вызываемые или создаваемые в нас другими людьми, т. е. образы нас самих, которые окружающие в нас создали.

Мы объясним последний пункт, потому что он наиболее непонятный. Четвертый и пятый классы представляют собой те модели, которые на нас проецируются, но которые мы считаем, так сказать, инородными и не признаем, а иногда изо всех сил отталкиваем. В отличие от этого, к шестому классу относятся модели, успешно нам навязанные, модели, которые мы сами приняли для себя, и поэтому наиболее вредные.

Прежде чем совместно с пациентом начать работу над идеальной моделью, нужно ознакомить его со всеми вышеупомянутыми моделями, которые могут вступать в конфликт с прочими моделями, а большинство из них вообще находится в бессознательном. Здесь необходимо вспомнить об одном глубоком аспекте анализа: не заострять слишком сильно внимание на мелких травмах и инцидентах в прошлом, но сосредоточиться на анализе настоящего в его «драматическом» аспекте. Именно в настоящем существует пациент, раздираемый субличностями, моделями и идеалами самого себя и не знающий, как с ними справляться. Некоторые психологи назвали эти модели «Я»-образами» или «Я»-концепциями». Мы считаем, что рассмотрение многообразных конфликтующих моделей может стать чрезвычайно плодотворной частью нашей аналитической работы.

ОСНОВНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ В ОТНОШЕНИИ МЕХАНИЗМА ДЕЙСТВИЯ ДАННОЙ ТЕХНИКИ

Главная идея, лежащая в основе данной техники, уже упоминалась при обсуждении техники для тренировки' и использования воображения; она заключается в применении психологического закона, гласящего, что каждый образ содержит в себе моторный, т. е. движущий, импульс, который можно преобразовать в действие, — в этом, схематично говоря, и состоит творческая сила воображения. Этот закон был сформулирован пионером современной психологии Теодюлем Рибо в начале нашего столетия. Модель сначала должна быть статичной, а затем «проявиться в движении». Процесс включает в себя следующие стадии: во- первых, должна иметься идея; в том случае, если субъект желает ее исполнения, она становится идеалом, который — при условии, что будут приложены незаурядные усилия, — может стать реальностью и проявиться в виде функции. Данное определение следует понять и прочувствовать, чтобы избежать путаницы со смыслом слов «идеал» в значении «идеализированный». Нередко слово «идеал» ошибочно ассоциируется с чем-то далеким от реальности. Такое понимание не имеет ничего общего с сутью идеальной модели.

Эти стадии «идеи — идеала — формы — функции» можно сравнить с чертежами, используемыми в науке и технике, которые предшествуют началу производства; а в каком-то смысле можно провести аналогию также и с гештальт-теориями.

ПРОЦЕСС

Существует не одна «идеальная модель», но несколько, и все они имеют свои особые характеристики, как это будет видно из их описания. Одна из них постоянно и бессознательно используется большинством людей — это внешняя, или опосредованная, модель. Она состоит в сознательной или бессознательной имитации поведения, рассматриваемого как желательное, вызывающего восхищение или служащего идеалом. Это относится к тому, что обычно называют «преклонением перед героями», потому что чувство преклонения или восхищения спонтанно и естественно вызывает порыв подражать. По поводу ценности и эффективности этой техники красноречиво выразился Томас Карлейль (Thomas Carlyle) в своей книге «О героях и преклонении перед ними» (On Heroes and Hero-Worship). В нашем распоряжении есть также «Жизни» Плутарха, представляющие собой целую коллекцию героических образов, и «Мужчины-образцы» (Representative Men) Ральфа Уолдо Эмерсона (Ralph Waldo Emerson). Преклонение перед героями, столь распространенное в прошлом, сейчас, к несчастью, сменилось «преклонением перед идолами» — под идолами мы подразумеваем более «приземленные» модели, в которые превратились некоторые кинозвезды, завоеватели теле- и спортивных призов, успешные бизнесмены — вне зависимости от их характера, морального облика и т. д. Иногда в качестве внешней модели выбирается личность менее «грандиозная» и более «реальная» — кто-то конкретный, кем мы восхищаемся и на кого хотим быть похожи. Возможно, такие случаи чаще встречались в прошлом, чем в наши дни: этим человеком мог стать член собственной семьи — отец, мать, другой близкий родственник, нередко учитель. В психотерапии влияние психотерапевта в качестве идеальной модели может быть как конструктивным, так и разрушительным с точки зрения отношений между психотерапевтом и пациентом.

При применении этой техники первое требование заключается в том, чтобы избегать нереалистичных и недостойных моделей. Но даже в том случае, если модель, выбранная пациентом, хороша и полезна, нужно не попасть в две «ловушки», и тогда ее влияние действительно будет конструктивным. Эти «ловушки» следующие: пациент не должен быть пассивным и не должен слишком «буквально» подражать своей выбранной модели, потому что никому не следует делаться в точности таким, как другой. Могут быть усвоены некоторые особые, выдающиеся качества модели, но отнюдь не все ее личностные характеристики.

Вторая опасность, которой следует избегать, — это личная привязанность к человеку, выбранному в качестве модели. Модель должна быть именно «моделью», а не живым человеком. Она должна быть идеей, образом, который нужно «принять» и «усвоить», а не чувствами к носителю этого образа. Нередко поначалу чувства и модель связаны, и это правильно. Но постепенно происходит процесс усвоения или субъективации, в результате которого аффективная связь с человеком-моделью прерывается и модель превращается во внутренний динамичный и творческий паттерн (образец).

Как с практической точки зрения мы можем помочь пациенту освободиться от нереалистичных или недостойных моделей?

Первый шаг, который может быть назван «агрессивным подходом», состоит в развенчивании недостойной модели. Покажите пациенту «истинную» реальность, открывающуюся под привлекательной маской, например, обычные человеческие недостатки блестящей кинозвезды; обратитесь к биографическим данным и опишите те несчастья и фрустрацию, которые пережила эта личность. То же самое можно проделать и с тем, что называется «идеалом брутального мужчины» — случай, когда человек полностью идентифицируется со своим телом и ни с чем более.

Психотерапевт не должен бояться прямого вмешательства и развенчивания таких идолов, особенно на данной аналитической или «деструктивной» стадии лечения, которая направлена не на то, чтобы подтолкнуть пациента- к чему-либо, а на то, чтобы освободить его от препятствий, мешающих ему обрести свое лучшее «я», подлинное «я» — вот что важно. Мы должны быть очень осторожны, чтобы не навязать пациенту наш собственный идеал, себя, т. е. нас самих или же наш собственный идеал его, пациента (т. е. навязать ему тот образ, который является идеалом для нас самих как личности, и не навязать ему тот образ, который, по нашему мнению, является идеалом для него, пациента). Напротив, имеет ценность каждая активная, даже агрессивная попытка помочь ему освободиться от ограничений и связывающих его образов.

Развенчивание «идеала голливудской звезды»