История дворца Куньнин. Книга 2 - Ши Цзин

сведения, господин Се, что человек он толковый и хорошо выполняет свою работу. В уголовных делах весьма сведущ и все статьи закона помнит назубок. Только нрав у него резкий и несговорчивый. С людьми сходится плохо. Прошло всего несколько дней, как его перевели в Департамент чистоты службы, а люди из Северного следственного управления Тайной стражи уже несколько раз приглашали меня на пиры, чтобы заручиться поддержкой. Признаться, я все еще колеблюсь. Что вы посоветуете, господин Се?

Прежде Чжан Чжэ был секретарем Палаты наказаний, который нажил себе врагов в Тайной страже, подав императору докладную записку на тысячника Чжоу. Однажды на заседании Государственной канцелярии Шэнь Лан в присутствии ученых советников даже обвинил его в неумении лавировать и в склонности доставлять лишние хлопоты. В конце концов, Тайная стража подчинялась исключительно императору. Но, невзирая на недовольство, Шэнь Лан росчерком писчей кисти все-таки перевел Чжан Чжэ в Департамент чистоты службы, повысив до шестого ранга, хотя и лишив влияния при дворе. И все-таки от должности его не отстранили, что говорило о благосклонности императора. К тому же…

Глаза Се Вэя едва заметно блеснули.

– Глава Палаты наказаний, господин Чжэн, достиг преклонного возраста и в прошлом году уже подавал прошение об отставке, – сказал он, глядя на Чэнь Ина. – Тогда император ответил отказом, сославшись на отсутствие преемника. Кстати, как раз в этом году истекает срок полномочий цензора Хэнаньского округа, Гу Чуньфана. Именно он всеми силами продвигал Чжана, его стараниями рядовой писарь поступил на службу при дворе. Пить вино и пировать за чужой счет не возбраняется, а что делать дальше, решать лично вам.

У Чэнь Ина екнуло сердце. Он сразу понял намек: Гу Чуньфан вскоре станет его прямым начальником, а значит, Чжана лучше не трогать. Сообразив, что ошибся в расчетах, помощник главы Палаты наказаний втянул носом холодный воздух и поклонился.

– Благодарю господина Се за наставление.

– Сейчас у меня много дел. Загляните через несколько дней, – спокойно ответил тот.

– Как прикажете, – отозвался Чэнь Ин.

Се Вэй больше не стал тратить слов, распрощался и, заложив руки за спину, направился к павильону Уин[21].

Комитет по составлению династийных историй принадлежал академии Ханьлинь и размещался в восточном и западном флигелях павильона Уин. Его основная задача сводилась к написанию исторических хроник и биографий заслуженных государственных деятелей.

Утренняя аудиенция при дворе императора только что завершилась, и служащие комитета пили чай. Обычно за чаем они обсуждали прошедший прием или интересные новости из провинций, а если настроение позволяло, декламировали стихи или рассуждали о литературе.

Но сегодня в зале царила гнетущая атмосфера. Глава комитета Чжан Чжун уставился на восемь копий «Наставления женщинам», лежащих на его столе. От злости его лицо стало багровым. Он открыл верхнюю книгу в стопке и увидел грязь на страницах, будто ее швырнули на пол. В его глазах вспыхнул гнев. Молодой евнух, который принес книги обратно, невольно втянул голову в плечи. Спустя мгновение раздался оглушительный стук – это Чжан Чжун хлопнул ладонью по столу, вскочил на ноги и закричал:

– Совсем распоясались! Кто дерзнул выбросить мои книги, а затем сунуть их мне же под нос?!

Едва он умолк, как с порога послышался тихий смех.

– Уважаемый глава комитета, не горячитесь.

В зале сразу наступила тишина. Чжан Чжун узнал голос и обернулся к двери. При виде Се Вэя его ярость немного угасла, но раздражение явно читалось на лице старика.

– Господин младший наставник, вы как раз вовремя. Гляньте, что натворили эти ученицы из павильона Фэнчэнь. Ни почтения к наставнику, ни стремления к учебе! Окончательно стыд потеряли! Кто дал им право так поступать?

Се Вэй, приподняв брови, скользнул взглядом по восьми копиям «Наставления женщинам», с достоинством опустился на почетное место и невозмутимо посмотрел на Чжан Чжуна.

– Приношу глубочайшие извинения. Это я дал им такое право. Книги выбросил тоже я. Не ожидал, что вы примете мой поступок так близко к сердцу. Теперь мне даже неловко.

«Что?!»

У Чжан Чжуна загудело в голове, он не верил собственным ушам. Трижды повторив про себя слова Се Вэя, старик наконец уяснил их смысл. Он уставился на спокойное, улыбчивое лицо младшего наставника, и его охватило смятение: по спине пробежали мурашки, а ноги обмякли, так что несчастный едва не упал.

* * *

В это время в павильоне Фэнчэнь господин Чжао Яньхун вел урок, посвященный «Ши цзину». Цзян Сюэнин сидела за партой и слушала, но ее мысли блуждали. Со вчерашнего дня после ухода Се Вэя в учебном зале воцарилась странная атмосфера.

Следующий урок вел профессор математики Сунь Шу из Академии сынов государства. Он был моложе прочих наставников и уступал им по статусу, но, возможно, именно поэтому держался приветливо, старался объяснять понятно и отвечал на любые вопросы. Хотя он не добился выдающейся репутации, благодаря его стараниям Цзян Сюэнин, порядком уставшая от остальных учителей, вновь обрела надежду выдержать учебу во дворце.

Однако, вернувшись после уроков в Янчжи, барышни принялись спорить. Шум поднялся из-за того, что вчера перед занятием Се Вэй выбросил из учебного зала «Наставление женщинам» и велел остальным сделать то же. Книгу Цзян Сюэнин вышвырнул младший наставник, старшая принцесса повторила за ним, однако остальные семь девушек не отважились выполнить распоряжение, и теперь самые боязливые, вроде Яо Жунжун, изнывали от страха:

– Господин Се велел выкинуть, ее высочество так и поступила… а мы даже не пошевелились. Наверное… это неправильно?

– Почему же ты не послушалась? – насмешливо осведомилась Чэнь Шуи.

Яо Жунжун вспыхнула и не посмела продолжить. Чжоу Баоин захлопала ресницами:

– А я хотела выбросить, но огляделась: никто не бросает, вот и опустила книгу обратно…

– Сестрица Баоин тоже решила отринуть приличия? – холодно усмехнулась дочь ученого советника.

Все уловили в ее голосе недоброжелательную нотку. Молчавшая Сяо Шу, услышав, с какой резкостью заговорила Чэнь Шуи, нахмурилась, что было редкостью, и неожиданно повернулась к Цзян Сюэнин.

– А ты что думаешь?

Цзян Сюэнин не ожидала, что дочь Чэн-гуна поинтересуется ее мнением, и не знала, к чему та клонит. Ее книгу выбросил Се Вэй, значит, ему и отвечать за последствия.

– Хотите – выбрасывайте, не хотите – оставьте, – ответила она, не пытаясь лукавить.

В конце концов, Се Вэй никого ведь не принуждал. Однако, по сути, от прямого ответа вторая барышня Цзян уклонилась. Сяо Шу пристально посмотрела на нее и обратилась к остальным:

– Нашим обучением в павильоне Фэнчэнь руководит господин Се. Пусть остальные наставники обладают глубокими знаниями и опытом, но император даже не помнит,