Печать безумных. Солнце поражения - Екатерина Ивановна Гичко

Женщина с опаской посмотрела на него.

Он не мог не слышать слухов про неё. Неужели ему всё равно?

— Прекрасно выглядишь, — Орлид сиял. — Ты всегда хороша, но сегодня особенно.

Лирка украдкой бросила взгляд по сторонам, убеждаясь, что никого больше нет, а стража далеко, у дверей кабинета хайнеса.

— Благодарю, — скованно сказала Лирка.

— Ты боишься кого-то увидеть? — мужчина заметил её взгляд.

— В последнее время меня раздражает чужое внимание, — призналась Лирка и прямо посмотрела на Орлида. — Обо ходит много слухов. Наверняка вы их слышали.

— Конечно, — спокойно признал Орлид. Но вот взгляд его опасно потемнел. — Я понимал, что хайнес непросто так уделяет тебе внимание. Он ведь ревнует, и это прекрасно видно. И я подозревал, что между вами в прошлом что-то произошло. Просто после твоего возвращения с заставы прошло не так много времени, и вы с ним почти всегда на виду, а значит, это дело прошлого.

Лирка всё же отняла свою руку.

— Но мне всё равно, — упрямо заявил Орлид.

— Господин, вы плохо осознаёте…

— Ты же отказала ему, — мужчина не спрашивал. — Иначе бы он не был так раздражён. Значит, у меня всё ещё есть надежда.

— Боги, да что вы говорите⁈ — рассердилась и растерялась Лирка.

— Если честно, я… Не думай, что я плохо думал о тебе, но я подозревал, что Ханён его сын.

— Что? — оторопела женщина.

— Моя мать когда-то была дружна с консери Шиндый. И когда-то она имела неловкость без предупреждения приехать в гости к консери в её загородный дом. Она, — голубые глаза Орлида сощурились, — видела маленького Весхалия. Моя мать происходит из семьи очень знатных врачевателей. Пусть она сама и не обучалась науке лечения, но успела на многое насмотреться. Ребёнок консери был очень болен. И мама сомневалась, что его болезнь лечится. Так что я подозревал, что господин Весхалий мог не быть отцом Ханёна по крови. Но мне всё равно.

Лирка отступила от Орлида, не сводя с него настороженного взгляда.

— Я не знаю, что произошло в твоём прошлом, но я и не буду допытываться. Никогда. И приложу все силы, чтобы защитить тебя от злых языков. Только дай мне шанс.

— Да я тебе государственную измену нарисую!

Лирка и Орлид резко развернулись и уставились на недовольного хайнеса, который, сложив руки на груди, зло смотрел на Орлида. Тот не стушевался и гордо вскинул подбородок.

— Добрый вечер, Сильнейший, — как ни в чём не бывало поприветствовал он. — Я верен своей стране и вам. Но в любви уступать не собираюсь.

— Ты сейчас пристаёшь к моей невесте! — возмутился Узээриш.

Лирка хотел опровергнуть заявление, но Орлид её опередил:

— Я знаю, что она отказала вам. Да и согласись она… Невеста ещё не жена, — припомнил мужчина известную поговорку.

— Иррес, ты куда сморишь⁈ — Риш возмущённо уставился на Лирку.

Подселенец высунул башку из груди женщины и недовольно ответил:

— Я тебе что, как пугало должен всех ворон от неё отгонять? Так мне и ты не нравишься! Порхайте отсюда оба! Я и так стараюсь изо всех сил, чтобы и Лирку защитить, и подданых твоих тупых до сердечного приступа не довести. А то нежные все такие! — дух мотнул башкой в сторону обомлевшего и оцепеневшего Орлида. — Раньше-то оборотни были покрепче. Настоящие звери! А сейчас так, как комнатные собачки или птички в клетках. Чуть что немножко необычное, и всё, лапки кверху! Сдохли от впечатлений!

— Кто тут сдох? — возмутился Риш.

— Ой, да ты вообще испсиховался, когда узнал, — презрительно фыркнул Иррес. — Вот ты, — подселенец резко повернулся к побелевшему Орлиду и приветственно оскалился, — как себя чувствуешь? Сердечко на месте? Или в кишках? Я ещё, если не понял, настоящий мужчина! Как? Готов со мной уживаться, милый? — и кокетливо захлопал ресничками.

Орлид жалобно посмотрел на Лирку. Та устало вздохнула и почему-то извинилась:

— Простите.

— Чего ты извиняешь? — возмутился Иррес. — У нас природа такая, двойственная, — глумливо захыкал. — Не могут принять, пусть катятся на все четыре стороны. Даже на пять! Они же крылатые, и в высь могут. А если достанут, мы им организуем и подземное направление, да, Лирка?

— Спрячься ты уже! — не выдержала женщина.

— Я смогу… — Орлид сглотнул и проморгался.

— Да кто тебе позволит⁈ — разозлился Узээриш.

— Ха! Да вы оба нам не нужны! — язвительно отозвался Иррес.

Лирка зарычала. Раскатисто и с угрозой. Шани внутри полностью её поддерживала. Тупые самцы достали и её.

— Заткнулись все!

— О, моя госпожа сердится, — улыбнулся Риш, и Лирка обожгла его яростным взглядом. — Молчу, милая. Гневайся, сколько душе твоей угодно. А ты, — он холодно посмотрел на Орлида, — если…

— Господин!

В коридор в сопровождении стражи вбежал запыхавшийся незнакомый Лирке оборотень.

— Беда большая! — выпалил мужчина. — На дом старого консера напали! Исчезли его внук с дочерью, ученик внука и господин Ёрдел.

Риш и Лирка не сговариваясь бросились к лестнице.

Глава 32

Пробуждение Салейского дракона

Первым в дом Вотых прибыл Мариш. Мокрый, слипшиеся волосы чёрными, слегка посеребрёнными змеями облепляли его белое от злости лицо. Приехал он в компании всего пары оборотней: высокого мускулистого детины туповатого вида и длинного и худощавого оборотня уже преклонного возраста. Шерех знал обоих. И первый был далеко неглуп, а второму солидный возраст совершенно не мешал держать в руках нити соглядатайской сети Мариша, разбросанной по всей Салее.

— Где? — выплюнул Мариш, цепко осматривая гостиную холодным, злым взглядом.

Глаза его упёрлись в молоденького сопровождающего Ёрдела, и тот покорно потопал к своему господину. Лучше уж сразу подойти. В бешенстве Сумеречный хайнес прибьёт сразу, а вот если остынет, надеяться на быструю смерть уже не придётся.

— Почему ты без него? — сразу зарычал домоправитель.

— О, милый, — Мариш вскинул разъярённый взгляд на посмевшего обозвать его «милым» и стиснул зубы, увидел госпожу Жадалу, — не ругайся на него. Уверена, знай он, что Ёрдел исчезнет, вцепился бы ему в ноги.

— Не нужно за него заступаться, госпожа, — Мариш ответил очень сдержанно, но голос звенел, как натянутая струна. И опять зарычал на подчинённого: — Ты не должен был отходить от него ни на шаг!

— Да тут в какой-то момент как всё тряхнуло! Я глаза открыл, а его рядом нет. Вы ж знаете эту его привычку невидимым ходить. Не сразу даже сообразил, что он тоже исчез. Всё думал, где-то рядом ходит. А потом мы его светильник подобрали… — оборотень опасливо втянул голову в плечи.

Мариш косо посмотрел на госпожу Жадалу,