Пари на императора драконов - Мария Павловна Лунёва

становилась легким трофеем в ваших руках. И он выглядел искренним. Я до сих пор не могу поверить, что это ложь. Но вы неделю сидели у постели Юниль, ухаживали за бедной девочкой. А не стал бы это делать тот, для кого она всего лишь удобная игрушка. Не стал бы... — его голос упал.

Выдохнув, я сел на край стола и по очереди взглянул на этих благородных олухов.

— Это будет вам уроком. Жестоким уроком. Я действительно дал повод Вегарту Вагни усомниться в себе и своем отношении к его дочери. Вот только после его предательства! Он поступил так, как посчитал верным — его выбор и решение. Да, он использовал вас, потому как понимал — я не трону сыновей своих генералов. Но как вам самим в роли пешек? Понравилось?

— Нет, правитель, — Киан искусывал нижнюю губу.

— Тогда почему вы допустили такое? Чем думали?

— Ничем, — Олсен разминал шею, словно готовил ее к плахе. — Вы правы, мы оба даже не поняли, с чем играем. Не просчитали, к насколько серьезным последствиям для нас эта игра может привести. И я готов понести наказание. Но отец... моя семья...

— А о семье, Стейн, нужно думать до того, как совершить очередную идиотскую выходку, — процедил я, подавшись вперед. — Дипломат?! Да ты себя огородить от неприятностей не можешь. Вверять тебе интересы империи? Ну нет. На Север для начала, а после — в Пустыню. И я буду пристально следить за вами обоими. И ни приведи боги, вы еще раз дадите мне повод швырнуть вас в темницу. Тогда уже ничего вас не спасет.

— И что нам делать в пустыне? — выдохнул Киан.

— Взрослеть!

Он медленно кивнул и уставился на брата. И в этом взгляде было нечто такое, что на месте Олсена я бы провалился сквозь пол.

— Хотя, — хмыкнул я. — Нет, тебе, Орм, и Севера хватит.

Он выдохнул с каким-то облегчением.

Глава 14

Юниль Вагни.

Открыв глаза, уставилась на кресло. Его там не было, и, как ни странно, я ощутила лёгкое разочарование. Вздохнув, повернулась к окну.

Сумерки...

Солнце медленно заходило за кроны деревьев.

Потянувшись, ощутила лёгкую боль чуть выше глаза. Подняв руку, скользнула по тому месту, куда прилетела та самая ветка.

И всё же я так и не понимала, почему забыла Льюиса.

Мне легко было называть его по имени, и это о многом говорило.

Да и чувство... Ощущение, что рядом чужак, проходило.

Зевнув, всё же села. Сомкнула и разомкнула веки.

Вроде бы и спала, а такая усталость. Тело ныло. Так бывало, когда слишком долго лежишь в постели, например, когда болеешь.

Нехорошие ощущения.

Встав на ноги, размялась и отправилась в гардеробную. В прошлый раз я как-то не присматривалась, зато сейчас увидела незнакомые мне просто роскошные наряды. Особенно привлекало внимание платье цвета спелой вишни. Яркое, сочное. И такое...

Протянув руку, коснулась подола, и тут же в голову словно врезалась иная картина. Я в примерочной, а передо мной стоит блондинка и старается втиснуться в жутко нелепое синее платье.

«Почему ты такая жалкая, орина Ордо?»

Я дёрнулась. Странное впечатление. Это было воспоминание о том, о чём напрочь забыла.

Жалкая... Да, весьма подходящее слово.

Взяв домашнее платье, отправилась в купальню. Она была удачно отделена от основных комнат и прекрасно оборудована. Большая купель с отверстием для слива. В такую, если заберёшься, можно сидя скрыться и с головой. Две бочки поменьше. Ну и отдельно широкая невысокая лохань. Именно к ней я и поспешила.

В родном поместье купальни располагались рядом с банями в отдельных строениях. Мы с сёстрами любили понежиться в чанах.

Воспоминания о родном доме вызвали грусть.

Проверив, нет ли там нигде императора, быстро поставила на лавку ведро с прохладной водой. Скинула с себя одежду, собрала волосы на затылке, чтобы не замочить, и забралась в лохань.

Мылась очень быстро. Как будто у генерала нормативы сдавала. Мыло, ветошь... И раз... два... три.

И всё время прислушивалась — не идёт ли кто.

Но пока было тихо.

Закончив, выбралась и, скользя по полу, схватила широкое длинное полотенце. Завернувшись в него, выдохнула.

И тут же напряглась, услышав звуки. Мой взгляд заметался.

Откуда? Из моей комнаты? Император ко мне явился?

Снова неясный шум. Я покосилась на чистое платье и нижнее белье. Вот начни сейчас одеваться, он ведь заявится. Непостижимым мне образом поймёт, что к чему, и возникнет передо мной несокрушимым драконьим изваянием.

«Истинный» — я хмыкнула.

Такой был мне не по зубам.

Впервые в жизни я робела перед мужчиной.

Дожила честная тёмная ведьма! И тебя в бараний рог скрутили. Собственные панталончики на зад боишься надеть.

Но нет, таки надела, правда, очень быстро. А вот размотаться и впорхнуть в платье не рискнула.

Осторожно, на цыпочках, пошла в сторону своей комнаты. Замерла в проходе и выглянула.

— И что там? — раздалось сзади над самым ухом.

Взвизгнув, развернулась и, как папа учил, размахнулась, чтобы зарядить кое-кому в глаз.

Но нет, руку перехватили.

Льюис смотрел на меня, еле сдерживаясь, чтобы не захохотать.

— Ты... — зашипела я, чувствуя, как магия выходит из-под контроля. — Ты что, смерти моей хочешь?

Смеяться он разом перестал. Выдохнул и вдруг, схватив меня за плечи, притянул к своей груди.

— Жизни я хочу, Юниль. Хорошей и светлой. В спокойствии и любви. И чтобы доверять мог тем, кого семьёй называю. Да не выходит.

— Ты о чём? — положив руки на его грудь, хотела оттолкнуть, но что-то помешало, вместо этого я нагло оценивала, насколько тверды его мышцы.

— Неважно, о чём я, — он обнял меня сильнее. — И всё же, почему ты кралась в свою комнату?

— А не понятно? — приподняла бровь. — На тебя боялась натолкнуться. Я, если вы, император, не заметили, в полотенце.

— Заметил, — он важно кивнул и оценил. — Хочешь погулять? Парк, малина... Была у нас с тобой волшебная ночь, я бы хотел её повторить.

Замерев, я пыталась сообразить, о чём это он.

— Волшебная, — шепнула. — И что же там было такого примечательного?

— Ты и я наедине... Я так долго ждал простой возможности прогуляться рядом с тобой. И в ту ночь наконец получил такую возможность. Мы гуляли, и я собирал для тебя малину. А после долго стояли