Негодный подарок для наследника. Снежные узы - Мария Вельская

на вылет! Если мы не справимся — нас запечатают! Если не уничтожат! Мы только начали учёбу, мастер, мы и с десятой частью заданий не справимся! Что происходит? — Ри Лайо был из нас самым смелым.

— Снежные вывертни, — выругался Аргенарай.

Он осунулся и побледнел. Я видела это — тень, призрак обречённости на лицах друзей.

— Чтоб им сдохнуть, — зло бухнул Сён Ман.

И только вошедший в последний момент Вэйрин был хмур, но спокоен.

— Что происходит? — Не выдержала и я. — Мастер?!

Мы имели право на это возмущение, снег забери!

Да и сам Даршан выглядел взбешенным, хоть и скрывал это из последних сил.

— Академия сильно дискредитировала себя происходящим в её стенах, — неохотно и угрюмо произнес мастер. По кабинету поползли тени.

За окном, как в насмешку, ярко светило солнце, мягкий оранжевый свет обволакивал, плясали в воздухе снежинки.

— Но причем здесь мы? — Это снова я. Потому что не только мне кажется, что от этих экзаменов воняет тухлятиной.

Трость мастера со всей силы опустилась на стол. Две половинки грохнули об пол. Эль-драгхо поднял на нас глаза — и стали заметны серые тени под ними и жёсткая складка в уголках губ.

Ладонь Вэйрина сжала моё плечо. Нет, он не останавливал. Скорее пытался поддержать. Как мог.

Узы были спокойны. Ему уж точно не нужно было волноваться о проверках.

— Да, вьюжить задери, и я, и вы знаем, что это подстава! — Впервые в хриплом ледяном голосе мастера я уловила… Нет, не страх. Но искреннее беспокойство. За нас. — Это наша вина, ученики, — глухо продолжил он, — мы, мастера, должны были найти эту тварь, что нападает исподтишка и выпивает до донышка, оставляет пустую оболочку без магии и души.

Кулак сжался. Искрами брызнула сила.

— Но пока у нас не получается, — негромко расписался в своём бессилии один из сильнейших магов.

Мы переглянулись. Без слов. Каждому было понятно, что тварь, которая стоит за нападениями, среди нас. Здесь, в Конактуме. И у твари наверняка есть сообщники.

— Совет кланов требует проверки Конактума ищейками. Даже первой ступени. Но вы не выдержите проверки дознавателей Совета. Перегорите, — тяжело обронил он, поясняя наши безрадостные перспективы, — это процедура тяжела даже для опытных магов.

— Позвольте объясню я, мастер? — Голос Вэйрина прозвучал над самым ухом.

Я сжала зубы. Отчаянье? Да ничего подобного! Надо будет — и мы перевернем это место, выжмем до дна все силы. Мы переглянулись. Сейчас, пожалуй, все мы были едины. Даже новички — растерянные и уязвленные куда больше нашего.

Смолли тихо шипел что-то о вкусном мясце некоторых "советников".

— Попробуйте, Эль-Шао, — в глазах куратора блеснуло что-то странное.

Знай я его хуже — решила бы, что это — надежда. Что только на Эль-Шао он сейчас и надеется.

А Вэйрин Эль-Шао вышел из-за моей спины, овеял морозным запахом, и встал рядом с куратором.

Величественный. Спокойный. Особенно близкий сейчас.

Он говорил о том, что умеет обращаться с толпой. Он умел приказывать, внушать, очаровывать своей харизмой. Но только сейчас я поняла — он может повести за собой любого даже безо всякой магии.

— Ситуация такова, ассары, что либо первый курс отправляется на дознание… — Голос Вэйрина звучал обманчиво мягко. Он взывал к душе каждого из нас. — Маги в силу своих особенностей ещё имеют возможность его перенести, хоть и с некоторыми потерями. — Снова короткая пауза. — А вот заклинатель, который не обрёл даже начальный контроль над ядром и едва начал прокачивать и укреплять волшебные меридианы — выгорит. — Низкий голос заполнил собой помещение.

Он проникал в самое сердце, обнимал душу, вел за собой.

— Совет кланов… — Вэйрин играл. Тонко, филигранно, на нервах, — напуган. Жестокие убийства сильных аристократов. Наследников. Единственная возможность найти убийцу быстро и с наименьшими, как они считают, потерями, — перетряхнуть всех. Я уверен, что это не даст результата, но не мне спорить. Единственный выход для первого курса — убыть на практику.

— Разве здесь, на этом курсе, не учатся такие же аристократы? — В голосе Аргенарая сквозила издевка. — Вы хотите сказать, что они пожертвуют своими сыновьями?

Он знал ответ, провокатор снегов.

Я подняла голову и встретилась глазами с господином Эль-Шао.

Они сияли. Тысячами искорок. Миллионом ртутных капель. Он весь — источал магию.

— Почему ты мне ничего не рассказал? — Выдохнула беззвучно.

И вдруг ощутила ответ. Это снова напоминало разговор с самой собой — здравствуйте, я ваш псих.

— Потому что это… знание/понимание/информация появилась только сегодня утром. Это плохо, но это не конец и не катастрофа.

И почему-то я ему поверила.

— Пожертвуют, потому что на другой чаше весов — межклановая рознь, — спокойно ответил Вэйрин. — Именно поэтому мы будем сдавать экзамен первыми. Когда — ещё неизвестно, но нужно быть готовыми в любой момент. Мы должны поддерживать друг друга сейчас, ассары, потому что порознь нас уничтожат. Я не имею права говорить вам об испытании, — на миг он прикрыл глаза.

Устал — вдруг осознала я. Очень устал. Он держится из последних сил.

— О чем тогда нам говорить? — Хмуро подал голос Шилинь.

Он смотрел в пол. Да что с ним такое? Все ещё переживает по поводу Лунгари?

— О том, как пройти первое испытание. Всем. И выжить, конечно, — на тонких губах Вэйрина Эль-Шао плясала торжествующая, почти неуместная улыбка, — и мы с куратором Даршаном сделаем всё, чтобы это испытание прошло без единой жертвы…

Вот теперь на него смотрели все. И так, что я забеспокоилась, не отгрызут ли от змея что-нибудь в порыве трудового энтузиазма.

На душе стало легко-легко, хотя тревога никуда не делась.

Но я верила в Вэйрина Эль-Шао так, как не верила никогда и ни в кого.

Мастер Даршан на миг опустил голову. Я заметила грустную усмешку на его губах.

— Играйте, дети. Играйте в эту сладкую власть. Только не заиграйтесь, — говорила она.

— Если так, — раздался громкий голос одного из новеньких, — скажи, по какому праву здесь командуешь ты, Эль-Шао?

На него шикнули.

Но Вэйрин только задумчиво дёрнул прядь серебристых волос — сегодня они были собраны в простой хвост — и немигающе, прямо посмотрел на поперхнувшегося ученика.

— Время командовать ещё не пришло, ученик Кан, — в его голосе звякнула сталь, — пока я только предлагаю выход. А следовать за мной или нет — решать вам.

Слова ещё таяли в воздухе, когда решение было принято.

Мы с Аргом переглянулись. Речь шла не только о занятиях. И даже не о выживании. Вэйрин Эль-Шао только что дал понять, что его следует рассматривать как силу, с которой стоит считаться. Как того, кто ведёт за собой.