Унтерменш - Саша Сарагоса

малыш чем-то подавился, — со знанием дела сказала фрау. — Потому что пройдет совсем немного времени, и он будет тащить в рот все! Не пугайтесь. За ножки берете, подвешиваете, как Пиноккио, слегка трясете. Однажды у моей дочери так застрял кусочек яблока. Вылетел. Все в порядке!..

Увидев нас, Кристиан вышел и провел по коридору в рабочий кабинет своего тестя.

— Располагайтесь, друзья моя, как я рад видеть вас! Жаль, что Алекс не смог приехать, — сказал Кристиан, усаживаясь в кресло, обитое темной тканью.

— Укатил на очередное автомобильное шоу?

— Не сказал. Написал лишь, что постарается успеть.

— А почему так долго тянули с крестинами? — Хорст достал из огромного библиотечного шкафа какую-то книгу и листал ее, попутно поглядывая на нас. — Крошка появилась пятнадцатого сентября...

— Семнадцатого, — поправил Кристиан.

— …тоже число хорошее. А крестили в канун дня всех святых?

— У нас были некоторые разногласия, поскольку отец Анны лютеранин. Но мы решили воспитывать ее в католической традиции. А потом долго выбирали имя, и на этот раз пришлось уступить дедушке, — Кристиан с уважением посмотрел на портрет Отто Бисвангера над камином, — и наша маленькая принцесса стала Хельгой. Что в переводе с древнескандинавского означает "прекрасная".

— Неплохо, — ответил Хорст и тоже поднял глаза на профессорский портрет. — Так понимаю, у малышки нет другого шанса, кроме как пойти по вашим стопам. Литература у нее в крови.

— Хорошее немецкое имя, — согласился я. — Поздравляю. Даже не верится, что все сложилось.

— Да! С языка снял! — воодушевился Хорст. — Рубрика: "Шокирующие истории". Срочно в номер! Скажи, как? Как после десяти лет заключения ты все-таки решился на побег?

Кристиан снял очки, протер стекла.

— Я сам не до конца понял. Может, Божественное провидение? — задумчиво произнес он. — У Джеймса Джойса, это ирландский писатель, в «Дублинцах» есть замечательный рассказ. Эвелин, героиня, не может уйти от пьяницы-отца и своей страшной жизни, хотя вот стоит пароход, уже куплен билет, и жених с палубы зовет ее… А она стоит, вцепившись в парапет, и не находит сил преодолеть внутренний паралич.... Наверное, я также был обречен. Если бы не твоя Алис, Харди. Да-да, без нее я бы не смог сделать этот шаг.

Я был удивлен. Но оказалось, Алеся в самом деле сыграла в этой истории значительную роль.

Однажды Анна набралась смелости и отправилась в ателье Шарлотты, чтобы встретиться лицом к лицу со своей соперницей и убедить ее отпустить Кристиана. Сначала Анна приняла за нее Алесю, задержавшуюся на работе допоздна, но, когда все выяснилось, завязалась беседа. Девушки нашли общий язык и подружились, а Алеся, которая на тот момент состояла с Кристианом в длительной переписке, начала помимо литературных разговоров также призывать его перестать бояться, «вспомнить, что он мужчина» и «быть счастливым с девушкой, которая любит его и носит под сердцем его ребенка».

Кристиан и Шарлотта в последние два года жили как соседи. Об этом не раз говорила Чарли, и как-то обмолвился сам Кики. Общая крыша над головой и свидетельство о браке, вот и все, что объединяло их семейную чету.

Теперь же Кристиан изменился. В его глазах появился блеск, он расправил плечи, как будто стал выше ростом, даже голос стал другим, более твердым. Словом, он больше не был похож на негра, вздрагивающего при виде шамбока.

— Герой, — оценил Хорст историю. — Могу представить, какой скандал устроила старушка-Шарлотта, когда ты сделал ей ручкой! Даже подозрительно, что она не явилась на крестины, как злая фея из сказки.

— Она была расстроена, ты прав, — ответил Кристиан. Судя по тому, что говорила Чарли в моем кабинете, Кики явно смягчил ее реакцию. — Больше всего я беспокоился за своих девочек, она угрожала им. Но потом пропала. С прошлого понедельника от нее нет никаких вестей...

— Думаю, с ней все в порядке, — успокоил я. В самом деле, если бы Чарли попала в больницу, Кристиану сообщили бы, как мужу. Значит, она просто зализывает раны и стыдится высунуть из дома свой разбитый нос.

— Что с ней может случится? Она же, как… вот, безумная Гретта, — Хорст показал нам разворот с картиной из книги, — самого дьявола сковородкой побьет.

— Не говори так, Хорст. Ты ее совсем не знаешь, — возразил Кристиан.

— К счастью, нет. Остальной Мюнхен — да. По крайней мере, мужская его половина. Прости, но теперь я могу говорить открыто. Ведь она больше не твоя жена.

— Не жена, но женщина. Не надо вытряхивать здесь грязные сплетни. Хорст, из уважения ко мне и моему дому, пожалуйста.

Кристиана явно задели за живое напоминания о проделках жены. Я его поддержал, попросив Хорста попридержать язык, но, оказалось, лишь подлил масла в огонь.

Хорст поставил книгу на полку, сунул руки в карманы и дерзко посмотрел на нас.

— А в чем дело, господа? Харди, хочешь засвидетельствовать супружескую верность Шарлотты? Или ты, Кики, забыл, как мы везли ее пьяную из солдатского кафе, где она обычно находит мужчин на ночь? Может, мне это приснилось?

— Нет, не приснилось, — ответил Кристиан. — Разумеется, у нее были определенные проблемы. Но даже если…

— Алкоголь или кокаин ты имеешь ввиду? — ввернул Хорст.

— …Но даже если все гнусности, которые ты перечислил, и имели место быть, то лишь как следствие! Эпатаж, привычки, даже хорошо, другие мужчины, весь этот шум был попыткой заглушить внутреннюю боль, успокоить что-то, что мучило ее здесь, в сердце! Да-да, оно у нее есть. И то, что она сегодня не испортила мой праздник, хотя я боялся этого, еще одно доказательство. Она просто несчастная женщина, Хорст. Она через столько прошла...

— Сейчас расплачусь, — сморщился Хорст. — Бедняжка. Кто страдал больше нее? К примеру, недавний авианалет. Семьи погибших и раненых сейчас, наверное, тоже в солдатских кафе пьют шнапс. Они же страдают! Но не так сильно, как Шарлотта, согласен.

— Может, заткнетесь оба?! — спросил я, когда мне надоела эта перепалка.

Так сцепиться, и из-за чего? Узнай Кристиан, что Шарлотта хотела сдать его гестапо, что у нее сифилис, и поэтому она ложилась под всех подряд, он бы жалел ее меньше. И за то, что крестины его дочери прошли спокойно, он должен был поблагодарить прежде всего меня. Впрочем, и Хорст ввязался, как мальчишка в уличную драку.

К счастью, в дверях появилась Анна и попросила Кристиана — пришел кто-то из запоздавших гостей. Хорст проводил его хмурым взглядом.

— Успокойся, — сказал я и протянул сигарету. Дал прикурить. Хорст нервно затянулся. И на выдохе, выпуская клубы дыма заговорил:

— Нет, ты посмотри на него! Помнить какую-то бабенку с парохода из рассказа, но так быстро забыть, как