Её Чудовищные Звери - Э. П. Бали

ребенка, наблюдают за погрузкой автобусов, разнимая тех, кто вступает в драки и обращается в ярости. Я наблюдаю за всем этим с крыши общежития анимусов, скрестив руки от холода, который окутал мое сердце. Академия Анимус уже кажется более пустой, и то пространство внутри меня, созданное для Упыря, зияет, как инфицированная рана.

*«Надеюсь, ты в порядке»,* — посылаю я через эфир. *«Я знаю, что Мейс хочет, чтобы ты сделал. Я знаю все».*

Ответа нет. Мои ногти царапают черную каменную стену.

В тот день Мардук отправляет сообщение в наш групповой чат «Деви-Костеплет». Четыре слова, которые потрясают меня. *Мейс по телевизору.* Все мои парные бегут в телевизионную комнату так быстро, как только могут. Мы обмениваемся взглядами без слов, толпясь вокруг телевизора, никто из нас не хочет садиться. И действительно, мой отец стоит рядом с кафедрой, терпеливо ожидая, чтобы заговорить. Красный баннер под его бледным лицом гласит: *Совместная инициатива предлагает роспуск Структуры Совета Животных.*

Камера переключается на премьер-министра штата, женщину с каштановыми волосами в красном брючном костюме, стоящую за кафедрой. Интересно, каким количеством яда василиска мой отец накачивал ее напитки на протяжении многих лет. — Совет Животных проголосовал, — говорит она с яркой улыбкой журналистам, собравшимся на пресс-конференции. — Текущая система не работает. Нам нужен единый фронт, возглавляемый одной беспристрастной стороной. Только это позволит добиться реального прогресса. Я рада сообщить вам, что сегодня вечером мы провели выборы. Каждый член совета теперь представит свои голоса за нового лидера населения животных.

Камера переключается на экран над кафедрой, и он переключается на неидентифицируемую комнату с черным занавешенным фоном, где сидят четыре члена совета. Шарлотта Нага стоит перед ними в профессиональном костюме, ее светлые кудри идеально уложены. Камера приближается к худому, немигающему лицу Ирмы Голдвинг. Даже без моих птичьих целительских сил и подготовки я знаю, что она нездорова, вероятно, ее отравляют ядом Упыря на грани смерти. Она монотонно говорит: — Я голосую за Мейса Нага.

Появляется лицо Абло Обона, покрытое потом, его зрачки почти полностью расширены. — Мейс Нага, — говорит он прерывистой скороговоркой.

Лунисса, ее рот опущен вниз недовольно, бесстрастно говорит: — Мейс Нага.

Видео переключается на Шарлотту Нага с ее планшетом. — Морской регент не ответил на сообщения.

— Лжецы! — рычит Дикарь, бросая взгляд на Косу. И, конечно, больше нет драконьего регента, теперь, когда Флорес Дракос мертв.

Премьер-министр кричит в микрофон: — Я очень рада представить вам нового регента животных, Мейса Нага! — Они пожимают друг другу руки, и Мейс поднимает руки в благожелательном жесте к аудитории, которая отвечает энергичными аплодисментами. Кто-то свистит, и я клянусь, что слышу хлопушку на заднем плане.

Лайл берет меня за руку и сжимает ее, когда я пытаюсь сдержаться. Я даже не уверена, что чувствовать, но ужасное, грызущее чувство страха сидит в моем желудке, как новый вид яда. Мои глаза ищут Упыря в группе сторонников моего отца на сцене, но там нет генералов, только мой двоюродный дедушка-адвокат и другие мужчины в костюмах.

Мой отец ждет, пока толпа успокоится, прежде чем заговорить глубоким, мощным голосом, который командует всей комнатой. — Я буду служить популяциям животных и людей лучше, чем любой предыдущий член совета. Федеральные ордера на поимку и розыск перейдут к команде змеиного суда. Мы обеспечим выполнение работы.

Комната снова разражается громкими аплодисментами. Он начинает свою речь. — Мой первый приказ касается вопросов преступности и одичания в популяции животных. Слишком долго люди страдали от тирании зверей, которые просто считают себя стоящими выше закона. Которые хотят подавлять людей, просто потому что могут. Старые методы провалились. Поэтому я инициирую роспуск Академии Анимус. При администрации Лайла Пардалиа и Селесты Агнис программа никогда не демонстрировала улучшений в борьбе с одичанием или бешенством. При значительном расходовании средств совета я не могу позволить этой программе продолжаться. Все взрослые преступники, маскирующиеся под студентов, будут переведены в тюрьму Блэкуотер, где им место.

Лайл рычит под нос, и теперь моя очередь сжимать его руку. Мне приходится отвернуться от телевизора и положить другую руку на сжатую челюсть Лайла. — Все будет хорошо, — говорю я, быстро моргая. Я не знаю, говорю ли я ему или себе. — Все будет хорошо.

Я отстраняюсь от него, чтобы сесть на свое любимое место на диване, опуская голову на руки, пытаясь выкинуть слова из головы и ужасную, самодовольную улыбку моего отца. Над всем этим мое сердце болит, и я гадаю, где мой пятый парной и о чем он думает. Моя клятва, все еще красная и покрывающаяся коркой, горит на моем левом предплечье.

Это оно. Это то, чего мой отец ждал всю свою жизнь. Теперь за ним стоит все человеческое население и парламент. Академия Анимус против мощи всех остальных, Мейс во главе, без всякой причины, кроме власти. Как легко все может ускользнуть от меня, если я позволю.

Я встаю, дрожа от ярости. Я не могу оторвать глаз от своего отца, все еще стоящего за кафедрой, улыбающегося. Жадность. Чистое желание уничтожить все, что я люблю. Мой голос дрожит, но я все равно говорю. Мне не стыдно заботиться *так сильно*. — Я иду через портал, — говорю я своим парным. — Я не позволю своему отцу победить, но я не думаю, что мы сможем сделать это в одиночку.

Ксандер делает первый шаг вперед. — Я пойду с тобой.

— Я тоже! — Дикарь чуть не подпрыгивает в воздухе. — Он звал меня, я просто знаю!

Глаза Косы сверкают, когда Лайл поворачивается, чтобы посмотреть на меня. — Мне не нравится мысль о том, что наша стая снова разделена.

— Мы не можем оставить академию без присмотра, — говорю я, хмурясь при этой мысли.

Коса достает телефон. — Клан Деви позаботится о делах, пока нас не будет. Сколько бы времени это ни заняло, чтобы найти твою семью, Регина.

Я знаю, что это безумие. Я знаю, что мы идем в опасность, и все же мое сердце только расширяется при виде моих парных, других частей моей души, готовых рискнуть всем, чтобы пойти со мной в этой безумной миссии. — Вы все сумасшедшие, — говорю я, громко шмыгая носом. — Блядские сумасшедшие.

Дикарь энергично кивает. — И мы бы не хотели иначе.

Глава 96

Дикарь

Это так волнующе, что я, кажется, сейчас намочу штаны.

Но я не сделаю этого, потому что Лайл внимательно следит за мной, так что мне нужно вести себя хотя бы немного прилично, *и* мы не знаем, с какими монстрами встретимся в другом