Вечная погибель - Тигест Гирма

Во взгляде Джи Кея не было отвращения, но он по-прежнему сидел в темном углу. И молчал.

– Беседы с Уордом помогают? – спросила она через мгновение.

– Не знаю. Он не говорит. Только кивает или качает головой. – Сухость его голоса немного смягчилась. – Нас всегда учили, что мот зебейя должен следовать всем правилам Последнего Мудреца. Уорд… живет собственной жизнью. Но нет. Я не поеду в Укслей.

Кидан кивнула, перебирая фаланги пальцев матери.

– Тогда я вернусь. Как только все утрясется.

Джи Кей ничего не ответил, но, когда она направилась к выходу, сказал:

– Будь осторожна.

Кидан слегка улыбнулась. Совсем крошечный, но все же проблеск прежнего Джи Кея – напоминание, что все преодолимо, если она не отступит. А она не отступит.

Снаружи качалась на садовом кресле Джун, поджидая Кидан.

Ее сестра улыбнулась, открыто глядя в глаза. Знакомо и дерзко одновременно.

– Я поеду с тобой в Укслей, – с легким волнением объявила Джун.

– Зачем? – Кидан недоуменно нахмурилась. – Все еще пытаешься заполучить маску?

Джун быстро замотала головой.

– Нет, нет. Я помогу тебе ее отыскать. Помогу во всем.

Кидан отступила назад, пристально вглядевшись в ее лицо. Что-то не так.

– Ты хочешь мне помочь? С чего вдруг?

Это попытка восстановить отношения?

Кидан пошла дальше. Она надеялась, что сестра отстанет, но расчет не сработал. Напевая, Джун последовала за ней. Несколько лет назад так выглядел обычный день – прогулка в парк или возвращение из школы, – но сейчас милая песня Джун звучала жутковато. Кидан повела плечами, пытаясь избавиться от ощущения, что за ней наблюдают.

Она оглянулась на Джун. Те же медовые глаза, невинное коричневое лицо. Когда Джун зашла в тень, в ее глазах мелькнули золотисто-оливковые зрачки – и тут же исчезли. Кидан покачала головой.

У тебя паранойя.

Но однажды Джун уже пыталась ее убить. И вполне может попытаться снова.

Так скажи ей, чтобы уходила.

Кидан прикусила нижнюю губу, аромат полевых цветов от сестры щекотал ей нос. Она не хотела, чтобы Джун уходила. И не хотела, чтобы оставалась вблизи. Она хотела просто прогуляться с сестрой, пусть даже недолго. В этом нет ничего плохого. Можно немного притвориться.

Когда они прибыли в Укслей, каникулы закончились, и измученные ночными вечеринками студенты тащились на занятия, потягивая кофеиновые напитки и потирая глаза. Кидан глубоко вздохнула, оглядев гнетущую архитектуру. Легко забыть, что за массивными золотыми воротами находится целый мир. Миновав инженерные здания Аджтафов с черными шпилями, Джун с сияющим взглядом остановилась возле пекарни с красной крышей.

– Хочешь пончиков?

В пекарне «Сладкожорка» наслаждались сладостями всего несколько студентов. Но вопрос лишь заставил Кидан поморщиться. Она понимала: сестра старается, но не могла заставить себя зайти. Все так резко переменилось за одну ночь – Кидан не понимала, что думать о новом отношении Джун.

Немного удрученная, Джун помедлила, а потом сказала:

– Пойду, куплю нам.

И отправилась одна. Кидан по-прежнему размышляла, принимать ли пончики, когда рядом появился вампир в идеальном костюме – Сакро.

– Аджоа хочет поговорить. – Его тон был вежлив, но тверд.

Кидан посмотрела на сестру, которая стояла в очереди под мягким светом, переминаясь с ноги на ногу. Она словно заглянула в другой мир и другое время. Незнакомец толкнул Джун в плечо и уронил коробку с пончиками. Джун быстро наклонилась и с нежной улыбкой помогла нервному парню с символом Дома Горо на шарфе. У Кидан внутри все перевернулось. Непринужденная доброта Джун – словно удар под дых. Лучше бы она обходилась со всеми жестоко. Было бы гораздо легче ее ненавидеть. Но казалось, Джун не изменила отношения к остальным. Только к Кидан.

Не в силах выносить сострадательный взгляд сестры, Кидан отвернулась.

– Пойдем.

Сакро проводил ее в дом Пиранов, к северной границе Укслея. Как ни странно, он был построен только из старых кирпичей – нечто из другого века.

Аджоа Пиран встретила Кидан с серьезным видом.

– Нам нужно поговорить о Юсефе Умиле.

73

Кидан

– Я ненадолго, – осторожно сказала Кидан. – Скоро у меня последний урок.

Последнее занятие по овладению законом дома проходило в огромном доме декана Фэрис. Смена места нервировала. Последнее занятие по дранактии оказалось ужасающим, и Кидан ожидала от профессора не менее темных откровений.

– Юсеф переметнулся, – сказала Аджоа, стоя под лимонным деревом в своем палисаднике. Кидан недоуменно моргнула. – Мои вампиры следили за ним во время каникул. Он проводил со Слен Кварос каждый день.

У Кидан побежали от тревоги мурашки, но она взяла себя в руки.

– Нет, он хочет увидеть другой Укслей. Безопасный, без дранактии.

Аджоа поджала губы.

– Он утратил веру в тебя. Он не верит, что мать оставила тебе маску.

– Он утратил веру? Или вы?

С этого ракурса глава Дома Пиранов выглядела гораздо старше – словно усталый солдат, который провел на поле боя слишком много времени.

– Остальные со мной согласны, – продолжила Аджоа. – Самый надежный способ укрепить твое положение – избавиться от Юсефа. Его тетя проголосует как надо.

– Избавиться? – почти прорычала Кидан. – Я думала, вы против убийств. И хотите отменить дранактию, потому что она заставляет нас убивать друг друга.

Аджоа прищурилась.

– Есть и другие методы. Твоя мать не одобрила бы убийство.

– Он мой друг, – твердо сказала Кидан, которой не понравился ее тон. Она крепко сжала в кармане кости матери. – Я с ним поговорю.

В воздухе запахло цитрусовыми и опасностью. Аджоа ничего не ответила и повернулась к дереву. Надев перчатки, она принялась срезать секатором гнилые листья. Кидан подождала, но больше она ничего не сказала.

Рассерженная отказом, Кидан перешла по мягкой траве на булыжный тротуар. Поначалу сотрудничество с «Землекопами» казалась отличной идеей, но она сомневалась, что сможет долго на них влиять. С каждым шагом кости ее матери стучали, словно хотели что-то сказать.

Ты должна узнать правду.

Когда Кидан свернула на тропу к дому Фэрисов, рядом появилась фигура в огромной куртке. Кидан и Слен замерли, словно не ожидали увидеть друг друга. Время замедлилось. У Кидан перед глазами промелькнули их уроки амхарского, ночные занятия в башне отделения философии, немыслимое количество кофе. Их дружба казалась все более хрупкой, таяла на глазах.

И ради чего?

Чтобы выяснить, у кого больше власти.

Слен моргнула первой. Поправила сумку на плече и заправила за ухо короткие брейды.

После долгого молчания взгляд Слен переместился к северо-восточной части кампуса, в сторону монастыря мот зебейя.

– Ты его нашла? – спросила она, и в голосе не было обычного холода.

Джи Кея.

Кидан почти улыбнулась.

– Да.

По лицу Слен пробежала легкая тень изумления.