Злодейка поневоле. Хозяйка заброшенной крепости - Адриана Вайс

собираются абсолютно все. Наемники, стража, женщины, дети, сотни людей стягиваются к ступеням цитадели, с тревогой глядя на дракона. Я стою среди них и мои ладони леденеют от волнения.

Риардан разворачивает свиток с тяжелой, массивной королевской печатью. Его лицо торжественно. Он поднимает на меня взгляд, и в его золотых глазах я вижу абсолютную, безоговорочную победу.

— Именем Короны! — грохочет голос Риардана, разносясь над затихшим двором. — Слушайте Указ, который навсегда переписывает историю этих земель!

Он начинает читать, и с каждым его словом мой мир, мир этих измученных людей, переворачивается с головы на ноги.

— Первое! Сумрачная Крепость с сегодняшнего дня официально лишается статуса тюрьмы!

По толпе прокатывается недоверчивый, судорожный вздох.

— Второе! Все особо опасные, неисправимые преступники немедленно этапируются под строгим конвоем в столичные изоляторы и на рудники! — Риардан делает паузу, давая людям осознать, что убийц среди них больше не будет. — Третье! Дела всех остальных подлежат немедленному пересмотру. Мелкие преступления амнистируются, остальным ссылка заменяется на исправительные работы или штрафы!

Люди начинают плакать. Суровые, покрытые шрамами мужики прячут лица в ладонях.

Но Риардан возвышает голос, перекрывая этот нарастающий гул.

— Четвертое! И самое важное! — Владыка Севера переводит взгляд на толпу детей, жмущихся к матерям.

Мое сердце замирает.

— Указом Короны отменяется закон о наследовании вины. Ни один ребенок больше не понесет наказания за грехи своих родителей! Дети Крепости отныне рождаются и растут свободными!

Двор взрывается.

Это не просто крик — это первобытный, рвущий душу вой абсолютного, немыслимого облегчения.

Женщины падают на колени прямо в грязь, прижимая к себе плачущих детей, целуя их макушки.

Рыдания, смех, крики радости сливаются в единую, оглушающую симфонию свободы. По моим щекам тоже градом катятся слезы, я не в силах сдерживать эту лавину эмоций.

Мы сделали это.

Боже мой, мы вырвали их из ада!

Но Риардан еще не закончил. Он дожидается, когда буря немного стихнет, и произносит последнее:

— Пятое! Сумрачная Крепость отныне получает статус Вольного пограничного фортпоста! С правом полного самоуправления, свободной торговли, правом приема вольных поселенцев и формирования собственной армии!

Риардан сворачивает свиток и поворачивается ко мне.

На глазах у всего этого ликующего, плачущего от счастья моря людей, он низко склоняет передо мной голову.

— И единоличной правительницей, Хозяйкой этого Свободного фортпоста Корона утверждает леди Хелену.

Атмосфера во дворе превращается в чистый, незамутненный экстаз. Люди начинают скандировать мое имя. «Хелена! Хозяйка Крепости!!».

Я стою на ступенях, глотая слезы счастья, и смотрю на Риардана. Он не просто дал мне богатство или статус.

Он разрушил проклятую систему, против которой я восстала, и подарил всем этим людям жизнь.

Это поступок не просто герцога-дракона. Это был поступок мужчины, который ради своей женщины перевернул весь мир.

Глава 80

Когда жизнь наконец-то налаживается, я понимаю, что у меня остался еще один, самый тяжелый долг.

Долг, который камнем висит на моей совести.

Я еду лично к Риардану во дворец. Айзель проводит меня в его кабинет.

Риардан сидит за массивным дубовым столом, просматривая донесения, но едва я переступаю порог, он тут же откладывает бумаги, всё его внимание мгновенно фокусируется на мне.

— Хелена, — он всеми силами пытается скрыть свое удивление, — Что тебя привело сюда?

— Риардан, — я сажусь в кресло напротив, чувствуя, как нервно дрожат пальцы. — Я прошу тебя поднять столичные архивы по делу Версена.

Дракон чуть хмурится, внимательно глядя на меня.

— Хелена приложила руку к его падению и изгнанию, — мой голос срывается, горло сжимает горький, удушливый спазм. — А между тем… каждый раз, когда он спасал меня в Крепости, я буквально сгорала от стыда за то, что сделала с ним старая хозяйка моего тела. Я обязана отплатить ему за его добро. Я должна вернуть ему его жизнь.

Я вижу, как смягчаются черты лица Риардана. В его золотистых глазах мелькает бесконечное уважение.

Он не задает лишних вопросов. Он просто кивает, подтягивает к себе чистый пергамент и берет перо.

— Я подниму лучших ищеек, Алена. Выверну наизнанку всю столицу.

И он держит слово.

Его люди работают с пугающей скоростью.

Уже через неделю гнойник вскрыт.

На стол Владыки ложатся доказательства, от которых к горлу подкатывает ком: подложные показания, мастерски подмененные письма, списки свидетелей, щедро подкупленных старой Хеленой.

Версен оказался не предателем. Он был слишком прямым и неудобным для тех столичных аристократов-стервятников, с которыми тогда спелась Хелена.

И его просто убрали.

На следующий день в Главном зале Крепости яблоку негде было упасть.

Воздух гудел от предвкушения.

Риардан, возвышаясь на небольшом помосте, разворачивает указ. Версен стоит перед ним — вытянувшийся в струнку, с непроницаемым лицом.

— Именем Короны, — чеканит Владыка Севера, и в зале повисает мертвая тишина. — За доблесть, верность и вопиющую судебную ошибку прошлого, лорд Версен полностью реабилитирован.

По толпе проносится радостный шепоток, но Риардан поднимает руку.

— Тебе возвращается законный титул, все конфискованные земли на Юге и предлагается почетное место при столичном дворе.

На бархатной подушечке Риардан протягивает ему тяжелый фамильный перстень.

Я затаив дыхание смотрю на Версена.

Я жду, что сейчас этот измученный несправедливостью мужчина выдохнет, улыбнется, обрадуется тому, что кошмар окончен и он может вернуться в роскошь столицы.

Но происходит то, от чего у меня на глаза наворачиваются слезы.

Версен берет свой перстень. Его пальцы на мгновение судорожно сжимаются вокруг золота. А затем он медленно, тяжело качает головой.

— Благодарю вас, Ваша Светлость. Но я вынужден отказаться от двора и старых земель, — его низкий голос звучит абсолютно твердо.

Зал ахает.

Версен поднимает глаза на нас с Риарданом.

— Моя семья, моя былая честь и всё, что я когда-то любил, давно похоронены здесь, в этих снегах. Моя младшая сестра спит за этими стенами. А единственное место, где я еще по-настоящему могу быть полезен — это Сумрачная Крепость.

Это звучит так пронзительно, так горько, что у меня перехватывает дыхание.

— Как пожелаешь, — кивает Риардан. — В таком случае, лорд Версен, я назначаю тебя Наместником Сумрачных Земель. Ты остаешься здесь, но уже как законный правитель-лорд и официальная правая рука Хозяйки фортпоста.

Версен опускается на одно колено, прижимая кулак с перстнем к груди. Толпа взрывается ликующим ревом.

Но награды еще не закончены.

— Кром! — зову я, делая шаг вперед.

Огромный охотник выходит в центр зала.