5 Братьев - Пенелопа Дуглас

— Делай так, — мурлычет он. — Ты такая красивая, когда делаешь это.

Когда он меня видел...?

В голове вспыхивает образ дивана, но потом я вспоминаю. Я делала это для него в гараже. Шланг.

Он лезет в ящик комода, достает небольшое устройство и протягивает его мне.

Я держу в руках ярко-розовый вибратор с надписью «Vibe» на боку. Бросаю на него взгляд.

— Это мой.

Он забрал его из моей сумки? Когда? Я роюсь в памяти, но не могу вспомнить, когда видела его в последний раз.

Он шепчет мне на ухо:

— Прости. Я просто не хотел, чтобы ты использовала его с кем-то другим.

Я вспоминаю, как прошлой весной в присутствии семьи Трейса пошутила о том, что пользуюсь вибратором после того, как он оставляет меня неудовлетворенной. Мейкон был в комнате, когда я это сказала. Он не забыл. Мои щеки вспыхивают, а сердце начинает бешено колотиться.

Взяв меня за руку, он ведет меня к кровати. Я смотрю на него снизу вверх, поворачиваю регулятор и слышу, как вибратор оживает с жужжанием.

Его глаза пожирают меня целиком, и я не вижу ничего, кроме него. Я едва осознаю, как забираюсь на кровать, ложусь на живот и просовываю вибратор под трусики, прижимая к клитору.

Его грудь тяжело вздымается, а мои бедра мгновенно обдает жаром.

Капли дождя барабанят по окнам и стенам, но единственные звуки, наполняющие комнату, — это мои стоны, когда я начинаю тереться о вибратор.

Приподнявшись на одном локте, я покачиваю бедрами, зажимая игрушку между кроватью и своим телом; тянусь рукой назад и стягиваю трусики ниже ягодиц. Он смотрит на меня как завороженный, а я толкаюсь, трусь и снова опускаю руку, чтобы удерживать вибратор на месте. По низу живота разливается дрожь, и я чувствую, как начинает нарастать оргазм. Я стону, роняя лоб на кровать и не убирая игрушку от клитора.

Я мечтаю о днях, когда он будет на работе, а я просто не смогу дождаться, и он вернется домой, чтобы застать меня играющей на его кровати. И вот я — единственное, о чем он думает, когда входит и закрывает дверь, чтобы наказать меня так громко, что кровать сломается.

Я трахаю себя жестче, покачивая бедрами под обжигающим взглядом его глаз, устремленным на мою задницу. На долю секунды бросаю взгляд в его сторону и вижу длинный контур его члена, выделяющийся сквозь спальные штаны: он становится большим и твердым.

Я скольжу второй рукой между ног, удерживая маленький вибратор обеими руками. Оргазм достигает пика, я судорожно вдыхаю, с губ срываются короткие вздохи, когда я делаю один резкий толчок. Затем еще один. А затем...

Он переворачивает меня, вырывает игрушку, и я всхлипываю, когда он стягивает с меня трусики.

— Мейкон... — ахаю я, а затем стону. — Нет.

Я не кончила.

Но через секунду он уже лижет мой сосок и скользит пальцем внутрь меня. Затем добавляет второй, растягивая меня и проникая глубоко.

Я впиваюсь ногтями в его кровать. О да.

На комоде звонит телефон. Его телефон. Это не мой рингтон. Но он игнорирует его, и звонок в конце концов смолкает, когда его горячий рот спускается по моему животу и останавливается между моих бедер. Двигая двумя пальцами внутрь и наружу, он целует мой клитор, лижет его, а затем целует снова. Я дрожу, бедра мелко трясутся.

— Пожалуйста... — умоляю я.

Но телефон звонит снова, и Мейкон в разочаровании кусает мою внешнюю плоть.

Я вскрикиваю, хватая его за голову, чтобы удержать там, но он отстраняется. Бросается к комоду, смотрит на экран и смахивает вызов, кладя телефон обратно.

— Чертов Трейс, — рычит он, игнорируя звонок.

Я сажусь, опираясь руками на одеяло позади себя.

— Вернись в постель.

Он оборачивается; я вижу, как блестит пот на его шее, когда он смотрит на меня не моргая. Но ему требуется лишь мгновение, и он уже стягивает штаны по ногам и сжимает свой член в кулаке.

Мои глаза расширяются, когда я смотрю, как он поглаживает его и идет ко мне с таким видом, будто это угроза.

Он опускается на кровать, и я откидываюсь назад, хватая его за бедра, чтобы направить между своих ног.

Телефон звонит снова.

— Чертов пацан, — он шумно выдыхает, глядя в сторону телефона, который всё еще лежит на комоде.

Но я выгибаюсь навстречу, облизывая и целуя его челюсть.

— Не убивай его.

Он берет меня за запястья и прижимает их к кровати над моей головой.

— Не убью, детка, — говорит он мне, нависая над моим ртом. — Он привез тебя домой ко мне.

Боже, да. Обожаю знать, что Мейкон хочет меня. Мне нравится осознавать, что ему понравилось то, что он увидел несколько месяцев назад, и он захотел этого.

Телефон снова звонит, и Мейкон срывается с кровати, бросаясь к нему, но во мне всё пульсирует, и он нужен мне внутри прямо сейчас.

— Мейкон... — хнычу я.

И он оборачивается, видя меня: бедра раздвинуты, я мокрая для него.

Он позволяет этой чертовой штуке звонить и возвращается, опускаясь на колени между моих ног, хватает меня за бедра и рывком притягивает к себе. Я бы сказала ему просто выключить звук, но я не могу ждать.

— Иногда мне хочется, чтобы те слухи обо мне были правдой, — говорит он. — Если бы тебя привели ко мне в восемнадцать, я бы никогда не позволил никому другому владеть тобой.

Он прижимается головкой члена к моему входу, нависает надо мной и толкается. Я вскрикиваю, запрокидывая голову; он растягивает меня и заполняет, с каждым разом проникая всё глубже.

— Блядь, — шепчет он, снова прижимая мои запястья над головой. — Я бы оставил тебя только для себя.

Я покачиваю бедрами, ища его губы; ни один из нас больше не хочет делать это медленно, пока жар в комнате нарастает и нарастает.

— Делай со мной всё, что хочешь, — шепчу я. Потому что я всегда оставляю себе то, что хочу, а я хочу его. Боже, как же я его хочу.

Я нахожу его губы, наслаждаясь ощущением его кожи и вкусом его языка.

— Шире, Крисджен... — умоляет он.

Я позволяю бедрам развестись еще шире, пока он целует мой рот, шею и снова втягивает сосок в рот. Он тянет за него, и я выгибаюсь, удерживая его в его губах. Боже, я обожаю, когда он так делает. Я вырываю запястья из его хватки,