Мандаринка для невидимки - Евгения Аннушкина

— Знаешь, я тут обдумал всю ситуацию… — он был одновременно серьезен и нерешителен, словно что-то придумал, но его это “что-то” смущало. — Не хочу привлекать к тебе внимание коллег. Это не та история, про которую потом можно просто забыть. В поле их зрения вообще лучше не попадать. Особенно…

Он замолчал, пристально вглядываясь в лицо Марсель, и та занервничала, вспоминая, все ли с ней в порядке. Она где-то измазалась? Волосы растрепались? Хотя в каком виде он буквально сегодня ее видел несколько раз… Хуже уже не станет.

— Твой корабль прибывает завтра… То есть уже сегодня. Через несколько часов объявят всем.

— Вот как.

И замолчал. Молча провел рукой по ее щеке, обвел пальцами ушко, зарылся ими в волосы… Марси прикрыла глаза. Скоро он улетит, и они больше не увидятся. Но сейчас ей хорошо. Слишком хорошо. Так не бывает…

— Марсель, — позвал тихонько Эрик. Она распахнула глаза, а он оказался неожиданно близко. — Ответь честно. Ты хочешь, чтобы я остался?

Сердце забилось чаще. Он серьезно это спрашивает? И ее ответ на что-то повлияет? Правда-правда?

Говорят, в новогоднюю ночь случаются чудеса и исполняются желания. Марси раньше в это не верила, но сейчас вдруг захотела, чтобы суеверие оказалось не выдумкой.

— Хочу, — легко слетело с губ. — Правда, я ничего о тебе не знаю. И не уверена, что мне это знание нужно, мы и знакомы всего ничего, но… Да, я хочу, чтобы ты остался. Со мной.

Одним движением преодолела то небольшое расстояние, что все еще их разделяло, и прижалась наконец к человеку, о котором мечтала последние дни. Так хорошо. Так правильно.

Эрик коснулся губами ее лба у самой линии волос, и от невинной ласки она все вспыхнула. Вот бы его корабль еще где-нибудь потерялся на неделю-другую!

— Рад, что у нас это взаимно, — он улыбался, а от его слов в животе танцевали бабочки. — Но сейчас мне нужно улететь. Пока дело не сделано, я несвободен.

Марси тяжело выдохнула в его плечо. Что-то подобное она и подозревала.

— Пообещай, что никому не расскажешь обо мне. А когда я разберусь со своими… делами… Я вернусь. И тогда сможешь поливать меня кипятком сколько твоей душе будет угодно.

Марсель подняла на Эрика недовольный взгляд. Не думает же он, что она все время такая неуклюжая?

— Я придумаю что-нибудь новенькое, — пообещала и прижалась к мужской крепче. — Только не пропадай, ладно? Пиши хоть что-нибудь…

— Если будет возможность — непременно.

Прозвучало обещанием. И скрепляя его, Эрик ее поцеловал. Сладко-горько и крепко-крепко.

* * *

Корабль транспортной компании “Скороход” наконец прибыл на станцию СКР-15. Зал ожидания был полон возмущенных пассажиров, у которых это опоздание нарушило все планы. Агент Два-Шесть с невозмутимым видом ожидал своей очереди на посадку. Объект слежки в сопровождении переносного террариума, в котором дремали ящериды, толкался впереди, спеша на посадку в числе первых.

Эрик был спокоен. Теперь, когда чип с информацией в экранированном чехле надежно спрятан в потайном отделении его чемодана, а фальшивка заняла свое место под чешуей ящериды, ему осталось лишь проследить, кому предатель собирается продать секретные разработки. Учитывая, что из-за задержки полетели планы не только чернокрылого, предатель начнет торопиться и наверняка делать ошибки. Так что завершение задания много времени не займет.

А потом он возьмет отпуск и пригласит рыжую девочку-мандаринку на нормальное свидание.

Два-Шесть не знал, что в это время на Шен-Ло, в штаб-квартире Черного крыла, был подписан приказ о сворачивании проекта “Новое поколение” и ликвидации всех объектов эксперимента.

Эпилог

Учиться заочно и работать за двоих на космической станции, которая не разваливается только чудом и твоими стараниями, непросто. Но Марсель, стиснув зубы, грызла гранит науки, помня, что ей еще студенческий кредит отдавать. Спасибо, после получения диплома, а уж с вожделенным образованием она так развернется! Да она сможет выбирать, где работать, а не соглашаться на то, что предлагают! Для девчонки с периферийной планеты поступление даже на заочное отделение не самого престижного университета было значительным достижением. Семья, оставшаяся на родине без перспективы оттуда когда-либо выбраться, гордилась Марсель и всемерно ее поддерживала.

Правда, исключительно морально.

Работа, учеба, посиделки с товарищами… Все, что угодно, лишь бы не вздрагивать от каждого входящего сообщения и не кидаться с замиранием сердца смотреть — вдруг…

Эрик не писал.

Не писал, не звонил, не слал дурацкие картинки, хотя Марси уже и на картинки была согласна. Обещал не пропадать, а сам…

Ей очень хотелось верить, что он вот-вот разделается со своими очень важными и очень секретными делами, но время шло, и верить становилось все сложнее.

Даже новость об увольнении главного механика особых эмоций не вызвала. Так, лишь досаду — работать по-прежнему приходилось за двоих, но на зарплате это никак не сказывалось.

— Эй, Марси! Через неделю надорианский кжагнаг, его принято отмечать на фоне извергающегося вулкана! Сообразишь что-нибудь похожее?

Вулкан на станции, которая и так вот-вот на запчасти разлетится?

— Да без проблем! Мне нужно ведро, немного корабельного топлива и сода.

Таша сделала страшные глаза и ретировалась.

На портком пришел очередной запрос на очередной ремонт — снова барахлил терминал в зале ожидания. Ситуация с транзисторами лучше не стала, так что реанимировала его Марси стабильно минимум раз в неделю.

Работа помогала отвлечься от тяжелых мыслей, так что во внутренности вскрытого терминала она закопалась с полной самоотдачей. Потому не сразу поняла, что кто-то пытается ее дозваться.

— Девушка! Де-вуш-ка! Уделите мне немного внимания.

Оборачивалась она в немалом раздражении, и магнитная отвертка в ее руках больше напоминала оружие. Хотя с таким лицом что угодно будет оружием…

Молодой мужчина перед ней, в потрепанной спецовке, бритый почти под ноль, но с могучей щетиной, смотрел на нее с заметным весельем.

— Что вам подсказать? — Марси выдавила из себя дружелюбный оскал, помня, что клиентоориентированность положительно сказывается на размере зарплаты.

— Можете даже проводить, — он как-то так знакомо усмехнулся, что у Марси защемило в груди. Незнакомец так смотрел на нее, в таком знакомом жесте скрестил руки на груди…

Горло перехватило от эмоций. Он пришел. Вернулся. Живой, пусть и с чужим лицом и наверняка под новым именем.

Неважно, все это совершенно неважно, потому что своего агента она узнает в любом облике.

— Говорят, у вас вакансия механика открылась… хотел свои силы попробовать.

Марсель улыбнулась широко-широко и едва не рассмеялась, так легко и хорошо ей вдруг сделалось.

— Надолго к нам?

— Надеюсь, навсегда.

* * *

Конечно, навсегда на