Амнезия. Играя без правил - Сэлли Собер

— Пошли. Проблема решена. — Гаркает, и подходит ближе, протягивая руку.

Игнорирую её и встаю сама, минуя Власа, проходя вперёд. Действую слишком быстро. Настолько, что и подумать толком не успеваю. Захлопываю дверь перед носом своего якобы мужа и защелкиваю замок.

— Ты охерела?! — орёт через дверь. — Открой, блять!

— Посиди. Подумай о том, как нужно общаться с девушками. — Отвечаю и разворачиваюсь, собираясь уйти.

— Если ты сейчас же не откроешь дверь, я выйду и убью тебя!!! — Рычит, словно зверь на охоте. — Ты слышишь меня, мышка?! Я тебя убью!!

— Хорошего вечера, Влас.

Шаги отдаются эхом, дыхание сбивается. Он не может выбраться сразу. Замок старый, но крепкий — нужно время, чтобы взломать.

Подбегаю к ступеням, начинаю подниматься. Пальцы скользят по пыльным перилам. В ушах — только стук сердца и эхо его угроз, всё ещё звучащих в голове.

Наверху — тяжёлая дубовая дверь. Тяну ручку на себя — она поддаётся легко.

Распахиваю дверь и оказываюсь в холле. Просторный, с высокими потолками, украшенный модными картинами. Но не успеваю сделать и пары шагов, как передо мной вырастают двое охранников.

— Стоять, — глухо произносит один, перекрывая путь.

Второй молча делает шаг в сторону, отрезая путь к боковому проходу.

— Мне нужно пройти, — пытаюсь говорить твёрдо, но голос дрожит. — Я иду к себе в комнату.

— Босс велел не выпускать, — коротко отвечает первый. — а ваша комната на втором этаже. Так что мы вас проводим. — Подталкивает меня, заставляя развернуться к лестнице. Чёрт...

Я стискиваю зубы, но сопротивляться бессмысленно — их двое, оба крепкие, с цепким взглядом людей, привыкших выполнять приказы. Любое резкое движение — и они просто возьмут меня под руки и потащат силой.

Поднимаемся по парадной лестнице на второй этаж. Охранники идут чётко: один впереди, другой — вплотную за мной, почти касаясь плечом.

Коридор второго этажа — такой же стерильно-современный. Гладкие стены, встроенные светильники, на полу — тёмный паркет с геометрическим узором.

Останавливаемся у моей двери. Первый охранник достаёт ключ-карту, проводит ею по считывателю. Замок щёлкает.

— Входите, — кивает.

— Почему я не могу свободно ходить по дому? — спрашиваю, не двигаясь с места. — Если я "жена" Власа, почему я под охраной?

Он смотрит на меня без тени сочувствия.

— Это не нам решать, — отвечает. — У нас приказ.

Второй охранник мягко, но настойчиво подталкивает меня внутрь. Я переступаю порог, оборачиваюсь.

Дверь закрывается. Щёлкает замок. Опять заперта. Опять в клетке.

Но и он заперт. А значит, у нас один один. Как минимум, я проучила его за поступок. Как максимум, мне не отвертеться от обратного удара. Но это будет позже. А сейчас... Сейчас я ликую.

Глава 11. Не проси пощады

Влас.

— Какого хуя так долго?! — Железная дверь наконец открывается, и я вижу Юрку — своего охранника.

— Мы не знали, что вы здесь, босс. Сегодня уже по камерам посмотрели. — Нервно почёсывает голову.

— Я всю ночь на вонючем матрасе провёл... — Шиплю, выходя наружу. — Надо что-то поудобнее сюда поставить. На всякий случай.

— Наказать девочку? — предлагает, и я хмыкаю.

— Я сам справлюсь. Что с Лукиным? — Иду по ступенькам вверх, дрожа внутри от предвкушения.

— Не отвечает, дома его нет. "Пропал". — Докладывает Юра.

— Думает, это ему поможет. — Ухмыляюсь. — Ну вот и совместим. Два урока на одном видео. — Улыбаюсь, как маньяк, поймавший убегающую жертву.

Поднимаюсь на второй этаж. В голове уже складывается план. Лукин решил поиграть в прятки? Отлично. Аделина станет моим посланием. Ярким, запоминающимся. Чтобы все поняли: со мной так не поступают.

Забираю у Юры ключ-карту от её комнаты и сначала заглядываю к себе. Принимаю душ, смывая ужасный запах сырого подвала. Тёплая вода стекает по спине, расслабляя напряжённые мышцы, но мысли всё равно крутятся вокруг дела.

Вытираюсь, надеваю свежую чёрную рубашку и брюки. Оглядываю себя в зеркале: лицо чуть осунулось после ночи в подвале, но взгляд твёрдый, цепкий. Так и надо. Пусть Аделина видит: я не сломлен. Пусть Лукин увидит то же самое на записи.

Возвращаюсь в коридор, провожу картой по считывателю у двери Аделины. Замок щёлкает. Захожу без стука.

Она сидит у окна, обхватив колени руками, смотрит наружу. При моём появлении резко оборачивается. В глазах — не страх, а вызов. Упрямая. Это даже забавно.

— Чего надо? — бросает холодно.

Улыбаюсь уголком рта.

— Раздевайся, мышка. Пора тебя наказать. — Расстёгиваю бляшку на брюках, вытаскиваю кожаный ремень.

— Ты фильмов пересмотрел? — Хмурит милый носик. — Может, ты меня на поводок ещё прицепишь? — Вскидывает голову.

— Это позже, Аделина. Не спеши. Сейчас — раздевайся.

Она не двигается с места. Только взгляд становится ещё острее, будто она пытается прожечь во мне дыру.

— Нет, — говорит твёрдо. — Не стану.

Шаг вперёд. Останавливаюсь в шаге от неё. Достаточно близко, чтобы она уловила запах моего одеколона, почувствовала исходящую от меня угрозу.

— Ты не поняла, — произношу тихо, почти шёпотом. — У тебя нет права говорить "нет". У тебя вообще нет прав. Пока ты здесь — ты делаешь то, что я велю.

Аделина вжимается в стену, но взгляд не опускает.

— И что дальше? Ударишь меня? Снова запрёшь в подвале? — её голос дрожит, но она старается это скрыть. — Думаешь, это заставит меня подчиниться?

Подхожу вплотную. Наклоняюсь к её уху. Чувствую, как она вздрагивает.

— О, я найду способ, — шепчу. — Физическая боль быстро забывается. А вот страх — он остаётся. И я научу тебя бояться. По-настоящему.

Отстраняюсь, смотрю ей в глаза. Вижу, как в глубине зрачков мелькает искорка страха. Вот так. Теперь она начинает понимать.

— Последний шанс, — провожу кончиком ремня по её плечу. — Раздевайся. Или я сделаю это сам. И поверь, тебе не понравится, как я это сделаю.

Аделина закусывает губу. Вижу, как внутри неё идёт борьба: гордость против инстинкта самосохранения. Секунды тянутся, словно часы.

— Да пошёл ты! — Рявкает, и резко дёргается в сторону, но я успеваю её перехватить, бросаю на кровать.

— Я давал тебе возможность быть хорошим мышонком. — Тяну медленно, приближаясь к ней. Вижу, как она трясётся, но смотрит так воинственно, так злобно, что я получаю удовольствие, как гребаный торчок от дозы. Медленное, тягучее, но опасное, смертельное, болезненное.

Её глаза горят ненавистью.

— Ненавижу тебя, — шепчет сквозь зубы. — Ты монстр.

Улыбаюсь.

— О, ты даже не представляешь насколько, — наклоняюсь ближе. — Но знаешь, что самое забавное? Ты любишь этого монстра. Он нравится тебе настолько, что ты специально ведёшь себя как плохая девочка. Всё ещё надеешься меня переиграть. В этом твоя слабость.

Она пытается отвернуться, но я беру её за