Фредерик - Алиса Бастиан

— Прости меня, — сказала ты, садясь на стул около кровати. — Прости. Мне так жаль.

Да ты издеваешься.

Внезапно ты взяла его за руку, легонько сжала её. Он почувствовал, что ты говоришь искренне. Что ты — это ты. Как тогда, на Рождество. Или на вечере Ассоциации. Или когда вы смотрели передачу про подводный мир, ели чёртовы пироги и смеялись при свечах. Или когда ты хвалила его статьи и защищала от нападок доктора И. Он знал, что не всё было ложью. И что ты вряд ли сама отдавала себе в этом отчёт.

Но как он мог снова тебе поверить?

Он не сжал твоей руки в ответ, отвернулся, не в силах смотреть на тебя. Прошла бесконечная минута, но ничего не изменилось. Наверное, тебе не стоило возвращаться. Тебе стоило поехать в лечебницу, к своему преступнику и санитару Х. Твоё место там, а не рядом с тем, кого ты предала.

— Мне правда уйти? — спросила ты, видя, что он совсем закрылся.

Фредерик по-прежнему изучал каждую трещину на стене.

Ты убрала руку и встала, понимая, как глупо было на что-то надеяться.

Ты убрала руку и встала, и оно нахлынуло с новой силой. Фредерик чувствовал: ещё немного, и он никогда больше не выплывет. Проклятое одиночество, вгрызшееся в него именно здесь, в больнице, где его никто не знает, где нет его персонала, его преступников, где нет никого и он совсем никому не нужен… Как же он был жалок.

— Необязательно, — очень недовольно, но всё-таки сказал он.

Конечно, он не собирался тебя прощать. Но твоё присутствие больше не вызывало у него желания задушить тебя вместе с твоим психопатом, а потом повеситься. Не было и той острой, горькой ярости, такой непривычной для него самого. Эта глупая затея, нападение, больничное одиночество, то, что ты уже знала, что перевода пока не будет, и то, что ты зачем-то вернулась, когда он был уверен, что ты ушла… Ты можешь остаться, но он будет холоден, чтобы ты не поняла, насколько ему плохо.

— В лечебнице всё нормально? — как бы невзначай спросил Фредерик.

— Сегодня на завтрак персоналу подавали пиццу, — усмехнулась ты. — Санитар Х. вписал это в бюджет.

Господи.

— Надеюсь, завтра подадут чёрную икру, — поморщившись, отозвался он. — Её я впишу в зарплату санитара Х.

Ты улыбнулась.

— Когда выписка?

— Пока не знаю. Персонал, полагаю, не очень по мне скучает, — посмотрел Фредерик в потолок.

Голос его был таким, что ты поняла: ещё немного, и он совсем скатится в самоуничижение.

— Не очень, — честно сказала ты. — Но всё-таки скучает.

— Да ну?

— Кто-то же должен будет разгрести бардак.

Правда.

— Это точно.

Ты не стояла на коленях и не рыдала, он не бросал тебе ужасных слов и не любовался произведённым эффектом. Ты не заигрывала с ним, он не пытался тебе помочь. Сейчас вы не были ни врагами, ни друзьями. Хрупкий лёд, неизведанная дорога.

— Привезти продуктов? — почему-то с надеждой спросила ты. Видимо, тебе очень хотелось быть полезной.

— Нет. У меня строгая диета, — почему-то очень высокомерно ответил Фредерик. Видимо, пицца действительно его задела.

— Может, что-то из вещей?

Он подумал и кивнул.

— Там, в кармане. — Он показал на своё пальто, висящее на вешалке у входа. Ты подошла и нашарила в кармане ключи от его квартиры. Не то чтобы он снова тебе доверял или хотел видеть тебя в своём доме, но ты всё ещё была единственным человеком, которого он мог об этом попросить.

— Привези мне мою пижаму. И подушку. Здесь ужасно и то и другое.

Ты кивнула, пряча улыбку. Действительно, больничная пижама не шла ни в какое сравнение с шёлковыми фредериковскими, к которым он привык.

— И зарядку для телефона.

Ты снова кивнула.

— И не вздумай играть на рояле.

* * *

Ты привезла то, что он просил, и ещё кое-что, попавшееся тебе на глаза в его квартире, что могло бы пригодиться. Учитывая, что больница, в которой находился Фредерик, была не самой комфортабельной, ты захватила полотенце (мягкое), мыло для рук (не сушащее кожу и с приятным ароматом), тапочки, тёплые носки, зубную щётку и пасту и на всякий случай всё для бритья. Ну, и ещё парочку вещей. Когда ты через час вернулась в палату с двумя огромными пакетами в руках, Фредерик немного оживился. Он сел на кровати, оперевшись на её спинку, и сразу же подложил себе под поясницу привезённую подушку. Ему едва удалось сдержать блаженный вздох. Ты показала всё, что было в пакетах, и положила вещи поближе к кровати, в тумбочку и на столик, чтобы Фредерику не пришлось лишний раз вставать или далеко тянуться.

Он размышлял, стоит ли тебя благодарить. Не подумаешь ли ты, что всё прощено, раз ты привезла ему тапочки? Фредерик был отлично воспитан, и ты это знала, так что, наверное, не сочла бы элементарную вежливость чем-то бóльшим. С другой стороны, ему всё ещё тяжело было тебя видеть, тем более говорить с тобой, и он думал, что ты всего лишь стараешься хоть как-то загладить свою вину. И, наверное, хочешь узнать, будет ли он подавать повторный запрос на перевод.

Но кто бы всё это привёз, если бы не ты? В конце концов, ты не обязана была это делать.

— Спасибо, — сказал он всё-таки, но так, чтобы было понятно: он вполне обошёлся бы без твоей помощи.

— Может, что-нибудь ещё? — спросила ты, садясь на стул рядом.

Он помотал головой, и в этот момент в палату вошла медсестра с тележкой, на которой были разложены медицинские бинты и лекарства.

— О! — воскликнула она. — Это же вы искали доктора Ч.

Она видела тебя, когда ты стояла возле стойки администратора.

— Да, — сказала ты, вставая. — Да, это я искала доктора Ч.

А нашла Фредерика.

— Она уже уходит, — подал голос Фредерик — доктор Ч., и вы обе посмотрели на него. Ты отвернулась первой.

— Это… так, — кивнула ты, подходя к вешалке с пальто.

— Ну, вы ведь ещё придёте? — очень по-доброму спросила медсестра.

Какой же здесь заботливый персонал, подумала ты. И только хотела сказать конечно, как Фредерик ответил за тебя:

— Нет, — возразил он. — Мне уже привезли всё, что я хотел.

То, чего я действительно хотел, у меня всё равно никогда не будет.

75

Ты поехала в лечебницу к психопатам воодушевлённая, несмотря на то что Фредерик ясно дал понять, чтобы