Сера - Калли Харт

— Мечты это всего лишь дым и пар, — сказал я. — Они ничего не значат, если ты не готов жить ими. Ты хороший. Ты мой брат. Ты волк. И ничто этого не изменит. — Я подтолкнул шкатулку к нему по столу, задержав дыхание. Сделает ли он это? Сядет ли?

Осторожно, Фоули поднял стул, который опрокинул, когда вскочил, и поставил его обратно. Он двигался мучительно медленно, но всё-таки сел. Долгая пауза — он смотрел на блестящую, почти чёрную лужицу крови на столе и вздрагивал. Наконец он протянул дрожащую руку и взял маленькую деревянную шкатулку.

— Я оставлю её здесь для тебя. Понаблюдаю за ней, пока ты сам не попросишь вернуть. Но пока… расскажи мне секрет демона.

ГЛАВА 32 - Что касается наклона

САЭРИС

Это было напряжение не от злости, которое я почувствовала за дверью Тала.

Это было сексуальное напряжение.

Да ебаный же стыд.

Я покорно уставилась в потолок, пока мы следовали за Хранителем Тайн в его покои, решив во что бы то ни стало не видеть ещё больше обнажённого Тала, чем уже довелось. Щёки пылали.

— Где ты был? — прошипела я, хлопнув Кэрриона по руке. — Что стало с «я прослежу, чтобы к ней никто не лез»?

— Ай! Ты такая жестокая! Ты сама прекрасно справлялась с ситуацией. И с чего бы мне разнимать зарождающуюся кошачью драку? Она всё равно умотала сразу, как только этот мужик тут объявился.

В его голосе звучало что-то зловеще-довольное. Когда я краем глаза посмотрела в его сторону, увидела, что он смотрит вовсе не на потолок. Его взгляд был устремлён вперёд и медленно сползал вниз, вниз…

Я влепила ему куда сильнее.

— Ты что делаешь?

— Если он не хотел, чтобы кто-то любовался его голой задницей, он бы накинул халат, прежде чем открывать дверь, Саэрис.

— Ты можешь просто перестать…

Тал обернулся. Мой взгляд мгновенно уткнулся обратно в потолок.

— Похвально, что ты пытаешься сохранить мою скромность, Саэрис, но Кэррион прав. У меня её нет. Мне совершенно плевать, если он рассматривает мою задницу. К сожалению для тебя, Свифт, моя сексуальность не наклонена в твою сторону.

— Это ничего. Знаешь, забавная штука этот наклон, вещь крайне нестабильная. Почва под ногами может сдвинуться, и внезапно ты уже наклоняешься совсем в другую сторону. Я, например, испытывал всевозможные наклоны.

Тал с лёгким сомнением улыбнулся ему:

— Если земля подо мной треснет, ты будешь первым, кто узнает.

Кэррион вздохнул и прошёл мимо моего создателя:

— Ладно. Если бы что-то было, то уже произошло. Обычно это возникает с первого взгляда, когда речь идет обо мне.

Очевидно, раз секс больше не предполагался, интерес к моему создателю он потерял. Он ткнул пальцем в открытую дверь впереди:

— И что там, мать его, происходит?

— Пара друзей и я наслаждались бокалом вина, — небрежно ответил Тал, уклоняясь от подробностей.

На невероятно огромной кровати в соседней комнате лежали семь обнажённых фейских женщин. Некоторые были лишь частично раздеты, я провела достаточно времени у Каллы, чтобы привыкнуть к тому, что женщины свободно ходят нагишом, но это было… другое.

У Каллы женщины использовали секс себе во благо. Он оплачивал их счета и давал им безопасность, и в этом не было ничего плохого. Но здесь в воздухе стояла такая жажда, какую я никогда не видела у Каллы. Фейские женщины на кровати смотрели на Таладея так, будто всю жизнь голодали, а он их первый шанс по-настоящему насытиться. Их желание густело в воздухе так сильно, что казалось, стоит кому-то чиркнуть спичкой и всё вспыхнет.

Женщина в центре кровати наклонилась и начала целовать другую, одновременно лаская себя между ног и Кэррион закусил нижнюю губу.

— И что нужно сделать, чтобы получить приглашение на одну из твоих винных вечеринок, Таладей?

Серебристые волосы Тала упали ему на лицо, когда он наклонился, поднимая с пола рубашку. Выпрямляясь и просовывая руки в рукава, он по-злодейски ухмыльнулся:

— О, ты всегда желанный гость, Кэррион Свифт. Можешь присоединиться прямо сейчас. Но эти женщины мои давние подруги. Они привыкли к… определённому уровню беседы. Как думаешь, сможешь… — его брови полезли почти к линии волос, взгляд скользнул вниз к паху Кэрриона, —успевать беседовать?

Я видела, как Кэррион умудрялся вытащить из одежды самых красивых женщин Третьего. Он ухитрился затащить в свою постель даже меня. Я никогда не видела, чтобы он пасовал перед вызовом, но намёк Тала, что женщины на той кровати привыкли к такому уровню удовольствия, которое он в состоянии обеспечить семерым одновременно? Да, это заставило контрабандиста моргнуть.

— Хм. В беседе я достаточно хорош, но… возможно, не настолько сведущ, чтобы разговаривать сразу с таким количеством женщин.

Тал изо всех сил пытался не дать ухмылке расползтись, это было видно. Он хлопнул Кэрриона по плечу:

— Не переживай, Дайантус. Практика сделает из тебя мастера. — Он влез в штаны, выглядевшие так, будто их сбросили в спешке, прикусывая кончик языка, пока осторожно застёгивал их.

Боги всевышние, это было ужасно.

— Может, нам стоит прийти позже, — сказала я. Женщины на кровати уже ласкали друг друга, мягкие стоны умоляли Тала вернуться. Он поднял палец, пятясь к двери:

— Одну минуту. — Он закрыл дверь, и из комнаты донёсся взрыв хихиканья и ещё более громких стонов.

Мы с Кэррионом растерянно переглянулись.

— Ты это слышала? — спросил он.

— Я сейчас пытаюсь ничего не слышать.

— Он назвал меня Дайантусом.

— О. Точно. Ну, я имею в виду… ты ведь и есть Дайантус.

Бедный Кэррион. С тех пор как мы узнали, кто он на самом деле, мы продолжали называть его Свифтом. Никому не пришло в голову спросить, хочет ли он, чтобы к нему обращались по его настоящему имени — Кэррион Дайантус. Я узнала не так давно, что у фей есть обычай. Родители не дают имя новорождённому в течение полного года после рождения. Изначально это было связано с суровой реальностью. Давным-давно большой процент детей не переживал первый год жизни, и дать им имя считалось приглашением для