Иллюзия падения - Лия Аструм

Брей благородно вызывается пожарить мясо, а Крис и Реми с тем же благородством принимаются за бутылку виски. Пара часов пролетает настолько быстро, что среди всех тостов, поцелуев и ностальгических воспоминаний я пропускаю момент, когда брат достигает стадии бесстрашия.

– Отвратительно, Реймонд, – кривится Ливи после рассказанного им пошлого анекдота.

– А говорила, что станешь моей девушкой, когда вырастешь, – пьяно ухмыляется брат.

Та покрывается румянцем, но всё равно дерзко вздергивает подбородок.

– И? Ты в блаженном ожидании или смертельном испуге?

– Скорее, первое, если, конечно, ты не прячешь под юбкой мачете.

– А ты проверь.

Реми медленно моргает и переводит настороженный взгляд на Ариэль. Но Рио и не думает вмешиваться. Она заматывает мокрого Эштона в полотенце, усаживает к себе на колени и включает ему какую-то игру на моем телефоне.

– Это предложение? – не унимается братишка.

– А на что похоже?

– Похоже на… – спотыкается он, очевидно, удерживая в себе очередную вульгарную шутку.

Пауза затягивается. Харрисон ободряюще опускает руку на плечо Реми:

– Никогда не видел столь быстрой умственной деградации. А ты, Брей?

Друг радостно кивает, подыгрывая:

– Как прокурор, я обязан сообщить тебе, Реймонд, что за совращение малолетних ты получишь срок в размере пяти лет лишения свободы.

– Мне, вообще-то, восемнадцать, – оскорбляется Ливи.

Парни гогочут.

– Веселитесь? – на террасу возвращается Вивиан, которая всё-таки смогла уложить Сиену спать. Она залпом выпивает бокал вина и радостно сообщает: – Наконец-то можно расслабиться!

Реми принимает это как личный вызов и хватается за новую бутылку алкоголя. Еще через полчаса ребята – в хлам, их разговор скачет от гениальных, по их мнению, идей к полнейшему бреду. Они рассуждают об общих бизнес-проектах, политике и совместной поездке в Куршевель. Я стараюсь много не пить, потому что впереди меня ожидает брачная ночь – репетицию которой мы уже не раз провели в Нью-Йорке.

Одной рукой Ариэль перебирает волосы уснувшего на ее груди Эша, другой гладит мое бедро, отчего я с каждой секундой все сильнее теряю нить разговора.

– Пойду уложу его, – через пару минут произносит она.

Кивнув, решаю ненадолго остаться. Ржу с парочки невнятных поздравлений и слушаю душещипательные песни про дружбу в исполнении Криса и Реми. Но когда в центре гостиной Вив и Лив начинают исполнять танец, напоминающий приступ эпилепсии, я допиваю остатки виски, желаю всем веселой ночи и иду к комнате Эша.

– А вы точно меня заберете? – услышав тихий вопрос мальчишки, замираю у приоткрытой двери.

– Конечно, – без капли сомнения отвечает Рио.

– Миранду тоже должны были забрать… а потом не забрали, – запнувшись, грустно вздыхает Эш.

– С тобой такого не случится. Всё пройдёт отлично. Но даже если возникнет проблема, Эван её решит.

– Всё-всё решит? – доверчиво уточняет кудряшка, а у меня в груди сжимается.

– Абсолютно.

– Хорошо. Томми сказал, что я могу приезжать к нему каждые выходные.

А братишка-то, оказывается, тот ещё милашка.

– Он научит меня делать ставки в казино. Что такое казино?

Нет, братишка охренел в конец.

– Это развлечение для взрослых, – спокойно отвечает Ариэль. – И если Томми предложит тебе поиграть, ты откажешься, договорились?

– Договорились, – расстроено бубнит. – Прочитаешь сказку?

Несколько минут Бейкер, а вообще-то уже миссис Мур, с выражением рассказывает историю о каком-то крутом роботе, после чего шуршит одеялом и, судя по звуку, целует кудряшку.

– Тебе пора спать.

– А мы завтра сходим к океану?

– Сходим.

– И будем нырять?

– И будем нырять.

– Ты вышла замуж за Эвана, потому что любишь его? – неожиданно спрашивает мальчишка.

– Да, – голос Ариэль звучит удивленно. – Очень люблю.

– А кого ещё любишь?

До меня медленно доходит, к чему ведёт допрос.

– Ливи люблю, – небольшая пауза, скорее, дразнящая. – И тебя очень сильно люблю, любопытная мелочь.

– А Эван меня любит?

– Конечно!

– Он никогда не говорил.

– Любовь – это не только слова.

– А что это?

Рио недолго молчит.

– Это когда тебе очень хочется сделать другого человека счастливым. Делиться с ним всем самым важным: последней вкусной конфетой, грустной историей, улыбкой, смехом. А еще любовь – это особое чувство вот здесь, в груди. Оно похоже на тёплое солнышко или на бабочек, которые радостно порхают, когда ты встречаешь дорогого человека.

– У меня порхает, – размышляет Эштон. – Когда я вижу Эвана… и тебя.

Не могу больше терпеть. Толкаю дверь и приваливаюсь плечом к косяку.

– Секретничаете?

Кудряшка краснеет и натягивает одеяло до самого носа.

– Немного, – уголки губ миссис Мур (теперь мне очень нравится называть ее так) дёргаются вверх. Знает, что я бесстыдно подслушивал.

Ариэль желает Эшу спокойной ночи и, будто чувствуя, что мне нужно задержаться, говорит, что будет ждать меня в спальне.

– Расскажешь сказку? – смелеет мальчишка, когда я сажусь на край его кровати.

– Рио не рассказала?

– Рассказала, – нехотя сознаётся он.

– Тогда спать.

Эштон поворачивается набок и, положив ладошки под щеку, просит оставить ночник.

– Спокойной ночи, малыш, – треплю его по волосам и, поправив одеяло, шепчу в маленькое ушко: – У меня тоже порхает, когда я вижу тебя.

Мой ребёнок аж дышать перестаёт, а голубые глаза начинают подозрительно блестеть. Чтобы не смущать его ещё сильнее, выключаю свет и отправляюсь на поиски Томми. Нахожу его в туалете с телефоном в руке и обещаю не рассказывать Рему, если он пойдёт спать в комнату к Эшу. Не хочу оставлять его одного. Томми, разумеется, десять раз картинно закатывает глаза, прежде чем поднять свою маленькую задницу и выполнить свою часть сделки.

Я же в приятном предвкушении тороплюсь в противоположное крыло особняка. И это предвкушение становится ещё слаще, когда в полумраке спальни я вижу огромную кровать и сидящую на ней Рио в чёрном кружевном белье на фоне звёздного ночного неба.

– Демоница, – выдыхаю я и, расстегнув пару пуговиц на рубашке, стягиваю её через голову. Швыряю ткань на пол и, звякнув ширинкой, избавляюсь от брюк. Белые боксеры летят вслед за штанами. – Хотя, всё верно, ангел из нас двоих – я. – Прижимаю Рио к кровати и целую в шею.

–