Ножницы - Анна Александровна Завгородняя

— Что с вами, госпожа Вандермер? — спросил Штефан. Кажется, он и не думал уходить.

— Все в порядке. – Я моргнула и улыбнулась мальчику. – Тебе пора.

— Ну во-о-от! – протянул он с вкраплениями разочарования в голосе. – А я хотел поговорить с вами! Обсудить все.

— Здесь нечего обсуждать. – Я поднялась, взяла со стола закрытую книгу – учебник по опасным существам, — и протянула ее маркграфу. – Изучайте. Там есть много любопытного.

— Полагаете, убийца не человек? – оживился Штефан.

 А он сообразительный. Конечно, я никоим образом не хотела навести мальчика на подобную мысль. Так уж получилось!

— Завтра я буду спрашивать у вас материал по оборотням, — ответила, пока лисенок листал учебник, — а здесь все доходчиво и сжато изложено.

— Я многое знаю об оборотнях! – Штефан гордо вскинул подбородок, захлопнув книгу. – Я сам оборотень.

— Тогда тем более изучи учебник. Ты удивишься, как много можешь не знать. – Я улыбнулась и шагнула к двери, помня, что собиралась проводить Штефана в его комнату. Не сомневаюсь, няня Лисл ждет своего подопечного. А еще я не сомневалась в том, что скоро увижусь с фон Эберштейном. И мне было что сказать графу, потому что я знала: нам следует поспешить. Чем раньше мы запечатаем пожирателя, тем выше шансы спасти души, которые он поглотил, и ту, которую наметил следующей жертвой.

* * *

Идея (а она показалась мне просто отличной) посетила мою голову еще до того, как за мной пришел слуга. И пока я шла за лакеем на встречу с хозяином дома, у меня созрел четкий план и в кабинет графа фон Эберштейна я входила с довольной улыбкой.

 Его светлость стоял у камина. Уве привычно занял кресло, и оба мужчины смотрели на меня.

— Госпожа Вандермер, — сообщил обо мне лакей и удалился, а я, памятуя о приличиях, присела в книксене и только когда за слугой закрылась дверь, распрямила спину и взглянула на графа.

— И почему мне кажется, будто вы что-то задумали? – спросил Максимильян.

— Вы правы, ваша светлость. – Не дожидаясь приглашения и позволения, я прошла в центр кабинета, сложила руки на груди и вскинув подбородок, произнесла: — Зелье готово. Мы должны, не мешкая отправиться во дворец.

 Макс и Уве переглянулись.

— Напишите баронессе, пусть будет готова. – Я была настроена решительно. Мне казалось – вот он, шанс!

— Штефан уже успел заглянуть к вам? – спросил граф, отступая к письменному столу. Заняв стул с высокой спинкой, он внимательно посмотрел на меня.

 Я открыла было рот, чтобы спросить, как Макс догадался, а потом сообразила, что дядя слишком хорошо знает своего племянника и уже успел понять, к кому первым делом побежал мальчик. В свете последних событий, мы со Штефаном, как мне казалось, начали отлично понимать друг друга. Теперь он не пытался сорвать утренние уроки и почти прилежно выполнял домашние задания.

 Но я отвлеклась, улыбнувшись фон Эберштейну.

— Значит, успел. Тогда вы в курсе, госпожа Вандермер, о том, что неподалеку было совершено убийство.

— И, вероятнее всего – это наш пожиратель, хотя… — Я развела руками. – Это может быть и простое страшное совпадение.

— Не уверен, — буркнул Уве, пробарабанив пальцами по подлокотнику кресла. – Господин капитан ночных стражей сообщил нам о еще десяти жертвах, умерших самым загадочным образом. Сегодняшняя несчастная была одиннадцатой.

— Госпожа Маргарета станет последней, двенадцатой, — прошептала я. – Тем более следует поспешить, — продолжила, вскинув голову.

— Я доверяю вам так, как доверял бы себе, но прошу, расскажите, что за план созрел в вашей чудесной головке. – Взгляд Максимильяна скользнул по моему лицу, и я вопросительно изогнула брови.

— Ты смущаешь госпожу Элоизу, — попенял графу Уве. Поднявшись, барон подошел к столу друга и припечатал: — Ну же, пиши. А вы, госпожа Вандермер, диктуйте, что необходимо донести до баронессы.

 Я кивнула. Прищурилась. Затем в ответ скользнула взглядом по лицу фон Эберштейна – он отчего—то опустил взор. Я даже было подумала, что граф смутился, пока не заметила тонкую улыбку, украсившую его губы, и поняла, что ошиблась. Вряд ли я в состоянии смутить такого человека.

— Мы должны действовать уже сегодня! Сейчас! – начала я бодро и повторилась: — Зелье готово. Надеюсь, баронесса не растеряла свой пыл?

— Сегодня? Как вы себе это представляете? Я полагал, нам необходимо подготовиться, – удивился фон Дитрих, пока Макс достал печать и бумагу.

— Чтобы не столкнуться с Рихтером, следует провести обряд ночью, — продолжила я. – Ведь ночью во дворце нет посетителей. Насколько я наслышана, в ближайшее время не сообщалось о проведении приемов или балов. Так что ночью будет даже спокойнее. Еще бы… — Я задумчиво прижала к губам указательный палец.

 Макс вопросительно изогнул бровь.

— Еще бы от слуг избавиться, но пусть этим занимается госпожа Леннинген, — закончила я.

— Насколько сильны риски для Лоры? – тихо уточнил Уве.

 Я покосилась на вампира.

— Риск есть всегда. Пожиратель опасен, особенно для того, кто войдет в его мир. Там он владыка. Все подчиняется его власти. Но если мы сделаем все правильно, если баронесса поступит так, как я скажу, никто не пострадает. Мы запечатаем пожирателя, спасем от смерти фрейлину Маргарету и освободим те души, которые поглотило это существо.

 Макс прищурил глаза.

— Я вкратце все описал. Что понадобиться для обряда? – спросил он.

— Зеркала. Два больших зеркала, канат и свечи. И место силы, где мы установим все необходимое.

 Фон Эберштейн кивнул.

— Свечи должны быть простыми или черными? – спросил барон.

 Я фыркнула.

— Черные, синие, алые свечи, — пояснила, — любые цветные и особенно пугающего цвета, используются ведьмами только с целью заставить платить больше за их услуги. На самом деле это никакой роли не играет. Разве что эстетической. Главное воск и, — я постучала себя указательным пальцем по лбу, — и правильное заклинание.

— Откуда вы только все это знаете? – усмехнулся Максимильян и начал писать. А я в ответ лишь плечами пожала, но снова вспомнила учителя, понимая, что Рихтер мог спасти Маргарету и остальных, тех, кто пал жертвой пожирателя. Просто Вайнс не захотел идти на риск.