Ножницы - Анна Александровна Завгородняя

 Я не рискнула сразу обернуться, опасаясь удара в спину, и только когда моего плеча коснулась женская рука, поняла: что-то изменилось.

— Мой кайзер! – Вайнс мигом опустился на одно колено, склонив голову. Его ученики последовали примеру колдуна, а я повернулась и увидела, что в нескольких шагах от нас стоит высокий холеный мужчина с длинными волосами, рассыпавшимися по плечам, а наспех наброшенном дорогом халате.

 Без сомнений – это был сам кайзер, за плечом которого стояла баронесса Леннинген и улыбалась нам с графом.

* * *

Вот уж не думала, что буду так благодарна Лорелей!

Баронесса сдержала слово и сделала это намного раньше, чем я надеялась.

Стоя в коридоре рядом с дверью, за которой находился кабинет кайзера, я нервно сжимала пальцы, затянутые в магические перчатки.

 Где-то там, за высокой дверью с резными узорами, его величество разговаривал с колдуном Вайнсом. А мы: я, граф, Уве, Ирма и остальные, включая Леннинген, стояли и ждали, чем закончится столь важный разговор.

 У дверей молчаливыми статуями застыли гвардейцы. Оба в дорогих мундирах. Оба сильные боевые маги. Еще несколько находились рядом. Их приставили на случай, если ученики Вайнса решат продолжить то, что начали перед дворцом.

 За окнами таяла ночь. Серый рассвет вытеснял черные краски с неба, а мы все стояли и ждали.

— Я рассказала его величеству о Маргарете, — шепнула мне баронесса. – Он пришел в ярость, узнав, что фрейлину можно было спасти. А еще, — Лора повысила голос, специально для учеников Рихтера, — я добавила, что господин Вайнс тоже мог помочь госпоже Маргарете, но испугался за свою шкуру.

 Ирма вспыхнула от обиды за учителя. Рванулась к Леннинген, но тут же была остановлена рукой Ганса.

— Не надо, — прошипел колдун.

— А сказала правду, — выпалила баронесса, спокойно взглянув на Ирму. – Что? Глаза колет, да?

 Мысленно поаплодировав Лоре, я поняла, что Леннинген мне все же немного нравится. Самую малость, как, кажется, и я ей.

 Лора и Ирма смерили друг друга взглядами, не предвещающими ничего хорошего, когда дверь в кабинет кайзера распахнулась и из комнаты торопливо вышел Рихтер Вайнс.

 Гневно взглянув на меня, он с такой силой поджал губы, что они превратились в тонкие светлые линии на его лице.

«Это еще не конец!» — сказали мне глаза учителя.

— Надеюсь, вы меня услышали, господин Вайнс, — донеслось из полумрака кабинета, где единственным источником света была свеча и угасающие угли в камине.

 Рихтер на секунду застыл. Лицо его сделалось страшным. Но когда колдун повернулся к кабинету и склонил голову, голос его прозвучал вполне спокойно:

— Да, ваше величество.

— Тогда ступайте и заберите своих учеников. И напоминаю, я не желаю видеть вас при дворе, — велел кайзер.

 Вайнс вскинул голову, затем еще раз поклонился и, развернувшись на каблуках, пошел прочь, взмахом руки подозвав своих учеников.

— Это еще не конец, Хельга, — шепнула мне на прощание Ирма. Она говорила очень тихо. Я скорее прочла фразу по ее губам, чем услышала, но страха во мне больше не было.

 Несколько секунд, слушая звук удаляющихся шагов колдуна и его учеников, я мысленно благодарила небеса за это чудо. Нет, я понимала, что это еще не конец. Что Рихтер не остановится. Но, по крайней мере, у меня появился такой сильный защитник, как сам кайзер!

— А теперь вы, — произнес его величество немного устало. – Войдите. Да, и вы, Леннинген, тоже. – Кайзер вздохнул и добавил: — Мне есть, что вам сказать.

Конец 4 серии.