Ножницы - Анна Александровна Завгородняя

 Внутри было тепло, уютно и просто. Никаких изяществ. Никакого излишества и никаких посетителей за исключением меня. У стен стояли прилавки с коробками, в которых находились сухие травы, продающиеся на развес. Тут и сбор разнотравья, бери да заваривай, и сборы лекарственных растений от простуды, головной боли, лихорадки, слабости, недержания и прочего, прочего. Меня же интересовали более редкие травы. Предполагаю, что подобные вряд ли украшали витрину.

— Добрый день, госпожа, — проговорила продавец и довольно приятно улыбнулась мне.

 Еще не закончив отвечать на приветствие, я услышала, как за спиной открылась дверь, впуская в магазинчик фон Эберштейна и Уве. Заметив благородных господ, посетивших своим вниманием ее лавку, женщина поправила очки на носу и приосанилась.

— А вы быстро ходите, госпожа Вандермер, — попенял мне вампир приближаясь. Встав рядом, Уве скользнул взглядом по хозяйке магазинчика, затем по ее товарам. – Нашли то, что искали? – спросил он.

— Боюсь, я не настолько быстрая, — ответила, улыбнувшись фон Дитриху.

— У меня есть все, что вы ищете, — произнесла продавец, мимолетно покосившись на Максимильяна, вставшего за моей спиной.

— Очень на это надеюсь, — ответила я и с улыбкой принялась перечислять необходимые травы для моего зелья. Особенно редкими они не были, но все же влетят фон Эберштейну в копеечку.

Я перечислила продавцу названия трав, она внимательно выслушала, затем бросила на меня изучающий взгляд и, кивнув, произнесла:

— У меня все есть. Сейчас соберу, — и шурша юбкой, удалилась в соседнее помещение, располагавшееся за ее спиной. Оставив дверь приоткрытой, женщина принялась собирать названные травы, а я тихонечко подглядела, как она деловито снует по подсобке, открывая то одну, то другую магическую коробку, предназначавшуюся для специального хранения особенно дорогих трав.

— И откуда вы только все знаете, госпожа Вандермер? – поинтересовался Уве, рассматривавший сухие лепестки роз, стоявшие на прилавке.

— Меня хорошо подготовили, — ответила я еле слышно и отвернулась от подсобки, напомнив себе, что подглядывать за людьми некрасиво.

— Меня все не оставляет вопрос: к чему именно вас готовили? – тихо спросил Максимильян.

 Я бросила на графа быстрый взгляд, и он улыбнулся, позволяя мне понять: ответ не требуется. Разве что я сама захочу излить ему душу и, конечно же, не в магазине травницы.

— Здесь все, что вы просили. – Вернувшись, хозяйка лавки выложила предо мной нужные травы. Тут я на время забыла о своих спутниках и придирчиво рассмотрела каждый холщовый мешочек на предмет его содержимого и его качества. Удовлетворившись, кивнула, и продавец сложила покупки в вышитую осенними листьями сумку из тонкого сукна, протянув ее мне.

— Расплатитесь, ваша светлость, — попросила я графа, и он с готовностью достал увесистый кошель.

* * *

— Вы сегодня выглядите уставшей. У вас круги под глазами, — произнес Штефан, когда закончив писать, внимательно посмотрел на меня.

— Ну-ка покажи! – Проигнорировав слова юного маркграфа, я протянула руку и взяла его тетрадь. Диктант был написан просто отлично. Я нашла всего одну пропущенную запятую в сложном обороте, и неправильное окончание на которые указала мальчику, попросив исправить.

— Все. — Он внес правки и закрыл тетрадь, бросив взгляд на диковинную картину, с помощью которой сбежал от меня во время нашего первого занятия. – Мне бы хотелось путешествовать, — признался мальчик.

 Я кивнула и отошла к своему столу, сменив учебники. Следующим уроком было «землеописание» («землеописание» — старое название «географии» — здесь и далее прим.автора).

— Когда ты станешь взрослым, то сможешь осуществить свои мечты, — произнесла, поймав себя на мысли, что то и дело думаю о зелье. Над его приготовлением я работала всю ночь и теперь переживала, получилось ли. Результат будет только завтра утром. Пока зелье настаивается в темном месте моих покоев и слугам строго-настрого запрещено прикасаться к заветной глиняной колбе, запечатанной пучком свежей мяты – растение должно было убрать острый запах зелья, сделав его более приятным для обоняния.

— Поскорее бы! – вздохнул Штефан и улегся на парту, уронив руки вниз. – Уже так хочется самому принимать решения. Вот как вы!

 Я внимательно посмотрела на мальчика.

— Не надо, как я, Штефан, — произнесла серьезно. – У каждого своя судьба. И я искренне надеюсь, что твоя будет счастливее моей.

— Но я не об этом, госпожа Вандермер! – оживился мальчишка, отлипая от поверхности парты. Его зеленые глаза сверкнули. – Я хочу научиться колдовать как вы, и знать так же много, как знаете вы!

— Я знаю не так уж много. – Я подняла учебник, демонстрируя мальчику его название. Штефан вздохнул.

— Сейчас бы по лесу побегать. С белками поиграть, — сказал он тоскливо.

— Учиться просто необходимо. Ты потом поймешь это, — ответила я, открывая книгу на странице, где мы остановились.

«Интересно, кто она, эта Маргарета? За кого Лорелей Леннинген готова отдать жизнь? В чем причина?» — промелькнула мысль, но я тут же прогнала ее прочь. На уроке я должна думать только о Штефане и наших занятиях. Остальное потом.

* * *

Я освободилась только к трем часам дня и сразу, забыв об обеде, поспешила в свою спальню, чтобы проверить, как там настаивается зелье.

 Забравшись под кровать, осторожно вытащила колбу, вдохнув яркий мятный аромат. Горечи в запахе пока не было. Значит, зелье еще не настоялось до нужной консистенции.

 Вернув колбу обратно, я поднялась на ноги.

 Мало одного только зелья. Мне еще необходимо найти место силы в городе. Насколько я знаю, подобные места существуют, и одно из них находится во дворце кайзера. Только мне в него доступа нет. Или надо подгадать, чтобы я ни в коем случае не столкнулась с бывшим учителем.

 Я развернулась к выходу и несколько минут спустя уже стояла у дверей, ведущих в кабинет графа фон Эберштейна, надеясь, что его светлость находится именно там.

 Решительно постучав, не услышала ответ.

 «Хм!» — Моя бровь скользнула вверх. Как-то я не заметила, чтобы Максимильян покинул особняк. Окна учебного класса выходят во двор, и я бы точно услышала, если бы граф уехал.

 Постучав снова, не удержалась и прижалась ухом к двери.

— Меня ищете? – раздался голос за спиной. Отпрянув, я повернулась и увидела фон Эберштейна, стоявшего рядом.

— Вы очень тихо передвигаетесь, ваша светлость, — произнесла, глядя в глаза Максу.

— Умею, когда хочу, — последовал ответ. – Но зная вас,