Желание богов - Тан Ци

водопад, служивший его тюрьмой, застыл на скале, словная гигантский кристалл. Озеро внизу тоже было неподвижно, брызги от ударов воды о камни замерли в воздухе. Вся долина была наполнена парящим, но не падающим снегом – словно в сказочном сне.

Но больше всего на плоды грез походило видение вдали.

На противоположном берегу стояла стройная девушка в золотом платье. Ее распущенные волосы ниспадали до щиколоток. На бледном лице лишь у правой брови сверкали крошечные золотые бусины. Без единого намека на макияж девушка сияла такой красотой, что у Лянь Суна замерло сердце.

Их взгляды встретились в воздухе.

С самой невинной и знакомой ему улыбкой она подняла глаза, затем, подобрав подол, пошла к нему прямо через воду. Ее тонкие пальцы раздвинули застывший водопад, и она оказалась прямо перед ним.

Застывший поток под ее прикосновением рассыпался на сверкающие капли, упавшие в озеро с мелодичным звоном, нарушившим тишину.

Она смотрела на него снизу вверх, улыбаясь, но слезы блестели в ее глазах. Теплая ладонь коснулась его щеки, и он услышал шепот:

– Братец Лянь. – Тем самым нежным, пленительным голосом, который он так любил.

Был ли это сон?

Сознание Лянь Суна затуманилось еще сильнее, и он не мог понять. Да и не хотел. Даже если это сон – разве это плохо?

Он закрыл глаза, улыбнулся, слегка прижался щекой к ее ладони и мягко спросил:

– Как ты здесь оказалась? – Открыв глаза, он добавил: – Я сплю?

Конечно, это должен быть сон. Ведь это второй пик Тяньгуй – как иначе она могла бы здесь появиться?

– Конечно ты спишь. – Она снова улыбнулась, но слезы покатились по ее щекам, оставляя влажные дорожки.

При виде них его сердце сжалось. Лянь Сун хотел стереть эти слезы, но, попытавшись пошевелиться, вспомнил, что руки скованы.

Звон цепей привлек ее внимание. Взглянув на них, она обхватила его запястья.

Цепи, выкованные из сущности молний, те, что не мог разрушить даже небесный огонь, рассыпались в золотистом сиянии.

Лянь Сун был свободен.

Но после шести дней и ночей, проведенных в подвешенном состоянии, силы оставили его, и третий принц пошатнулся. Она тут же подхватила его.

Голова кружилась еще сильнее. В тумане перед глазами он видел, как девушка подняла руку и за водопадом возникла серебристая дверь из света.

«Определенно сон», – подумал он.

Казалось, прошла целая вечность.

Когда третий принц очнулся, то почувствовал приятную прохладу на спине, где раньше пылали раны от водяных клинков. Чьи-то легкие прикосновения к его спине вызывали не боль, а сладкое покалывание.

Он открыл глаза и, не подавая виду, что пришел в себя, слегка повернул голову. Каменный грот. Мягкое ложе. С него сняли верхнюю одежду, плечи перевязали белой тканью. Рядом лежал расшитый золотыми и серебряными нитями рукав с узором лотосов – он слегка дрожал.

Ее нежные руки касались его спины. На голой коже третий принц ощутил несколько теплых капель – словно капли дождя, обреченные исчезнуть бесследно. Лишь через мгновение он понял: это были слезы Чэн Юй.

Ее ладонь переместилась к неперевязанному участку плеча, мягко легла на него. Она наклонилась ближе, и ее губы коснулись раны.

Так осторожно, будто она боялась причинить боль.

И снова теплые слезы упали на его спину.

Пока он был без сознания, все казалось смутным. Но теперь, ощущая ее слезы и прикосновения, Лянь Сун невольно вздрогнул. Перевернувшись, он схватил ее за руку.

Девушка испуганно подняла глаза, встретила его ясный взгляд и тут же отпрянула.

Он ослабил хватку, но продолжал держать ее за запястье.

– Что ты делаешь?

Она избегала прямого ответа, свободной рукой натягивая на него облачное одеяло.

– Обрабатываю раны. Здесь прохладно… тебе нужно укрыться.

Третий принц посмотрел на одеяло, затем на нее, усмехнувшись:

– Для обработки ран нужно их целовать?

Ее лицо мгновенно покраснело.

– Я… я просто боялась, что тебе больно. Хотела подуть.

Он кивнул:

– Сочиняй дальше.

Ей стало стыдно. Прикрыв лицо рукой, она пробормотала:

– Подуть или поцеловать… какая разница?

Но тут она заметила, что ткань повязки на его плече снова пропиталась кровью.

– Опять кровь! Тебе все еще больно?

Она потянулась проверить рану, но Лянь Сун резко дернул ее за запястье, и она упала на него.

– Не обращай внимания, это всего лишь царапина. – Он обнял ее одной рукой, укладывая к себе на грудь, и добавил успокаивающе: – И она совсем не болит.

Она смотрела на него с сомнением.

– Но ты же только что потерял сознание…

– Я просто устал и немного поспал, теперь все в порядке, – мягко ответил Лянь Сун, целуя ее в лоб и меняя тему: – Су Цзи привел тебя? Разве «Пыль Успокоения» перестала действовать, раз ты проснулась раньше?

План сработал – она надолго замолчала, прежде чем хрипловато прошептать:

– Это не из-за «Пыли Успокоения».

Она подняла на него глаза: круглые, словно подернутые влажной дымкой, полные непонятной ему печали.

Затем она снова коснулась его лица, не отрывая взгляда, будто в следующее мгновение им вновь предстояло расстаться и она хотела навсегда запечатлеть его черты в своем сердце.

– Очень давно, – прошептала она, – я ждала тебя. Мечтала о нашей встрече. Ждала так долго… так долго…

Закрыв глаза, она обняла его руку и тихо вздохнула.

– Слишком сильно соскучилась, вот и пришла к тебе.

Это были слова любви, но странные: от них сердце трепетало от сладости и в то же время от необъяснимой тревоги.

Пока она говорила это, то выглядела так, будто ждала его не семь лет, а куда более долгое время, почти вечность.

Лянь Сун каким-то глубинным чувством понимал, что здесь что-то не так, но при попытке как следует подумать мысли путались. Возможно, потому что это был сон – его собственные грезы. Наверное, в глубине души он всегда мечтал, чтобы их судьбы переплелись еще раньше, чтобы она сказала такие слова… Вот она их и сказала.

Отбросив сомнения, он улыбнулся и поддразнил ее:

– Но когда мы впервые встретились, ты даже зонт продавать мне не хотела.

Ее глаза по-прежнему сияли влагой. Она смотрела на него с нежностью.

– Просто я забыла. – И повторила тише: – Я забыла, что все это время ждала тебя.

Уголки ее глаз заблестели. Ее явно терзала печаль, но она улыбнулась. Эта улыбка была хрупкой и прекрасной, словно лотос под дождем. Ее хотелось оберегать.

– Но, даже забыв, – она снова улыбнулась, – я с первого взгляда полюбила тебя. Думала: «Почему этот старший братец так хорош собой?» И до сих пор, – ее пальцы коснулись его щеки, а взгляд стал нежным, как вода в сиянии