Печать Безумных. Белое и Чёрное - Екатерина Ивановна Гичко

из груди и метнул его в хоёторца. Рыкнув, перед шаманом выскочил воин, и лезвие вошло в его плечо. Оба хоёторца повались на землю, а вампир, выдернув тяжёлый меч из земли, пошёл к ним.

— Сседаиш, стой! — Риш бросился ему наперерез. — АрСид! Сседаиш АрСид, остановись! Я приказываю!

Вампир и не думал слушать его приказы. Видимо, насчёт убийцы друга при жизни он оставил себе вполне определённые распоряжения.

Риш обхватил его обеими руками и попытался потеснить назад, но мёртвый вампир был сильнее и тяжелее живого. Хватив хайнеса за шкирку, глава мёртвого войска отшвырнул его прочь, на руки охранителей, и продолжил путь, неотвратимо приближаясь к посеревшим от страха перед мёртвым хоёторцам. Тяжёлый двуручный меч описал сверкающую дугу и почти обрушился на головы мужчин, как вдруг вампир замер.

— Хватит, дружище, — позади АрСида стоял хаварий Гед, и его окровавленная ладонь лежала на шее вампира. — Хватит. Оставь его. Давай, пойдём и вместе выпьем. Не знаю помнишь ли, как мы пили тогда, когда Машей и Вана̀р погибли? Выпьем опять. Тебе, может, уже и не нужно, а мне вот надо.

Вампир постоял ещё немного, а потом всё же сделал шаг назад и опустил меч.

— Кинжал, — хаварий протянул руку к раненому хоёторцу.

Раненый выдернул оружие, даже не поморщившись, и перекинул его хаварию. Тот осторожно приставил остриё к ране на груди вампира, и кинжал вошёл на прежнее место.

— Давай сюда, — оборотень забрал у вампира меч, с лёгкостью подняв его одной рукой, и повёл главу мёртвого войска прочь. — Пошли, выпьем. Вспомним былое.

За-ши-си проводил спину вампира взглядом и невесело улыбнулся.

— Мёртвый, а ненависть продолжает гореть в нём.

— Стой! Куда!

Воспользовавшись тем, что все отвлечены на вампира, Дощщар дал дёру в сторону Хоётора.

— Не стрелять, идиоты! — рявкнул Риш, увидев, что кто-то вскинул арбалеты. — Да стой ты! Там опасно!

Но Дощщар не слушал. Увидев путь к свободе, он, недолго думая, поспешил им воспользоваться. До грани он добрался в два счёта, обернулся только один раз, когда услышал глухой удар, и увидел «дедушку Исхедиара», недовольно потиравшего лоб.

— Мы за тобой даже не бежим! — продолжал увещевать его Риш.

— Вот несносное дитя, — проворчал господин Исхедиар. — Как мне его теперь оттуда доставать? Я уже признал его своим ребёнком.

— Правда? — удивился Риш и вновь закричал: — Не расстраивай деда, возвращайся, паршивец!

Но Дощщар нёсся как на крыльях. Про трещину он ничего не знал, так что Риш особо и не волновался. Увидит, наверняка заметается, потом всё же прислушается к разумным словам и вернётся под опеку новоявленного родича.

Тот действительно добежал до трещины и резко остановился. Замер, растерянный, метнулся туда-сюда, а затем вдруг вскинул руки, пошатнулся и начал заваливаться на спину. Дракон отчаянно взвизгнул и бросился к своему хозяину, протирая над ним распахнутые крылья. Но все успели увидеть оперение торчавшей в груди стрелы.

— О, Тёмные! — Риш невольно шагнул к грани, но охранители тут же окружили его и потеснили назад, хотя стрелок всё равно не смог бы достать его из Леса.

Рыжий упал наземь, и дракон, потерявший хозяина, разразился воплями, напоминавшими плач. Как дитя, потерявшее родителя. Риш нервно отёр лоб. Вроде приязни особой к Дощщару у него не было, но как-то успел немного привязаться к этому недотёпистому парню, брошенному на произвол судьбы всем миром. А теперь ещё и убитому. На застывшее лицо господина Исхедиара было страшно смотреть. Воздух вокруг него дрожал всё явнее, запахло гарью, появились хлопья пепла.

— Подождите, он шевелится! — Вирьяр пристально всмотрелся в лежащего под драконом парня.

— Тащите его сюда! Живее! — распорядился Риш. — И к лекарю, пока…

Договорить он не успел.

Тело Дощщара вспыхнуло ярким пламенем, взвившимся ввысь на пять саженей. Дракон завопил от боли, но вскоре его визг сменился на рык ярости, и от тела Дощщара вспышкой, как от расколовшегося взрывного снаряда, расползлась волна огня. В небо взмыл пронзительный крик, совсем непохожий на драконий, и с земли поднялась объятая огнём фигура, на плечах которой сидел такой же огненный дракон. Взвизгнув ещё раз, особенно яростно, объятый пламенем Дощщар взлетел в небо и рванул куда-то на юг.

— Что это? — первым опомнился господин Шерех.

— Смерть, — печально отозвался господин Исхедиар, — и освобождение духа. Он же смертный только наполовину. Как не кстати, — дух покачал головой. — Но теперь я должен поймать его и успокоить. Это моя обязанность как родителя. Иначе он может принести большой вред.

— Но в Хоётор вы пройти не можете, — напомнил старый консер.

Исхедиар потрогал невидимый барьер.

— Хм-м-м… Если там мой ребёнок, то запреты Родителей не имеют значения.

— Разве он ваша кровь? — Риш нахмурился, припоминая, что дух вроде бы говорил, будто у Дощщар другой отец.

— Какое значение имеет кровь? — Исхедиар непонимающе посмотрел на него и сделал шаг вперёд.

Барьер поддался туго. Но поддался. Со стороны казалось, что дух прямо протискивается сквозь него. Воздух цеплялся на его одежду, разрывал её в клочья пепла, и вытягивал его волосы. Каждый шаг давался с огромным трудом, с лица духа сползала кожа, и из-под неё вырывалось пламя и дым. Наконец послышался лёгкий хлопок, и господин Исхедиар выскочил, вырвался на другую сторону.

И взорвался пламенем и пеплом! Чёрные ленты выметнулись в разные стороны, земля высохла и потрескалась из-за невиданного жара, и всё привычное, роднящее его со смертными, исчезло из облика господина Исхедиара. Он превратился в безликого устрашающего огненного духа.

— Ну… мы не называем их Господами, — Риш ответил на изумлённый и вопрошающий взгляд За-ши-си.

— А-А-А-А-А-А! — прокатил вопль над Лесом. — Командир Выжигающего Полчища здесь!!!

Лирка отправилась верхом на Ирресе к дальнему леску ещё утром. С прошлой войны пепел всех покойников хоронили именно здесь. Здесь же она решила упокоить и бабку. Отправилась только в сопровождении охранителей. На заставе сейчас забот было выше крыши, да и обряд погребения не терпел толпы.

Она походила по лесу, нашла подходящий саженец дуба, аккуратно выкопала его, а потом долго гуляла и искала место для захоронения.

Оно нашлось на берегу небольшого лесного озера. С одной стороны к нему примыкала ровная полянка, открытая солнцу, и местечко было достаточно укромны, чтобы бабушка могла найти здесь покой.

Управилась Лирка уже к полудню. Немного пожухший дубок крепко сидел в земле, и Лирке хотелось бы надеяться, что он приживётся. Вероятно, совсем скоро она уедет из этих мест, и некому будет найти это место и посадить новое дерево вместо засохшего.

— Иррес, можешь немного его подбодрить? — просила она гуляющего неподалёку подселенца.

— Дерево? Дерево можно, — против растений