Печать Безумных. Белое и Чёрное - Екатерина Ивановна Гичко

Лирка достала из мешка завёрнутую в несколько слоёв ткани табличку. Имя бабушки она вырезала ночью. Взяла с заставы пустую каменную заготовку, которые держали как раз для похорон. Вышло неплохо. Имя красовалось в орнаменте из дубовых листьев и желудей. Пока она прилаживала табличку в корнях саженца, Иррес щедро поделился силами и с дубком, и с травой на полсажени вокруг.

— Ай, чего ты тут его бросила? — Иррес зацепился лапой за мешок и вывалил его содержимое.

В глаза бросился кожаный мешочек, в котором лежали косточки босики. Лирка зачем-то развязала его и высыпала на ладонь покрытые резьбой артефакты. И выбрала среди них одну косточку, покрытую чёрными пятнами: из плода, который сорвали и поклевали птицы. Эта работа оказалась неудачной, но резьба вышла на диво красивой, и Лирка не смогла выбросить поделку. Подумав, она воткнула косточку в землю и ссыпала остальные обратно в мешочек.

— А-А-А-А-А-А! Командир Выжигающего Полчища здесь!!!

Все вздрогнули и резко повернулись к югу.

— Чего? — недоверчиво выдохнул Иррес. — Исхедиар вошёл в Хоётор?

Жаанидый, оранжерея при дворце хайнеса

— Вот, смотрите, господин Шелен, — молодой садовник присел перед кустами и, раздвинув ветки, показал хранителю оранжереи маленький росток. — Я его сперва выдернуть хотел, а потом присмотрелся и понял, что сорняка-то такого не знаю. Решил было, что откуда-то со стороны прилетело, так нет у нас ничего похожего.

Заинтригованный хранитель оранжереи присел на корточки и осторожно потрогал росток. Что это, не знал даже он — оборотень с большими знаниями в области растениеводства. По виду дерево. Но какое? Диковина-то какая…

— Отсаживаем куст, — велен он.

— Но как же⁈ — парнишка изумлённо посмотрел на него. — Это же шхен листоволосатый, его от самого океана везли!

— Его у нас три куста, а этого один росток, — раздражённо отозвался хранитель. — Пересаживай. И смотри, чтобы… А, нет! Я лучше сам пересажу, иди отсюда!

[1] Хоёторцы называют Рыболова Водяным древом.

Глава 41

Давние потери

Переход господина Исхедиара тут же запустил начало суетливых сборов. Старый консер не хотел терять ни минуты.

— Он обещал вернуться за нами завтра к полудню, — господин Шерех неустанно ходил из одного конца лагеря в другой в сопровождении Фошия и крайне заинтересованного господина Мариша. — Нужно быть полностью готовыми.

— А тут наша помощь не потребуется? — Фоший с сомнением посмотрел на заставу.

— Они на нашу помощь и раньше не рассчитывали, а детям больше не на кого надеяться.

На стороне Хоётора царила мертвенная тишина.

После прогремевшего вопля, известившего о появлении грозного противника, жизнь подавали только птицы, вьющиеся над Лесом. Сам господин Исхедиар некоторое время постоял, то ли прислушиваясь, то ли наслаждаясь произведённым впечатлением, а затем приблизился к грани, но не переступил её.

И первым к нему похромал господин Шерех. Старого консера не испугал устрашающий вид духа.

— В моём ли возрасте кого-то бояться? — ответил он потом на восторги Фошия.

О чём старый консер говорил с духом, никто не слышал. Но сразу после разговора господин Исхедиар развернулся и исчез в пепельном вихре, а потирающий руки консер вернулся к ожидавшему его Фошию.

— Собираемся. Господин Исхедиар пообещал посмотреть, где здесь этот город, чтобы вывести нас прямо к нему. Завтра около полудня он будет нас ждать.

Риш помянул Тёмных.

— Лирка ещё не вернулась? Живо найти и рассказать, — распорядился он, шагая к главе мёртвого войска. — И пусть её внутренний мир тащит свои лапы ко мне. Раз поделился с АрСидом силами, пусть находит способ, как их забрать. Надо уложить их назад. Проверить, все ли мёртвые здесь и подготовить их к погребению.

Он резко остановился, но следующий попятам Машей всё равно успел замереть на месте в какой-то пяди от его спины. Коротко посмотрев на друга через плечо, Риш окинул взглядом его истрепавшуюся одежду и отдал ещё одно распоряжение:

— Нужно подготовить их к достойному погребению.

Он окинул взором лица мёртвых и почувствовал, как привычно и уже знакомо сжимается сердце. Каждого из них он уже хоронил. Не участвовал в подготовке к похоронным обрядам, но хотя бы на минуту приходил почтить память тех, кто решился пожертвовать посмертным покоем. Не всех он до сих пор помнил по именам, но каждое лицо было знакомо. И сейчас, неподвижные и освещённые голубым светом, эти лица оживали, глаза зажигались весельем, а губы кривились в улыбке или неприязни: каким запомнились.

Нет, неправильно всё это, не зря он был против. Мёртвые должны обрести покой.

Иррес и Лирка в компании охранителей вернулись сами после того, как прогремел испуганный вопль.

— Кто-то из этих трусов вопил, — презрительно фыркнул подселенец. — Не понял кто, но точно кто-то из них. Кто ещё Исхедиара смог бы узнать? Он, что, действительно на сторону Хоётора пройти смог? Наверняка потому, что сам ненормальный.

Дух ехидничал и кривился, но было видно, что он здорово озадачен и обеспокоен.

— Меня теперь интересует, кто из безумных может также? — Риш вышел им навстречу и поймал сползшую со спины Ирреса Лирку.

— Да никто! — в который раз ответил Иррес. — Думаешь, безумные настолько послушные, чтобы сидеть перед барьером и ныть, что их не выпускают? Да они бились о него так, что потом поломанные и пожжённые едва уползали! Это Исхедиар на всю голову двинутый!

— Это описание как-то не очень отличает его от безумных, — огрызнулся Риш.

— Он двинутый в другую сторону! И вообще, его таким создали. Да я сам сколько раз пытался выйти!

— Возможно, на вход всё не так строго, — неуверенно пробормотала Лирка.

— Он говорил, что у него там какой-то договор с… — вступивший в разговор Вирьяр замялся, но продолжил, — с родителями что ли.

— А-а-а, — понимающе протянул Иррес. — Исхедиар один из самых непослушных «деток», ещё и сильный. Родители о чём-то с ним договаривались, чтобы он оставил Истаридана в покое. Помнишь, я говорил, что слышал что-то такое. Но что сейчас случилось-то?

— Этот рыжий Дощщар сбежал, и его пристрелили, — раздосадованный Риш взлохматил волосы. — Но не сдох. Точнее, сдох, а потом кем-то другим стал… вроде бы.

— Серьёзно? — удивился Иррес.

— Ты об этом должен знать больше меня!

— Я раньше с двинутыми, которые себе смертных детей заводят, не общался, — огрызнулся дух.

— И господин Исхедиар такой, мол, я его своим ребёнком признал, — продолжил уже Вирьяр, — надо отловить. А тот на территории Хоётора. Ну и господин за