Непокорный трофей для Дракона-завоевателя - Адриана Вайс

Моя драконья магия сходит с ума. Она бьется в венах, откликаясь на него с невероятным рвением.

Я до крови прикусываю внутреннюю сторону щеки, злясь на себя за эту предательскую реакцию. Он — убийца моего отца! Он чудовище, захватчик! Почему со мной это происходит?!

Сальватор откладывает очередную сферу и, вместо того чтобы взять следующую, прислоняется бедром к краю стола.

Он скрещивает руки на груди, принимая расслабленную, но от этого еще более пугающую хищную позу.

Его золотой взгляд медленно, изучающе скользит по моему лицу, словно пытаясь вскрыть череп и прочитать все мои мысли.

— Говоришь, ты из простой семьи? Владельцев алхимической лавки? — его голос обволакивает, проникая под кожу. — Откуда тогда у тебя повадки аристократки, Вейн?

Мои пальцы до побеления сжимают холодный край стола.

— Ты не опускаешь глаза, когда на тебя смотрит Высший Дракон. Ты не сутулишься. И ты всегда ждешь, пока я заговорю первым. Этому не учат в трущобах юга. — продолжает заползать мне под кожу Сальватор.

Внутри меня все сжимается от паники, но я заставляю себя дерзко вскинуть подбородок.

— Я смотрю прямо, потому что мне нечего скрывать! — огрызаюсь я, делая шаг к нему. — А вот вы, лорд Сальватор, зачем допрашиваете какую-то сироту в заброшенном крыле посреди ночи? Боитесь, что я спрятала отравленный кинжал в рукаве мантии?

В ту же секунду его напускная расслабленность исчезает.

Он делает молниеносный, неуловимый рывок. Расстояние между нами моментально исчезает.

Сальватор вторгается в мое личное пространство, наступая так жестко, что я пячусь и спиной впечатываюсь в высокий деревянный стеллаж.

Его руки тяжело ложатся на полки по обе стороны от моей головы, отрезая любые пути к отступлению.

Меня мгновенно окутывает жар его огромного тела.

Он наклоняется к самому моему лицу.

Так близко, что я вижу свое испуганное отражение в его вертикальных зрачках. Его взгляд падает на мои губы.

— Я уже говорил тебе, — хрипло шепчет он, обдавая мою кожу горячим дыханием. — От тебя слишком сильно пахнет тайной. И я раскрою ее, чего бы мне это ни стоило.

От напряжения воздух между нами, кажется, начинает искрить.

Я чувствую, что задыхаюсь, не в силах отвести взгляд.

Чтобы разорвать это гипнотическое наваждение, я судорожно тянусь рукой к полке за его спиной и хватаю первый попавшийся артефакт — небольшую, тяжелую шкатулку из черного металла.

— Дайте мне просто закончить работу, — выдавливаю я, выставляя шкатулку между нами, как щит. — В отличие от вас, мне рано вставать на учебу.

Но стоит моим пальцам сомкнуться на прохладном металле, как внутри меня взрывается сирена.

Мое драконье чутье буквально вопит об опасности!

Шкатулка в моих руках внезапно начинает вибрировать. Из ее щелей пробивается густой, пульсирующий черный свет. Воздух вокруг мгновенно становится ледяным и тяжелым.

— Что это... — я в ужасе смотрю на артефакт, который стремительно нагревается.

Это не поломка.

Это бомба!

Ловушка, начиненная концентрированной темной магией, готовая сдетонировать прямо сейчас!

— Ложись! — в ужасе кричу я, понимая, что бросить ее уже не успею.

Счет идет на доли секунды. Времени на магические щиты нет.

Шкатулка начинает издавать пронзительный, нарастающий свист.

И в это мгновение Сальватор реагирует.

Он бросается прямо на меня. Сбивает с ног, увлекая за собой на ледяной каменный пол, и всей тяжестью своего огромного тела подминает меня под себя.

Его тяжелое тело сбивает меня с ног. Мы с грохотом рушимся на жесткий каменный пол. Сальватор подминает меня под себя, укрывая собой, как щитом.

В ту же секунду я слышу звук рвущейся ткани и мощный, хлесткий хлопок.

Пространство над нами накрывает непроницаемый купол — из его спины с треском вырываются гигантские, кожистые драконьи крылья, смыкаясь над нами.

БУМ!

Взрыв сотрясает хранилище.

Оглушительный грохот рвет барабанные перепонки.

Стеллажи разлетаются в щепки, стекло и каменное крошево градом бьют по чешуйчатым крыльям Завоевателя.

Воздух мгновенно наполняется едким дымом и запахом гари.

Но я цела.

Я зажата между ледяным каменным полом и невероятно горячим, твердым телом мужчины. Его сердце бьется прямо напротив моего — тяжело, быстро, гулко.

Взрывная волна стихает, оставляя после себя лишь звон в ушах и треск осыпающихся камней. Сальватор медленно, с легким стоном сворачивает свои крылья, убирая их обратно под кожу, но не спешит с меня подниматься.

Пыль медленно оседает.

Мои мысли мечутся в панике.

Покушение!

Эта ловушка предназначалась Сальватору — ведь именно он должен был осматривать артефакты!

Значит, в Академии есть кто-то, кто хочет его убить!

У меня есть могущественный, тайный союзник, который ненавидит захватчика так же сильно, как и я.

Но... почему?

Почему этот безжалостный монстр, убивший моего отца, не закрылся щитом сам, а бросился спасать меня?!

Я понимаю на него глаза. Лицо Сальватора находится в нескольких сантиметрах от моего.

На его скуле, прямо под глазом, зияет свежая рана от осколка. По щеке стекает струйка темной, горячей крови.

Он принял этот удар на себя ради безродной девчонки.

Моя рука, дрожащая, непослушная, сама тянется вверх. Я нахожусь в таком глубоком шоке, что пальцы инстинктивно касаются его щеки, стирая каплю его крови.

И в ту секунду, когда кровь Дракона касается моей кожи...

ВСПЫШКА.

Дикая, ослепительная боль пронзает мое левое плечо.

В глазах темнеет от боли, а кожа на плече начинает нестерпимо гореть, будто кто-то приложил к нему клеймо.

15. Печать чудовища

Я вскрикиваю, выгибаясь дугой под тяжестью тела Сальватора.

Сальватор, который только что заслонил меня собой от смертоносного взрыва, замирает.

В ту самую секунду, когда моя кожа начинает гореть магическим огнем, его тело вдруг каменеет.

Дыхание Завоевателя сбивается.

Его нечеловеческие, золотые глаза резко расширяются от шока. Он смотрит на меня так, словно мир вокруг только что перевернулся с ног на голову.

Он тоже почувствовал это.

Я вижу это по тому, как дрогнули его ноздри, как судорожно сжались челюсти. Та самая невидимая, звенящая нить, что натянулась между нами на площади, только что со звоном лопнула, намертво связывая нас обоих.

— Что… — хрипло выдыхает Завоеватель, и в его голосе впервые нет ни льда, ни угрозы. Только ошеломление.

Его взгляд падает на мое левое плечо, скрытое под плотной тканью серой мантии.

Рука в черной перчатке властно тянется к моему воротнику, чтобы одним рывком разорвать ткань и обнажить кожу.

Нет!

Животный, первобытный ужас затапливает мой разум.

Я внутренне, на каком-то глубоком бессознательном уровне понимаю, что именно