(Не)спящая красавица или Ох уж эти сказки! - Катерина Кравцова

останавливаться на сухом участке пути. Так нет же! «Мало времени, мало времени»… Вот погодите, доберемся до вашего графа, так я ему поведаю в подробностях, насколько вы дорожили нашим здоровьем в пути. Если он так благороден, как вы говорите, — готовьтесь, вас ждет изрядный скандал.

Котик понурился.

— Вы снова правы, госпожа, — признал он. — Мне нечем оправдаться, кроме как недостатком времени.

— Здесь мы его потеряем больше, чем где бы то ни было, — отмахнулась я. — Не знаю, что вам посоветовать. Боюсь, как бы вам не пришлось ждать утра, не сходя с седел. У нас хотя бы есть карета, но вот вашим парням придется нелегко. Велите всем стоять на месте. И перекликаться время от времени, что ли. А то отъедет кто-нибудь подальше, да так и сгинет в этой хмари.

Вилларе откланялся и скрылся в тумане, а я тоскливо огляделась. Вокруг стояла нехорошая, вязкая тишина, и почти ничего не было видно.

А спустя несколько мгновений, как я уныло подумала, «опять началось». Тишину раскололи звуки — да какие! Звон оружия, истошное конское ржание, крики людей — стоило прикрыть глаза, как я оказалась в гуще какого-то призрачного, миновавшего давным-давно сражения.

А может, не призрачного? Я осторожно подняла веки. В тумане метались какие-то тени, и они свободно проходили сквозь нашу карету. Можно было выдыхать — нам показывали ушедшие события, словно жуткое, призрачное кино.

— Сударыня, Единого ради, вернитесь в экипаж, — прошипела где-то рядом со мной Жакетта. — Если Они увидят вас — вы пропали.

— Да кто «Они»? — зашептала я так же тихо и двинулась на голос горничной.

Но закрыть спасительную каретную дверцу не успела. За спиной послышался грозный лай, я обернулась, и увидела, как прямо на меня несется огромный черный пес. Куда там собаке Баскервилей! Эта псина была крупнее и опаснее в тысячу раз.

У меня оставалась ровно секунда на то, чтобы принять решение. И я вспомнила, как дядька — знатный собаковод — учил меня обращаться с самыми злыми животными.

Жакетта всхлипывала где-то совсем близко, и я понимала: если это чудовище загрызет меня — следующая будет она. Поэтому собралась с силами, выпрямилась и уставилась псине в глаза.

Собака прекратила лаять и остановилась. Потом подвинулась ко мне и зарычала.

— Фу! — решительно, как могла, скомандовала я. — Место! Фу!

Потом подумала и добавила мысленный приказ (маг я или где?). И вот после приказа собачина наконец успокоилась. Села, вывалила розовый язык размером с лопату и выжидательно уставилась на меня.

16.

16.

— Ну слава богу, столковались, — я облегченно выдохнула, только сейчас осознав, насколько сильно перепугалась.

— Никак угомонилась псина-то? — из-за каретной дверцы осторожно выглянула Жакетта. — Может, того… колбасы ему? Хоть и призрак, все равно, поди, жрать хочет.

Это была отличная идея. Моя горничная соображала прямо-таки отлично.

— Тащи, — распорядилась я. — Да побольше кусок-то возьми, видишь, какой наш Тузик здоровый.

Жакетта кивнула, нырнула в наши запасы, и спустя пару минут возникла снова, с изрядным шматом колбасы в руке.

Пес повел носом и завилял хвостом. Понял, что намечается угощение.

Я осторожно подобралась поближе к страшилищу и как могла дружелюбно пригласила:

— Иди, Тузик, угощайся! — потом положила колбасу на местечко посуше и отошла обратно к карете.

Против Тузика пес не возражал. Против колбасы тоже. Огромный кусок исчез в розовой пасти так быстро, что я и моргнуть не успела. Тузик облизнулся и преданно воззрился на меня. И тут мне пришла в голову свежая мысль.

Если из леса нас вывел заяц, отчего бы псу не провести нас через болота? Во всяком случае, попытаться стоило.

— Жакетта, быстренько найди мне Мориса! — велела я. — есть одна идея.

Горничная кивнула и скрылась в тумане. Котика долго ждать не пришлось — видимо, пасся где-то совсем уж поблизости.

— Вы что-то придумали, Иллария? — сразу же с надеждой спросил он.

Я задумчиво покивала.

— Ну да. Видите собачку?

— Вы называете это… собачкой? — у Вилларе аж волосы на затылке вздыбились от вида нашего потенциального провожатого.

Пес тоже ощерился и упредительно зарычал.

В общем, создалась классическая ситуация, называемая «как кошка с собакой». Надо было срочно сбавить напряженность, и я велела:

— Морис, успокойтесь. Никакого вреда от животного нам не будет. А если поведем себя разумно, — может, еще и польза какая-то выйдет. Тузик, можешь показать нам дорогу? Так, чтоб мы в болоте не потонули? Ищи, Тузик, ищи, как нам проехать тут!

Тузик перестал рычать, оглядел меня и вроде бы даже кивнул лобастой головой. Потом принюхался к заболоченной тропке, повертелся, принюхался еще раз и бодро затрусил куда-то в туман.

Который, кстати, вроде бы стал рассеиваться.

— Быстро, за ним! — скомандовала я. — Жакетта, лезем в экипаж, да поскорее! Морис, собирайте парней.

Вилларе кое-как собрал свою стаю, мы поместились в карету, и наш караван тронулся за собакой. Пес вел себя исключительно разумно: забегал вперед, потом возвращался к нам, деловито взгавкивал и снова уносился вперед.

Выбираться пришлось не меньше часа, но зато потом наши лошадки ступили наконец на сухую почву. Я крикнула кучеру, чтобы он остановился, и выскочила из кареты в сгустившуюся уже окончательно ночную темноту.

— Тузик, Тузик, ты где? — наш спаситель сразу прибежал на зов, получил еще один кусок колбасы и вдруг ткнулся головой мне в колени.

— Ах ты, умник! — расчувствовалась я. — Хороший, хороший пес! Хочешь, мы возьмем тебя с собой?

Я и вправду готова была прихватить собаку в замок к заклятому графу. Но сам пес, увы, не согласился. Он дал себя погладить, потом совершенно по-человечески вздохнул, понурился и скрылся в темноте прежде, чем я успела его остановить.

— Ну как же так? — расстроенно спросила я в пространство.

Брошенного пса было жаль до невозможности. Но, как ни странно, мне ответили.

«Небось и без тебя пока побегает», — снова ворчливо заметил кто-то прямо в моей голове. — «Чем смог, пособил. Хорошая ты женщина, да и дар магический у тебя что надо. Поможешь и ты нам, как срок придет?»

— Помогу, конечно, — я растерянно осматривалась.

Но в полной темноте, конечно, не увидела ровным счетом ничего. И разговаривать со мной больше никто не стал.

— Ох уж эти сказки! — привычно фыркнула