Принцы фейри - Никки Сент Кроу

Тени нравится эта связь, и по венам у меня пробегает электрический разряд. Я никогда раньше не была под кайфом, но это, наверное, близко: словно моё тело осталось где-то позади, а я сама — одно сплошное обнажённое наслаждение и горячий жар.

Дыхание у меня сбивается.

— Трахни меня, Вейн. Жёстко.

— Забавно, что ты думаешь, будто можешь мне указывать, — он снова проводит пальцами внутри меня, но большим пальцем скользит вверх по моей влажности, лаская мой клитор едва заметным касанием. Я верчусь бёдрами на столе, пытаясь поймать давление его руки, но он слишком быстр и до оскорбительного хитёр.

Он нарочно сводит меня с ума, просто чтобы доказать свою правоту

— Вейн, — стону я.

Он отпускает меня, срывает с меня трусики и раздвигает мне ноги. Кладёт мягкий поцелуй чуть выше колена, на внутреннюю сторону бедра.

— У тебя самая красивая пизда, какую я когда-либо видел, Уин, — он оставляет дорожку поцелуев всё ниже, ниже, пока не оказывается так близко к моему центру, что я чувствую щекотку его дыхания.

Я вся горю от жара и желания, но он смещается ко второй ноге, снова целуя по внутренней стороне бедра, позволяя пальцам подбираться опасно близко к моей киске.

— Вейн, — снова выдыхаю я, едва дыша.

И тут он проводит языком по всей моей щели, заставляя меня вздрогнуть.

И снова отстраняется.

— Прекрати мучить меня.

Ладонь у меня на лобке, он надавливает, и по телу прокатывается волна жара.

— Мне нравится слышать, как ты умоляешь.

С полуприкрытыми глазами я смотрю на него. Его фиолетовый глаз всё такой же фиолетовый, пристально следит за мной. С Тенью Смерти Неверленда он гораздо лучше её контролирует. Нет нужды в насилии или крови.

Только голая, чистая нужда.

— Пожалуйста, — стону я.

— Громче.

— Пожалуйста.

Едва ощутимое касание к клитору заставляет мою спину выгнуться на столе, каждую нервную клетку и каждую кость тянет к нему ближе и ближе, сильнее и сильнее.

Его пальцы идут по внутреннему сгибу моего бедра, потом скользят по моей влажности, и меня пробирает дрожь, клитор пульсирует.

— Вейн, я не могу…

Он опускает рот к самому центру меня.

Стоит его языку скользнуть по мне, я уже не могу лежать спокойно. Я извиваюсь на столе, но он обхватывает мои бёдра, фиксируя меня, полностью раскрывая перед ним. Он щекочет кончиком языка мой клитор, потом расплющивает его, лижет медленно.

— Боже мой, — выдыхаю я и вплетаю пальцы в его волосы, направляя его движение на себе.

Больно от того, как сильно я его люблю, и в глазах вдруг жжёт от слёз, пока он подводит меня всё ближе и ближе к краю.

— Ты на вкус такая, что охренеть просто, — произносит он мне между ног и покрывает меня медленными, намеренными поцелуями, языком легко проводя складочкам.

— Я хочу кончить вместе с тобой, — дёргаю его за волосы, будто могу подчинить его себе.

Он поднимает взгляд на меня из треугольника между моих бёдер, волосы растрёпаны и спутаны от моей жадности до него.

— Мне не обязательно кончать, — говорит он.

— Ни хрена подобного, — я сажусь, тень клокочет сразу под кожей.

У Вейна под штанами отчётливо выпирает толстый вал его члена. Я расстёгиваю ему штаны.

— Ты трахнешь меня, — говорю я. — Прямо здесь и прямо сейчас, и я хочу, чтобы ты кончил вместе со мной.

Я просовываю руку под пояс его белья, и он шумно выдыхает, когда я обхватываю его ладонью. Головка уже мокрая, когда я провожу по ней подушечкой большого пальца.

— Не смей мне отказывать.

Он заправляет выбившуюся прядь мне за плечо, его ладонь скользит к затылку.

— Когда-то я хотел, чтобы ты бежала быстрее, чтобы смогла от меня сбежать.

Я провожу по его стволу, он рычит.

— Но, думаю, не существовало такого пространства, которого хватило бы, чтобы меня остановить, — он целует меня, его язык встречается с моим, делясь моим же вкусом.

Мы начинаем нежно, медленно, а потом становимся ненасытными, поцелуй углубляется, становится бешеным. Я стаскиваю с него штаны, и его член вырывается наружу. Он целует линию моей челюсти, покусывает шею. Я съезжаю к краю стола и обвиваю его ногами, направляя, пока наши губы снова сталкиваются.

— Оттрахай меня, — умоляю я, прижимаясь к нему и прикусывая его нижнюю губу. — Сейчас, — добавляю уже более повелительно.

Он обхватывает меня рукой за талию, поднимает, резко притягивает ближе, будто не существует такого понятия, как «достаточно близко», даже когда он наконец входит в меня до конца.

Я громко стону. Он рычит мне в ухо, его член пульсирует внутри моих сжатых стенок, пока он яростно вколачивается в меня, а стол скребёт по полу.

Мы — пожар и обломки жизней, прожитых в страхе и надломе. Мы трахаемся так, будто секс — это целебная мазь, которой мы до ужаса боимся истратить остатки.

Мы трахаемся так, словно существует только настоящее.

Сейчас.

Сейчас.

Сейчас.

Вейн вбивается в меня, и трение между нами зажигает меня изнутри, оргазм обрушивается на меня с силой приливной волны.

Я вскрикиваю, сцепляя лодыжки у него за спиной, вжимая его глубже.

Он ещё раз вколачивается в меня, разряжается внутри, хрипя мне в раковину уха.

Меня трясёт в его руках, удовольствие прорезает меня, как вода камень.

Он навсегда меня изменил.

Я люблю его.

Я люблю его так сильно, что это обжигает, и всё же меня знобит в его объятиях, тело дрожит, будто оно не знает, что делать со всей этой радостью и наслаждением.

Вейн медленно выходит, потом вновь вталкивается, мышцы у него на спине перекатываются, пока он удерживает меня прижатой к себе.

— Я чувствую это, — говорит он тихо, почти шёпотом, будто доверяя тайну.

— Что чувствуешь?

— Твою любовь, — отвечает он. — У себя в груди, — он целует меня в щёку, задерживаясь совсем близко. — Я чувствую твою любовь, как миллион золотых звёзд в бесконечной бездне, которой являюсь.

Его слова бьют мне под дых, и внутри будто раскрываются крылья.

Я сжимаю зубы, пытаясь не расплакаться, но слишком поздно.

Вейн смотрит на меня, большим пальцем стирает слезу, и я прижимаюсь к его ладони, пока дрожь понемногу стихает.

— Пообещай, что ты всегда будешь рядом.

Он приподнимает меня к себе и мягко целует.

— Обещаю, Уин.

Когда я выбираюсь из своей гробницы, слышу, как их голоса несутся по коридору. Тихий стон Дарлинг. Низкий рык Вейна. Мне приходится собрать всю волю в кулак, чтобы