Затерянные в метели - Мег Джонс

пока она рассматривала дерево, ее глаза обшаривали каждую ветку, каждое доступное место. Кит потянулась вперед, держа украшение в одной руке, другой перекидывая свои длинные светлые волосы через плечо, обнажая длинную шею.

Она осторожно повесила игрушку, откинувшись назад, чтобы оценить свою работу, ее розовые губы приоткрылись.

Остальная часть дерева, возможно, и выглядела хаотично, но эта игрушка, в центре ее внимания, была эпицентром бури.

— Теперь счастлив? — Ее голос прозвенел прямо сквозь меня, в нем был не только вызов, но и теплота. Эта улыбка на ее губах показалась мне такой особенной, как будто прошло много времени с тех пор, как кто-либо удостаивался от нее искреннего взгляда радости.

Больше, чем ты думаешь, — подумал я про себя.

Глава девятая

Кит

White Winter Hymnal — Fleet Foxes

— Ты, должно быть, шутишь. — Я остановилась, в то время как Джона ковылял вперед, снег доходил ему почти до верха резиновых сапог.

Он выглядел мило — вязаная шапочка на голове, фирменная глуповатая улыбка на губах, — но крутой склон холма перед нами отвлекал больше.

— Конечно, нет.

Я бросила умоляющий взгляд на небо. Гроза закончилась, и некоторым звездам даже удалось выглянуть из-под облаков. Это должно было быть благословением.

— Я посмотрю отсюда, — сказала я, анализируя конструктивную целостность синих ледянок, зажатых у него под мышкой. Там было два холма: маленький холмик, который выглядел достаточно безопасным, и за ним холм-монстр с уклоном, слишком безумным, чтобы доверять чему-то столь непрочному, как пластик.

В лыжном спорте у меня были годы практики, и я знала, как остановиться. Я каталась по черным трассам4 в Альпах. По крайней мере, тогда у меня был шлем, не говоря уже о подготовленных инструкторах под рукой. А сейчас мне предлагают скольжение на детских санках, без тормозов. Если бы я сломала что-нибудь, Джона должен был оттащить меня в безопасное место.

— Давай, — настаивал он, опуская ее на землю. — Это будет весело.

— Весело — это не бросаться с горы на куске пластика, который ты украл у ребенка. — Я даже не переоделась в подходящую зимнюю одежду. Я просто хотела проверить погоду.

— Хотя бы с маленькой, — возразил Джона.

Без дальнейших споров я последовала за ним. Если и было что-то, чему я научилась за то короткое время, что знала Джону, так это тому, что он обычно добивался своего.

Мы достигли вершины, и Джона торжествующе поставил нашу льдинку на снежную вершину.

— Ты готова?

— Сломать ногу? Не совсем, — сказала я, неохотно плюхаясь на сани, пытаясь подготовиться к спуску.

Надавив руками мне на спину, Джона начал обратный отсчет, прежде чем с визгом радости от него и криком ужаса от меня он оттолкнул нас.

Мое сердцебиение участилось, ветер развевал мои волосы, сила тяжести придавала мне значительную скорость. Холодный воздух был почти невыносимым, словно маленькие зазубренные шипы впивались в мою нежную кожу. Я бы возненавидела это... если бы не абсолютный трепет от падения.

Я снова почувствовала себя ребенком, магия снега наконец-то приобрела какую-то привлекательность, дискомфорт, который стоило испытать.

Когда я остановилась у подножия, я едва выждала мгновение, прежде чем развернуться и карабкаться обратно наверх по глубокому снегу, замедляя ход из-за ноющих мышц, абсолютная радость не ослабевала, когда я снова поднималась на холм.

— Тебе было весело? — Спросил Джона, его улыбка была шириной в милю.

— Неплохо было, — сказала я, слегка пожав of плечами. Подойдя ближе, я протянула санки. — Твоя очередь.

— Признайся, — поддразнил он. — Тебе понравилось.

Я не смогла удержаться от красноречивой улыбки, протягивая санки к нему.

— Хорошо. Может быть, это было не совсем ужасно.

— Ты не хочешь подняться туда снова?

Я покачала головой.

— Мы можем по очереди.

Джона благодарно улыбнулся, прежде чем взобраться на борт, его большое тело занимало почти все пространство.

— Хочешь, я тебя подтолкну? — Предложила я.

— Черт возьми, да!

Я хотела закатить на него глаза, но это было слишком непреодолимо. Усилия, которые он прилагал, все ради меня, чтобы изменить ход моей поездки. И эта дурацкая улыбка? То, как его нос и щеки порозовели от холода, и каштановые прядки волос, выбивающиеся из-под вязаной шапочки? Ничего из этого не помогло.

Изо всех сил я толкнула Джону вниз, наблюдая, как он радостно завопил, ускоряясь прочь. Внизу, вместо того чтобы сбросить скорость, он упал лицом в снег, смеясь и катаясь по нему.

На мгновение он замер, и страх начал кусать вместе с холодом.

— Джона? — Я закричала. — Ты в порядке?

Затем он встал и сел на снег, подняв руки в воздух.

— Это было потрясающе! — А потом он вскочил и побежал обратно вверх по склону. Мы сделали еще несколько спусков, чередуясь, морозный воздух обжигал наши легкие, когда мы смеялись.

Дома я бы, наверное, до смерти скучала на каком-нибудь престижном мероприятии, пытаясь избегать мужчин, ищущих свою четвертую жену. Здесь, с ним? Мне не нужно было притворяться. Рядом с ним все казалось особенным.

Я так давно не чувствовала себя так. Такой живой.

— Хорошо. — Джона хлопнул в ладоши, затянутые в перчатки. — Ты готова к большому?

Я проследила за его взглядом, устремленным назад, на гораздо больший холм, гордо возвышающийся позади него.

— Абсолютно нет. Это практически Манро5.

— Едва ли. Она немного выше, — возразил он. — Давай, сделай это один раз, и если тебе не понравитс, мы можем вернуться домой.

Я подумала о бутылках белого вина, которые мы воткнули в снег, чтобы они остыли, его холодильник был слишком полон для завтрашнего застолья. Всей этой еды было слишком много для одного человека.

— Правда?

Он кивнул.

— Обещаю. Попробуй один раз.

Неохотно я последовала за ним на вершину. Я почти взмокла от пота, когда мы достигли вершины, по снегу было трудно идти, когда мы поднимались, но вид с вершины того стоил. Вся долина была залита лунным светом, снег искрился под его лучами. Высокие горы с белыми вершинами изгибались вдалеке, лес деревьев отделял нас от спящих гигантов, звезды усеивали небо между темными грозовыми тучами. Даже подиум на Неделе моды в Париже не могла выглядеть так красиво.

— Ты готова? — Спросил Джона.

— Умереть? Нет, я слишком молода, — пошутила я. — Ты пойдешь первым?

— И оставить тебя трусить? Никогда!

— Ну, я не собираюсь спускаться первой! — Я сказала, стоя на своем. — Ты заставишь меня тащить сани обратно, чтобы ты мог снова столкнуть меня вниз.

Он ухмыльнулся.

— Ты разгадала мой подлый план.

— Я не тупая. — Я закатила глаза, переводя взгляд с саней на зловещий склон.

— Покончи с этим, Лондон, —