Ведьма пустоши - Джессика Кури

он, но мои щеки слегка покраснели. Мне не нужны были ни королевские кружева, ни боевые плащи. Я любила учить, любила своих учеников. Не то чтобы я ждала от него понимания. Но мне претило, как он смотрел на меня сверху вниз, точно на питомца.

– Значит, ведьмы пустошей были отсюда? – спросила я, чтобы сменить тему.

– Да, многие были родом из этих мест, и многие приходили сюда. Ведь именно здесь они могли пройти в Эльфхейм и обратно, чтобы обучиться своему ремеслу. Когда-то по всем этим пустошам были разбросаны двери в Нижний Мир. Теперь действует лишь одна.

– А ты был тут тогда, во времена ведьм?

Я уставилась на него, внезапно осознав, насколько чудовищно недооценила его возраст. После нашего путешествия я почти начала воспринимать его как человека или, по крайней мере, не слишком уж нечеловеческое существо. Но это чувство близости испарилось, оставив меня крошечной и растерянной перед лицом его безмерной истории и опыта.

– Я помню их, – сказал он. – Дикие, бесстрашные женщины, жаждущие магии и ведущие свои племена, как волчицы стаю. Они приходили к нам с дарами: с резным камнем, медвежьими клыками, бронзовыми амулетами и редкими самоцветами, чтобы заплатить за знания, что мы им передавали.

– Что произошло между твоим народом и моим? – спросила я. – Почему мы перестали посещать Эльфхейм и учиться магии у фейри?

Старые сказания, которые я слышала с детства, никогда об этом не говорили. Ходили слухи, что фейри когда-то ходили по нашим землям и делились со смертными магическими знаниями, но детали их исчезновения оставались туманны. Казалось, бессмертный народ просто выцвел, как старые чернила на страницах истории.

Он переступил с ноги на ногу и отвел взгляд.

– Ваш мир начал меняться, а мой народ меняться не пожелал. Ведьмы пустошей канули в прошлое, и появилась новая порода людей – тех, кто любит порядок, железо и своих чужеземных богов. Для нас не осталось места. Мы угасали и скрылись в Нижнем Мире, как крысы в норе.

При этих словах его губа презрительно скривилась.

Я ждала, но он, похоже, решил не продолжать этот разговор.

– Так где же врата?

– Увы, я не могу подвести тебя ближе.

Он поднял руку, ткнул пальцем в пустоту, и вдруг в этом месте по воздуху пошла рябь искрящегося света. Свечение пробежало по вершине холма, взметнулось в небо и угасло с тихим звоном, похожим на перезвон стеклянных колокольчиков. Лахлан резко вдохнул и отдернул руку; кончик его пальца слегка дымился.

– Защитный барьер, – выдохнула я. – Такого огромного я еще не встречала. Он просто гигантский.

– Он окружает деревню, прилегающие земли и несколько соседних поместий. В общей сложности несколько сотен тысяч акров.

Я машинально потянулась к прядильному набору.

– Я не смогу снять такой барьер снаружи, – медленно проговорила я. – Мои умения…

– Тебе и не нужно его снимать, Роуз. По крайней мере, пока. Этот барьер не для тебя.

Не успела я его остановить, как он схватил меня за запястье и поднял мою руку к барьеру. Я замерла, внутри все сжалось в ожидании острой боли, но ее так и не последовало. Моя рука легко прошла сквозь воздух, который минуту назад оттолкнул Лахлана.

– Он действует только на фейри, – объяснил он.

Я вырвала руку из его хватки, потирая запястье, где еще чувствовался ледяной холод от его пальцев.

– Я не понимаю. Если он должен охранять дверь, зачем не пускать твоих же сородичей?

Его синие глаза, устремленные на крыши Блэксвайра, холодно сверкнули.

– Как я уже говорил, не все в Эльфхейме обрадуются моему возвращению.

Он повернулся ко мне, его взгляд смягчился.

– По правде говоря, я лишь хочу домой. Я устал и угасаю в этом железном мире.

Я уставилась на него, пока ветер поднимался над пустошами и трепал мои юбки.

– Что заставило тебя уйти?

Он проигнорировал мой вопрос.

– Я скажу тебе, где искать дверь, но, скорее всего, она будет скрыта за слоями заклинаний. Тебе придется найти способ ее открыть. А пока ты будешь отчитываться передо мной каждые три дня. Я хочу знать, с кем ты говорила, куда ходила, что видела.

– О, неужели? А что я ела на завтрак или сколько раз уколола палец иголкой, тебя не интересует? И как, интересно, мне возвращаться к тебе каждые три дня пешком? Отсюда до Блэксвайра добрых два часа ходьбы.

– Ах. – Он хитро улыбнулся. – Вот тут-то нам и помогут Теларии, хоть это и стоило мне золота весом с тебя. Пойдем, маленькая ведьмочка, и я покажу тебе поистине великую магию.

Глава 6

Дорога, по которой я шла сквозь лес тем же вечером, была темной, грязной и из-за переплетающихся ветвей напоминала туннель. Я плотнее закуталась в шаль и двинулась дальше, неся в каждой руке по саквояжу. Прядильный набор болтался у меня через плечо, неловко ударяясь о бедро через каждый шаг.

По крайней мере, я наконец осталась одна. Больше никаких фейри, которые шипят на меня, дергают за волосы или провожают таким взглядом, будто я – дичь на ужин. Лахлан дал мне два саквояжа – один с новыми платьями, другой с драгоценным заклинанием, купленным у Телариев за безумные деньги, – последние наставления и советы, а также вымышленную историю, объясняющую мое появление. Я шла уже около часа, приближаясь к деревне Блэксвайр с северной стороны, где она граничила с лесом.

По пути я в который раз обдумывала свое положение.

До моего дня рождения оставалось чуть больше трех недель. За это время мне нужно было найти врата в Эльфхейм, отыскать заклинание, чтобы его открыть, проскользнуть внутрь, украсть ветвь, выбраться обратно и вернуться к Лахлану. А чтобы все это сделать, мне для начала надо было найти пристанище в деревне Блэксвайр. Может, найдется пожилая вдова, которой не помешали бы лишние руки по хозяйству в обмен на кров, или фермер, нуждающийся в заклинаниях, чтобы отыскивать заблудившихся овец. Лахлан дал мне немного денег на оплату жилья и еды, но моя гордость болезненно сжималась от мысли снова принимать его милостыню. Даже если я здесь по его делу, я не настолько беспомощна.

Сомнение и страх шли за мной по пятам, словно два демона-близнеца, насмехаясь из каждой тени. Я знала, что моя задача не сведется к простому «найти врата и украсть ветку», и подозревала, что Лахлан многого мне недоговаривает. Но, словно кнут для скота, меня гнала вперед периодическая колющая боль в сердце, а еще заманчивая надежда на успех.

Полное восстановление магии означало бы, что я