Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры - Леси Филеберт

резко отпрыгнул в сторону, кувыркнулся через плечо и приземлился прямо рядом с нами. Его мантия взметнулась, и генерал встал на одну линию с Лунтьером, бок о бок, его меч теперь был направлен в сторону его уже бывшего союзника.

— Что, ты таки включил мозги? — ядовитым голосочком спросил Лунтьер, не поворачивая головы.

— Ой, заткнись, — раздраженно буркнул Каллос.

Но его тон уже был другим: в нем больше не было ненависти к Лунтьеру, теперь это была ярость, направленная в одну точку — на предателя.

И когда они оба успели перейти на «ты»?..

— Как думаешь, откуда он про колодец узнал? — тихо спросил Лунтьер генерала.

Тот неопределенно повел плечом.

— Румиль — из древнего рода, который может хранить удивительные тайны. Не вижу в этом ничего странного.

Генерал подал знак другим стражникам, с которыми они спустились сюда в подземелье, и те встали плотной стеной, возведя непроходимый магический барьер, чтобы советник не мог сбежать обратно.

Румиль тем временем наступал на нас, из его рук во все стороны били потоки черной магии.

— Вы! Вы все мне мешали! — кричал он, и глаза его выглядели сумасшедшими. — Если бы не вы и ваша паршивая девка, никакая Велариэна не была бы восстановлена! Лекари не изобрели бы сыворотку! И я бы правил! Я! Пока наш дорогой император пребывает в своем «помрачнённом состоянии»! А потом... потом я бы и совсем на трон взошел! Во мне есть кровь императорской ветви! Законное право! Я всё продумал! Я стравил бы всю мешающую аристократию этим отвратительным напитком, который они пьют как не в себя... А вы... вы просто ничтожества, которых нужно раздавить!

— Знаешь, — сказал Лунтьер, отбивая очередное летящее в него заклинание, — для человека, который всё продумал, ты как-то слишком много болтаешь. Обычно это плохой знак. Кончаются аргументы?

— Мои аргументы только начинаются! — взревел советник. — Никто из вас сегодня не выйдет отсюда живым!

— Включая вас, тогда уж, — хмыкнул Эльмар, атакуя советника и пытаясь подбить его сбоку, пока Лунтьер перетягивал на себя внимание. — Уходить будем вместе, Румиль. Вам от меня не скрыться. С предателями в Героссе разговор короткий, и вы сами подписали себе смертный приговор.

— Уверены?..

Советник мрачно, как-то по-змеиному улыбнулся и посмотрел куда-то за наши спины.

И я почувствовала, как давящая, удушающая тьма нарастает сзади, приближается жутким комом, словно над нами нависла гигантская волна из чистейшего зла. Холод прошелся по спине, и волосы на затылке встали дыбом.

Я медленно, очень медленно обернулась, чувствуя подвох.

И нервно сглотнула, увидев тварь.

Из-за поворота пещеры выползало... нечто. Гигантская, пульсирующая черная тень, больше похожая на жидкую каплю. У нее не было четких форм — только сгусток тьмы, из которого торчали клыки, когти и десятки пустых, голодных глаз. Капля ползла по земле, оставляя за собой мокрый след, и разевала пасть, достаточно большую, чтобы проглотить нас всех разом, без хлеба и закуски.

Ох-х-х. Кажется, «аргумент» советника только что материализовался. И он был очень, очень большой...

Вот это был, пожалуй, перебор. Сначала дуэль двух верховных магов, потом предательство советника, а теперь еще и гигантская пульсирующая капля космического зла, решившая, что наши скромные магические разборки — идеальное место для перекуса. Мой внутренний репортер ликовал: сюжет просто шикарный! А вот мой внутренний (и внешний тоже) трус был готов расплакаться и сбежать куда-нибудь с дикими воплями.

Монстр-капля (как эта тварь называется вообще?) издала звук, который был похож на скрежет тысячи зубов по стеклу, смешанный с бульканьем засорившейся канализации.

— Это... Что вообще такое? — слабым голосом спросил Каллос, в ужасе вытаращившись на монстра.

— Это Бло́бби, — нервно выдохнула я.

— Чего?! — Лунтьер и Эльмар посмотрели на меня с одинаковым недоумением.

— Ну, надо же эту древнюю тварь как-то называть. Пусть ее зовут Блобби!

— Это чтобы не так страшно было? — хмыкнул Лунтьер и щелкнул пальцами, вокруг его рук вспыхнули пламенные кнуты.

— Ловишь на лету!

— А что мне еще остается...

— План есть? — оборвал нашу бессмысленную и несвоевременную болтовню генерал. — Как мы поступаем с этим, хм... Блобби? Сражаемся? Или сразу убегаем?

— Я предлагаю второе! — охотно выпалила я.

Но времени на панику не было. Монстр-Блобби ринулся на нас, подобно волне, сметающей всё на своем пути, и все последующие события больше всего были похожи на ослепительный хаос.

Лунтьер агрессивно пошел в атаку, его молнии рвали темную плоть Блобби, огненные взрывы оставляли на его поверхности дымящиеся кратеры, но увы, все эти дыры почти мгновенно затягивались, лишь задерживая монстра, не давая ему мгновенно нас поглотить. Эльмар метал ледяные копья, которые впивались в монстра и тут же обрастали инеем, тоже лишь ненадолго сковывая его движение. А я... я старалась не путаться под ногами и время от времени швыряла в Блобби заряды солнечной энергии — моя скромная магия найоки казалась против него детским водяным пистолетом, но хоть что-то...

— Я принес тебе еду, Аргарио́н! — громыхнул советник императора за нашими спинами.

Аргарион? Это так тварь зовут, что ли? Ну нет, Блобби мне все-таки больше нравится... От истинного имечка твари за версту пахло древностью и первобытным ужасом.

Так, погодите. Это кто еда? Это мы, что ли? Ну уж нет, я не согласна, я на такое не подписывалась!

Я, право слово, при виде монстра успела забыть про советника. Непозволительная оплошность, конечно, но мне можно простить: я не боевой маг и не инквизитор, а всего лишь репортер, попавший в ту еще передрягу. Как этот Румиль вообще нас не пришиб смертельными проклятиями в спину?..

Впрочем, оглядевшись, я поняла, что Лунтьер, в отличие от меня, позаботился об этом и возвел между нами защитную стену, буквально заключив в кокон советника. Тот, правда, уже шустро пробивал этот барьер темными кинжалами, которые впивались в защиту и таяли с шипением, но Лунтьер был настороже, постоянно подпитывая заклинание.

— Эльмар, не отпускай его! — закричал он, отскакивая от внезапно выросшего из тела монстра щупальца, которое чуть не снесло ему голову. — Надо задержать этого гада! Не дай ему сбежать!

Генерал, отрубив очередной кусок наступающей твари, кивнул и ринулся к Румилю, его меч выписывал в воздухе смертоносные узоры, вынуждая советника отступать и обороняться, отвлекаясь от своего древнего «питомца». Бой разбился на два очага: пока Лунтьер и я с переменным успехом сдерживали