Сосед из подвала – тёмный маг - Кассиан Маринер

Кровь отхлынула от моего лица. Они знали обо мне. Они собирались использовать меня как заложницу. Я посмотрела на Эрика. Его лицо было непроницаемым, как маска, но я видела, как на его виске вздулась жилка.

— Не слушай их, — сказал он, не поворачиваясь. — Они лгут. Они убьют нас обоих в любом случае. Для них свидетель — это помеха.

Он отошел от окна и встал в центре зала. Он закрыл глаза и раскинул руки в стороны. Вокруг него начал сгущаться мрак. Тени, до этого мирно дремавшие в углах, ожили, поползли к его ногам, обвиваясь вокруг них, как змеи. Воздух в трактире стал холодным и плотным. Я почувствовала, как по моей коже побежали мурашки. Это была его магия. Темная, древняя, пугающая.

— Я выставлю защитный купол, — сказал он, не открывая глаз. — Он задержит их на какое-то время. Но я ослаблен. Долго он не продержится. Нам нужно выиграть время. Придумать план.

Он начал что-то шептать на своем гортанном, незнакомом языке. Слова были похожи на шорох сухих листьев и треск ломающегося льда. Тени вокруг него закружились быстрее, поднимаясь вверх, сплетаясь в вихрь. Я увидела, как стены трактира снаружи окутывает полупрозрачная, мерцающая дымка. Она была похожа на марево в жаркий день, искажая очертания деревьев и дороги.

Снаружи раздался удивленный возглас, а потом — ослепительная вспышка. Что-то с огромной силой ударило в невидимый купол. Трактир содрогнулся, как от удара тарана. С потолка посыпалась пыль. Эрик пошатнулся, его лицо стало еще бледнее.

— Они проверяют защиту, — процедил он сквозь зубы. — Сильный боевой маг.

Еще один удар. И еще. Каждый раз трактир дрожал, а Эрик вздрагивал, словно удар приходился по нему самому. На его лбу выступили капельки пота.

— Я не выдержу долго, — сказал он, открывая глаза. В них плескалась тьма. — Они прорвутся. Может, через час. Может, раньше.

Час. У нас был всего лишь час, чтобы спасти свои жизни. Отчаяние ледяной рукой сжало мое сердце. Мы умрем. Нас убьют в этом старом, заброшенном трактире, и никто даже не узнает, где наши могилы.

И тут, сквозь пелену страха, во мне проснулось что-то другое. Злость. Упрямая, яростная злость. Я не для того сбежала от барона, не для того боролась за этот дом, чтобы так глупо умереть. Нет. Это мой трактир. Моя крепость. И я не отдам ее без боя.

— План, — сказала я, и мой собственный голос удивил меня своей твердостью. — Ты сказал, нам нужен план.

Эрик посмотрел на меня с удивлением.

— Какой может быть план, Марта? Их четверо. Профессиональных охотников на магов. А я один. И я на исходе сил.

— Ты не один, — возразила я. — Нас двое. И еще есть Феликс. И самое главное — у нас есть дом. Мой дом. И я знаю его лучше, чем кто-либо другой.

Страх никуда не делся. Он все еще сидел внутри меня холодным, скользким комком. Но он больше не парализовывал. Он обострял чувства, заставлял мозг работать быстрее. Я — хозяйка. А хозяйка должна защищать свой дом.

— Они ждут, что ты будешь отбиваться магией, — продолжала я, и мысли в моей голове начали выстраиваться в четкую, ясную картину. — Они профессионалы, они знают, как бороться с магами. У них есть защитные амулеты, контрзаклинания. Но они не ждут, что им на голову свалится мешок с мукой. Или что они поскользнутся на лестнице, натертой мылом.

Эрик смотрел на меня, и в его глазах удивление сменилось интересом.

— Они думают, что я — твоя слабая сторона, — сказала я. — Заложница. Гражданское лицо. Они не воспринимают меня всерьез. И в этом — наше преимущество. Ты — наша главная ударная сила. Ты будешь отвлекать их, связывать боем. А я… я буду бить со спины. Из тени. Там, где они не ждут.

Я подошла к грубо сколоченному плану трактира, который сама нарисовала углем на куске пергамента, когда только начинала ремонт и расстелила его на столе.

— Смотри. Главный вход они штурмовать не станут. Слишком очевидно. Они попытаются прорваться через окна в зале или через черный ход на кухне. Мы должны превратить эти места в ловушку.

Я начала говорить быстро, лихорадочно, указывая пальцем на разные точки на плане.

— Лестница на второй этаж. Она крутая и скрипучая. Мы можем полить ступеньки маслом или натереть их мылом. В темноте они не заметят. Пока один будет барахтаться внизу, мы сможем разобраться с другим. Наверху, над входом, есть балка. Мы можем втащить на чердак самую тяжелую мебель — старый дубовый шкаф, комод — и сбросить им на головы, когда они войдут.

— У них может быть магическая защита от физических атак, — возразил Эрик, но в его голосе уже не было безнадежности. В нем звучали нотки стратега, оценивающего план сражения.

— Может быть, — согласилась я. — Но вряд ли она рассчитана на то, что на них обрушится полтонны дерева. Даже если щит выдержит, удар оглушит их, дезориентирует. Это даст тебе несколько секунд.

Я перевела дух и продолжила.

— Кухня. Там полно оружия. Тяжелые чугунные сковородки. Ножи. Кипяток в котле. А еще… — я хитро улыбнулась, — там есть мешки с мукой и перцем. Если швырнуть такой мешок в лицо, даже самый сильный маг на несколько минут ослепнет и начнет чихать.

— Мука и перец, — повторил Эрик, и в уголке его губ появилась тень усмешки. — Нестандартное оружие против королевских ищеек. Мне нравится.

— А еще есть подвал, — сказала я, и мой взгляд упал на темную дверь. — Твой подвал. Это идеальная западня. Узкий проход, крутая лестница. Если мы заманим их туда…

— Я смогу обрушить на них своды, — закончил он мою мысль. Его глаза блеснули в полумраке. — Похоронить их заживо.

От его слов мне стало не по себе, но я отогнала этот страх. Сейчас не время для сантиментов. Сейчас время выживать.

— Где Феликс? — спросила я.

— Я здесь, — раздался скрежещущий голос со стойки. Кот сидел там, невозмутимый, как всегда. — Слушаю ваш гениальный план. Надеюсь, в нем мне отведена роль более значительная, чем роль пушистого комка ужаса.

— Ты будешь нашими глазами и ушами, — сказала я. — Ты маленький, быстрый, незаметный. Ты сможешь проскользнуть наружу, разведать, где они, сколько их, что они делают. Ты будешь нашим шпионом.

Феликс самодовольно выпятил грудь.

— Роль шпиона меня устраивает. Но за это я потребую двойную порцию сливок и сметаны. Если мы, конечно,