Ресторанчик «Тыквенный фонарь» - Анна Кейв

Резкий стук сверху заставил Аманду и Криса вздрогнуть. Крис вырвал листок из ее рук, вернул в шкатулку и, захлопнув крышку, взволнованно прошептал:

– Пора сваливать, бабушка проснулась.

– Мы не можем, – запротестовала Аманда и вцепилась в створки шкафа, которые закрывал Крис. – Нужно забрать шкатулку. Или хотя бы листок. Там может быть ответ…

Он перебил подругу, схватив за руку:

– Бабушка каждый день проводит ревизию, она заметит.

– Ты видел сколько там пыли и паутины?! – прошипела Аманда. – Элинор лет десять в этот шкаф не заглядывала. Давай хотя бы сфотографируем листок!

Она вскинула голову, заслышав скрип половиц, сопровождающийся стуком трости. Крис был прав, нужно уходить. Но Аманда не могла. Не сейчас, когда в ее руках теплилась надежда на разгадку родового проклятия.

– Нет времени. Мы еще вернемся, обещаю, – заверил ее Крис. Он подхватил скейт и выставил Аманду в коридор. Осторожным, но быстрым движением закрыл за собой дверь так, чтобы не издать ни звука.

Они выбежали из лавки, и Крис, как в детстве, одним рывком поставил Аманду впереди себя на скейт. Правда, сейчас для них двоих транспортное средство было уже маловато. Держа Аманду за талию, он резко оттолкнулся. Благо, дорога к закусочной проходила под небольшим уклоном, что добавляло им скорости. Аманда, широко распахнув глаза, вцепилась в руки Криса, боясь, что они оба навернутся. Она была в таком оцепенении, что даже не смогла сообразить помочь ему и тоже начать отталкиваться от земли.

Элинор имела дурную старческую привычку наблюдать из окна, и оба надеялись, что успели улизнуть и остаться незамеченными. Они смогли замедлиться и соскочить с ноющего от перегруза скейта только тогда, когда впереди замелькали очертания «Тыквенного фонаря». Аманда с сожалением поморщилась, глядя на закусочную, – вывеска казалась голой без своего символа.

Еще на подходе Аманда заметила сквозь окна, что в закусочной был ажиотаж. Примерно такой же, как в обеденное время. Как она и предполагала, все собрались, чтобы обсудить ночной ураган и его последствия. В обычные дни она была только рада пообщаться с гостями, разделить их горести и радости. Сегодня же Аманде отчаянно хотелось спрятаться на кухне, чтобы не нарваться на опасные расспросы о том, как они с бабушкой пережили вечер и ночь. Она не хотела слышать скорбные комментарии о разбитом фонаре и уж тем более не вынесла бы невинного вопроса о том, где Лидия.

Но Аманда должна расслабить плечи, вернуть на лицо непринужденную улыбку и смягчить встревоженный взгляд. Если она спрячется ото всех на кухне, вопросов возникнет куда больше. А вместе с ними и подозрений.

– Я подменю Николь в зале, – оповестила она Криса, когда оба поднялись на крыльцо.

– Мне остаться с тобой или помочь на кухне? – уточнил друг.

– На кухне, – решила Аманда. – Нечего тебе отсвечивать в зале. Не хватало еще, чтобы это дошло до Элинор.

– Я не боюсь бабушки, – напомнил Крис, открывая перед Амандой дверь.

Она фыркнула:

–Ага, то-то ты мчал, как шумахер[17], чтобы бабуля не засекла.

Крис невозмутимо повел плечом:

– Это всего лишь меры предосторожности. Или ты хотела пожелать Элинор доброго утра и заодно обсудить, что она прячет в своем кабинете?

– Резонно, – согласилась Аманда.

Быстро переодевшись, она отпустила зашивающуюся Николь на кухню. Та с самого утра разрывалась между гостями и Вильямом, который остался один на один с первой в жизни запарой. К счастью, гости были настолько увлечены разговорами, что не обращали внимания ни на задержку заказов, ни на подгоревшие вафли.

Как всегда говорила бабушка, что подгорело в запару, легко скрывается соусом. Сегодняшний завтрак проходил под эгидой этого ухищрения.

– У нас есть проблема, – понизив голос, Николь выразительно посмотрела на Аманду, передавая той блокнот с заказами.

– Какая? – нахмурилась она.

– Фирменные блюда. Булочки с хурмой и марципановой помадкой, тыквенный пирог с абрикосами и корицей, кексы с секретным ингредиентом… И все остальное по списку семейных рецептов Фелтрамов. Как нам быть?

Аманда с облегчением прикрыла глаза и потерла шею ниже затылка. На фоне происходящего это не казалось глобальной проблемой.

Бабушка действительно очень трепетно относилась к фамильным рецептам, которые разрабатывала не один год. Все записи она хранила в ежедневнике и занималась ими исключительно сама, иногда привлекая Аманду, чтобы посвятить ее в таинство чизкейка-тыквенника с пряностями, тонких тыквенных печений с ароматом ванили, безалкогольного тыквенного пунша с черным перцем… Рецептов в ее ежедневнике набралось столько, что бабушка в легкую могла бы презентовать их издательству и выпустить свою кулинарную книгу. Но она никогда бы так не поступила. Сама мысль о том, чтобы продать величие и наследие Фелтрамов претила ей.

– Сделаем так, когда поступит заказ на фирменное блюдо, я лично им займусь, а ты или Вильям подмените меня в зале. Идет?

– Хорошо, – просияла Николь. Заслышав за спиной грохот посуды и последовавшие за ним норвежские ругательства, она виновато поморщилась: – Пойду займусь готовкой, пока Вильям не разнес всю кухню.

Растянув губы в фальшивой улыбке, Аманда подошла к Джонсам. Дженнифер приветливо улыбнулась ей, в то время как в глазах плескался волчий голод:

– Можно мне сегодня бургер с тыквенной булочкой с жаренным беконом, яйцом-пашот и козьим сыром? А, и вместо соуса пусть будет арахисовая паста! Или тыквенный джем… И то и другое!

– Звучит здорово, – записала Аманда.

– Доброе утро, – запоздало добавила она и всполошилась, остановив взгляд на перебинтованных руках Аманды: – Что случилось? Ты обожглась?

Улыбка дрогнула, но Аманда быстро взяла себя в руки и повела плечом, стараясь добавить голосу беспечности:

– Всего лишь порезалась.

Близняшки Джослин и Джорджия хором протянули:

– Это ты разбила фонарь-тыковку?

Джереми шикнул на дочерей:

– Девочки, это бестактный вопрос.

Аманда заверила Джонсов:

– Все нормально. Да, я порезалась, когда убирала осколки. Вот так наша закусочная пострадала от урагана.

Дженнифер сочувственно вздохнула:

– Ох, милая… А я ведь сразу поняла: что-то в тебе не так. И Лидии не видно. Она сильно переживает, да? Этот фонарь был так дорог для нее!

Аманда прикусила кончик карандаша. Слова Дженнифер врезались в голову, вытесняя все мысли. «Этот фонарь был так дорог для нее». Бабушка никогда бы не допустила, чтобы он разбился из-за какого-то урагана. Сколько их уже приходило в Лостшир! Фонарь был хорошо закреплен. Аманда только вчера протирала его и была уверена в этом. Только если в него что-то влетело… Например, ветка, которой порыв ветра хлестнул прямо по тыквенным бокам.

Обведя нетерпеливым взглядом Джонсов, Аманда уточнила:

– Вам как обычно?

Джереми кивнул:

– Да. Передай на кухню, чтобы не торопились, мы все понимаем. – Он положил руку на плечо супруги и добавил искренним проникновенным голосом: – Аманда, если что-то понадобится – дай нам знать. Мы всегда поможем тебе и Лидии.

– Спасибо, – выдавила она, проникнувшись их заботой.

Собрав остальные заказы и отстраненно перекинувшись парой слов с каждым гостем, Аманда передала блокнот на кухню, а сама, прихватив стремянку, вышла на крыльцо. Поднявшись, она