Сера - Калли Харт

— Делай! Мне хватило этого фарса! — рявкнул он.

Глядя на свою пару, я грустно улыбнулся.

— Прости меня, Оша.

Она не моргнула. Не шелохнулась. Лишь ответила мне такой же грустной улыбкой.

— Всё нормально. Ты ни в чём не виноват.

Я взмахнул мечом, развернувшись одновременно, и снова всадил его в грудь Беликона. Я вогнал клинок в него обеими руками, обрушив Нимерель с такой силой, что она прошла сквозь эту жалкую пародию на мужчину, вновь пригвоздив его к земле и вдавив в промёрзший снег.

— Но… что… я… приказывал… приказывал… — прохрипел Беликон, задыхаясь на каждом слове.

Саэрис вышла вперёд, чтобы сообщить новости:

— Видишь это? — сказала она, протягивая правую руку так, чтобы он увидел её тыльную сторону. Простой переплетённый рунический знак, который она обвела левым указательным пальцем, не засветился, но лицо Беликона побелело, как пепел, когда он увидел его. — Руна для отмены. Для разрушения. — Она одарила его улыбкой, от которой кровь стынет.

— Ты правда думал, что я настолько тупая, чтобы произнести истинное имя своей пары у тебя на глазах, не защитив его? Ты окончательно ёбнулся. Я не могла отменить клятву, которую он дал тебе или сделать её ничтожной. Но этой руной я могла её разорвать. И после того как я произнесла его имя и велела быть свободным, как думаешь, что я сделала дальше, Беликон?

— Его имя. Ты… ты…

Она кивнула.

— Да. Я разрушила магию, что связывала его. Теперь никто не сможет использовать это имя против него. Никто больше не сможет его контролировать.

— Ты, бедная… заблудшая дурочка, — король обнажил окровавленные зубы. — Если ты веришь в это, ты совсем проста. Пока существуете ты и твои друзья, всегда будет рычаг, чтобы управлять им.

Не слушай его, Оша. Он скажет всё, что угодно, лишь бы влезть тебе под кожу. Уходим отсюда, пока остальные стражи не появились.

Я и сам знал, что здесь задерживаться нельзя. Нам просто повезло. Меня не успели запереть навечно внутри дриада и это было чудом само по себе. Попадая внутрь, обычно уже не возвращаешься. Саэрис раздула ноздри, её ненависть сочилась из каждого поры, пока она медленно отталкивалась от распростёртого короля. Она схватила Солейс за рукоять и начала вытаскивать меч из спины Беликона…

…и тут справа взорвалась туча движения. Чёрные, вихрящиеся одежды. Нож с рваными краями, обрушивающийся вниз, прямо к шее Саэрис. А затем белый мех, оскаленные зубы и глаза цвета отполированного чёрного камня.

Ориус был всего в секунде от того, чтобы перерезать Саэрис глотку… но появился Оникс. Маленький лис выскочил из тени и прыгнул в лицо сенешалю. Он рычал и царапал, вцепившись зубами в челюсть и щёку худого мужчины.

— Демонская псина! — взвыл сенешаль. Он пытался выдрать Оникса, царапал его мех. — Я думал, ты сдох!

— Оникс, нет! — Саэрис исчезла прежде, чем я успел её остановить. Солэйс она оставила в груди Беликона. В руке у неё был кинжал, который я подарил ей несколько недель назад. Она сжимала его до момента, пока не достигла мужчину, яростно матерящегося, пытаясь сбросить лиса. Игольчатые клыки Оникса вонзились в запястье Ориуса. Тот взвыл от боли…

Лис спас Саэрис. Он сделал достаточно. Саэрис вогнала подаренный мной кинжал в Ориуса, глубоко утопив в его боку фейскую сталь. В тот же миг я послал вперёд тени, обвивая щиколотки ублюдка. Моя магия закрутилась вокруг его торса, готовая сомкнуться и раздавить рёбра, когда сенешаль резко развернулся, рыча, как бешеный зверь, и снова ударил Саэрис. Оружие, клинок-глушитель, рассек воздух дугой, его лезвие искало плоть.

И нашло её. Только принадлежала она не Саэрис.

Оникс испустил мучительный визг и рухнул на землю, а из горла Ориуса вырвался восторженный вопль. Лис бросился под клинок, сорвав ему шанс убить Саэрис, но, судя по ликующей ухмылке сенешаля, ему было наплевать. Его качнуло в сторону, безумный смех рвался из его груди.

— Наконец-то! — прошипел он. — Я тебя поймааал! Уллчх…

Ответ Саэрис был мгновенным и беспощадным. Она вцепилась лицом в шею сенешаля и вырвала ему, блядь, глотку. Кровь и внутренности брызнули на снег. Моя магия настигла его мгновение спустя.

Внутрь, приказал я. Уничтожить.

Мои тени рванулись на добычу. Я никогда не направлял свою магию, желая причинить боль, но сейчас, к чёрту всё, я сделал именно это. Дым и тень ворвались в разорванное горло Ориуса, выворачивая его изнутри. Он умер в агонии, лишённый даже возможности закричать.

— Нет, нет, нет. — Саэрис бросилась к маленькому свёртку, лежавшему поверх снега. Бок Оникса был разорван, глаза закатывались, язык свисал, когда он тяжело дышал, пытаясь поймать воздух. Его мех был окрашен ярчайшим красным.

Моя пара развернулась и схватила меня за руку, потащив к лисёнку.

— Помоги ему! — Она рыдала. — Как тогда, в Аммонтрайете. Сделай то, что ты… ну… когда ты держал его, ты коснулся его, и ты… ты исцелил его. Пожалуйста. Пожалуйста!

Я мягко снял её пальцы со своей руки, она впивалась в мой наруч, отчаянно сжимая его, и заставил её разжать хватку, притянув к своей груди.

— Я не могу, Оша. Прости, — прошептал я.

— Но… у тебя же должна остаться хоть какая-то целительная магия. Твоя малая магия. Совсем чуть-чуть. Он маленький, ты сам говорил. Просто… просто попробуй!

Я погладил её волосы, крепко удерживая её, медленно качая головой.

— Прости. — Мой голос дрогнул. — Я бы попробовал, клянусь, попробовал бы. Но слишком поздно, Оша. Его больше нет.

Оникс сделал последний прерывистый вдох, пока она плакала. Он вздрогнул, тихо выдохнул и ушёл.

Саэрис толкнула меня в грудь, сильно, отталкиваясь от меня. Она качала головой, словно отрицание могло обратить правду вспять.

— Нет. Нет, он не умер. Не умер! — Но потом она увидела его, увидела, каким неподвижным он был, каким спокойным выглядело его крошечное тело, и истина сомкнулась вокруг неё, как стальной зажим. Она рухнула на колени и разрыдалась:

— Я не держала его. Я не… он ушёл, а я… я не…

Боги! Мне нужно было утешить её, но какое утешение я мог дать, если собственные слёзы заливали мне лицо? И всё же я подошёл к ней, опустился позади и заключил её в объятия.

Холодный смех эхом разнёсся сквозь