Серебряные нити Шардена. Пепел и тис - Мари Ларина

— Что за… — начал Солейл, и дверь распахнулась кем-то с другой стороны. Хотя, местоимение «кто-то» к человеку по имени Эврен Веладрион Хаэль, который чёрной глыбой возвышался над нами — явно неуместно. И, судя по его лицу, он всё прекрасно слышал. Боги, Солейл, почему ты не заткнулся?

Хотя, тут только дурак не поймёт ситуацию, если мы, очевидно проспав начало рабочего дня, выходим вдвоём из одной спальни. Который вообще час?

Эврен по-хозяйски открыл дверь полностью, открывая для себя роскошный вид на бардак в спальне. Он лишь на секунду бросил взгляд за наши спины, но я заметила, как заходили желваки на его скулах. Мы замерли в проёме. Дархан отошёл от шока первым — шумно втянул носом воздух, в котором вмиг повисло практически осязаемое напряжение.

— О, Эврен! — нервно воскликнула я, пытаясь разрядить обстановку. Хаэль смерил меня убийственным взглядом и поднял бровь, словно ожидая, как я буду выкручиваться из ситуации. Да уж, картина маслом. Эльса мне будет это ещё очень долго припоминать. Большой палец левой ноги пронзила резкая боль, и я поморщилась — это Солейл наступил мне на ногу, видимо, желая, чтобы я заткнулась. Но я в ответ аккуратно, легонечко ткнула его локтём в ребро.

— Доброе утро. — мигом прикрывая собой согнувшегося от боли парня, улыбнулась я. — Я не ожидала… э-э… тебя… здесь увидеть.

Солейл издал непонятный звук — то ли смех, то ли плач, то ли вой — сзади меня. Ладони моментально вспотели.

— Я тоже не ожидал тебя здесь увидеть. — ледяным тоном произнёс он. — В кабинет. Оба. Вы должны были быть там час назад, если вдруг вы забыли о своих обязанностях.

Час назад. Отлично, значит, сейчас десять утра. Не так уж и много мы пропустили. Хаэль, не дожидаясь нашей реакции, развернулся и молча направился в сторону лестницы.

— «Не ожидала тебя здесь увидеть»? Серьёзно? — тихо захихикал Солейл, смотря вслед удаляющейся спине Магистра.

— Заткнись. Я всего лишь хотела выкрутиться. — прошипела я, ткнув его локтём. — Вообще, это не его дело.

— Он, кажется, ничего не сказал про то, что мы тут вдвоём. Ему не по нраву то, что мы не явились к нему к началу рабочего дня. — подметил парень, легко подтолкнув меня в спину. Я вышла в коридор: солнце беспощадно лилось сквозь витражные окна, раскрашивая стены в радугу. Благо, жилой этаж Совета обычно пустовал, и, кажется, свидетелей у этого происшествия не было. Солейл закрыл дверь на ключ и повернулся ко мне.

— А есть какие-то невероятные теневые запирающие или защитные чары?

— Для чего? Для дверей? — я подняла брови.

— Да.

— Тебе зачем? Что защищать? Твой запас… виски? — хмыкнула я, направляясь в сторону лестницы. Дархан-младший быстро меня нагнал.

— Простой интерес, серебрянка. Надо же как-то учиться жить с… этим. И пользоваться своими преимуществами. — он придержал для меня тяжёлую дубовую дверь, что вела на лестницу. Каких-то несколько мгновений вниз по мраморным ступеням, пара десятков шагов, и вот мы уже перед дверью тысяча сто одиннадцатого кабинета. Одно из моих самых любимых мест в Иль-де-Виреле сейчас было таким же «желанным», как посещение, не знаю, канализации.

— Преимуществами? —возвращаясь к обсуждению, хохотнула я. — Уверен, что это преимуще…

— Доброго дня, госпожа Мирст. Господин Дархан, задержитесь на минуту. — меня перебил сухой басовитый оклик откуда-то из-за спины. Я обернулась, всеми фибрами души стараясь не выказывать никакого удивления и держать лицо. Вот уж кого мне бы хотелось пока что не видеть — так будет проще. Да и Солейлу лучше не видеться лишний раз с ним, чтобы не было… так больно.

— Доброго дня, господин Дархан. — моё ответное приветствие было адресовано Варасту Дархану, Второму Лику Совета, который, поравнявшись с нами, лёгким движением руки пригласил Солейла следовать за ним вглубь коридора. Парень бросил на меня обречённый взгляд, но отправился за отцом. Что ж, видимо, сама Этерна решила, что сегодня утром я должна встретиться с Хаэлем наедине. Набрав побольше воздуха в лёгкие, я опустила серебрянную ручку тёмной дубовой двери, на которой гордо красовались четыре единицы.

Эврен даже не оторвал взгляда от своих бумаг. Затишье перед бурей? Несколько чёрных прядей, выбившихся из низкого хвоста, беспорядочно падали ему на лицо. Сегодня он, как и всегда, был в чёрном — рубашка с подвёрнутыми до локтя рукавами и жилет из плотной ткани, что подчёркивал его фигуру. Закрыв за собой дверь, я прошла вглубь кабинета и опустилась в своё любимое кожаное кресло напротив безупречного рабочего стола. Пахло чернилами и, конечно же, пеплом и тисом. Несмотря на то, что всё пространство было залито ярким утренним солнцем — после спальни Солейла оно ощущалось как ледяная ванна.

— Если ты хотел читать нотации, — тихо сказала я, решив не оттягивать неизбежное, — можешь начинать.

Эврен, будто только сейчас заметив, что я здесь, наконец, отложил бумагу в сторону. Посмотрев на меня, он слегка прищурил почти чёрные глаза и склонил голову вбок. Я подметила синяки под его глазами и нахмурилась.

— Нотации? — тень улыбки скользнула по его губам. — С какой радости? Если ты забыла, я уже пару лет как не являюсь твоим опекуном. — изогнув бровь, медленно произнёс он. — И, признаться, не нахожу в себе желания возвращаться к этой роли.

Его длинные пальцы тесно переплелись между собой, серебрянное кольцо Совета поймало солнечный луч и вспыхнуло холодным бликом, словно напоминание о том, кем он предпочитает быть для меня. Как напоминание о дистанции между нами, которую мы сами себе придумали и усердно выстраиваем по кирпичику.

— Впрочем, — добавил он ровно. — твоя личная жизнь не входит в сферу моих интересов. Никаких нотаций.

— Не входит? — я скептически изогнула брови. — Моя личная жизнь — возможно. А жизнь Дархана? — я лениво откинулась в кресле, скрестив ноги. — Или это тоже профессиональный интерес? Что это было? Что ты забыл у его двери? Внеплановая проверка Магистром соблюдения дисциплины сна, учёт постельных часов, или, может быть, контроль рукоблудства?

Эврен кинул на меня такой взгляд, которым можно было бы запросто потушить извергающийся вулкан.

— Мирст. — мужчина тяжело вздохнул. — Он опоздал, а я отвечаю за него перед элериархом. Это всё, что меня волнует. Не нужно никаких лишних фантазий на мой счёт, — тоном, не терпящим возражений, произнёс он, открывая чёрную бархатную папку и листая документы с демонстративной незаинтересованностью. — То, что я встретил там тебя… — он выдержал небольшую паузу. — Что ж, если ты предпочитаешь начинать утро в спальнях подопечных Совета — это только твоё дело.

Хаэль посмотрел на меня с какой-то неясной эмоцией в тёмных