Девушка в муслиновом платье - Джорджетт Хейер

она принялась демонстрировать все усвоенные ею приемы: уверенно играла веером, который дала ей Хестер, и игриво «стреляла» своими блестящими глазками. По мнению сэра Гарета, такое поведение объяснялось ее юным возрастом. Она напоминала ребенка, которому позволили надеть платье старшей сестры и который теперь изо всех сил старается подражать взрослым. Он вспомнил свою племянницу, взрослеющую буквально на глазах всякий раз, когда он катал ее в экипаже по парку: она вела себя точно так же, как сейчас Аманда. И он хорошо знал, как можно охладить пыл слишком разгорячившейся девушки. Если поведение Аманды станет очень уж вызывающим, он быстро поставит ее на место, если же она будет держать себя в рамках приличия, он не будет мешать ей весело проводить время: возможно, тогда она откажется от своего намерения сбежать от него.

В это время Аманда заметила, что он за ней наблюдает, и наградила его взглядом, в котором было столько дерзости и кокетства, что он едва удержался от смеха. И именно в этот момент в зал вошел мистер Уайтлиф.

Мистер Уайтлиф был готов к встрече с сэром Гаретом, но появление в доме его спутницы стало для капеллана полной неожиданностью, и то, что Аманда обменивалась с сэром Гаретом, как он потом выразился, весьма красноречивыми взглядами, на несколько мгновений ввергло его в состояние оцепенения. Он обратил испуганные глаза на леди Хестер, и та, заметив это, любезно представила его Аманде.

Аманда, польщенная знаками внимания, оказываемыми ей мистером Тилом, встретила мистера Уайтлифа вежливо, но сухо. По ее мнению, все служители церкви были степенными людьми и, вероятно, поэтому всегда относились к ней с неодобрением. На лице этого изображалось даже большее осуждение, чем то, с которым смотрел на нее священник, приходивший к ним домой. Не пытаясь завязать с ним разговор, она снова повернулась к галантному мистеру Тилу, который со знанием дела рассыпался перед ней в комплиментах.

Мистер Уайтлиф, надо отдать ему должное, не горел желанием вступать в разговор с молодой девицей, которая сразу показалась ему легкомысленной особой. Он подошел к леди Уидмор и вполголоса поинтересовался, кто эта особа.

– Не спрашивайте меня, – ответила женщина, пожав плечами. – Могу только сказать, что ее привез сюда сэр Гарет.

Лицо капеллана приняло изумленное выражение, и, не удержавшись, он бросил взгляд в сторону леди Хестер. Не заметно было, что она чем-то расстроена или обижена на сэра Гарета. Более того, в этот момент она улыбалась ему, поскольку он подошел к ней и поблагодарил за то, что она любезно предоставила Аманде свое платье.

– Не стоит, – ответила она. – Я очень рада, что у меня нашлось платье, которое ей так к лицу. Посмотрите, какая она красивая!

– Маленькая жеманница! Согласитесь, было бы ошибкой позволить ей выскочить за военного, прежде чем она успеет покорить Лондон. Ей нужен год на то, чтобы успокоиться и образумиться, и потом она его непременно покорит.

– Возможно.

– Вы сомневаетесь? – спросил он насмешливым тоном.

– Не знаю. Она очень необычная девушка.

– Да, в ней есть что-то особенное, – согласился он, – но все равно она еще слишком молода, чтобы выйти замуж.

Хестер промолчала, подняла глаза и увидела его профиль. Он наблюдал за Амандой, но, словно почувствовав ее взгляд, повернулся к ней и улыбнулся.

– Вы не согласны со мной?

– Наверное, вы правы, – сказала она. – Да, конечно. Скорее всего, она передумает.

Глава 6

К тому времени, когда обед закончился, несколько человек, сидящих за столом, пришли к убеждению, что какими бы невинными ни были отношения между Амандой и сэром Гаретом, для мужчины, готовящегося сделать предложение другой леди, он проявляет к этой девице слишком большой интерес. Сидя между Хестер и леди Уидмор, он вел с этими дамами непринужденную беседу, но при этом почти не сводил глаз с Аманды. По его виду едва ли кто-то мог предположить, что его интерес отнюдь не амурный и что он сильно нервничает.

Он решил присматривать за Амандой в самом начале обеда, когда после некоторых раздумий она сделала глоток вина, которое налил в ее бокал слуга. Возможно, один бокал ей не повредит, но если за ним последует другой, то придется вмешаться, решил сэр Гарет. Она вела себя вполне пристойно, но, возбужденная вином, всеобщим вниманием и комплиментами Фабиана Тила, в любой момент могла переступить рамки приличия. Сэр Гарет не был лично знаком с мистером Тилом и знал о нем понаслышке. Ему достаточно было в течение десяти минут краем уха подслушать разговоры мистера Тила, чтобы убедиться в правдивости слухов о скандальных историях, в которых этот предприимчивый джентльмен участвовал, и преисполниться огромным желанием врезать ему в ухо – жест, весьма популярный в определенных кругах.

Однако Аманда была хорошо знакома с ловеласами почтенного возраста, которые при общении с ней напускали на себя отеческий вид, и, несмотря на всю свою восторженность, головы не теряла. Она собиралась до конца насладиться пьянящей атмосферой этого вечера, которую не могло омрачить настороженное поведение одной из женщин, но при этом ни на минуту не забывала о цели, которую перед собой поставила. Она внимательно рассмотрела всех сидящих за столом и быстро пришла к выводу, что ее союзником может стать только мистер Тил. Она с почтительным выражением на лице отвечала на его вопросы и одновременно размышляла над тем, как лучше использовать его в своих интересах.

Со своей стороны мистер Тил решил во что бы то ни стало выяснить, в каких отношениях она находится с сэром Гаретом. Будучи человеком практичным, он был согласен с братом в том, что Ладлоу едва ли привез бы в Бранкастер свою содержанку; с другой стороны, он видел, что Ладлоу ревниво следит за ней, а то, что он мог делать это из альтруистических побуждений, было выше его понимания. Рассказ о проживающих в Аундле родственниках Аманды сразу показался ему неправдоподобным, а так как он по своему опыту знал, что юных леди знатного происхождения не отпускают из дома без сопровождения старших, то склонен был думать, что Аманда совсем не школьница, как это могло показаться с первого взгляда, а отъявленная авантюристка. Если это действительно так, то у него появится возможность переманить ее на свою сторону. Она была очень привлекательной: именно такие женщины были ему по вкусу. Молодая и неопытная, она составила бы приятный контраст старой мегере, которая в последнее время была его содержанкой.

Эти размышления мистера Тила были прерваны, когда дамы стали покидать столовую. Скатерть со стола убрали, поставили графины с