Во власти дракона-оборотня - Кортни Уимс

но обязан. Поэтому, когда я прихожу в эти сады, когда погружаю пальцы в землю, это позволяет мне ненадолго сбежать. Простой способ создать что-то, чем я могу гордиться, без той тяжести, которую несут остальные мои обязанности.

Моё собственное выражение лица тускнеет от правды в его словах. Я могу лишь представить, насколько изматывающе находиться на вершине такой власти.

— Я понимаю. Именно поэтому я тоже занялась садоводством. Чтобы убежать от реальности, пусть даже ненадолго.

Этого оказывается достаточно, чтобы вызвать у него ещё одну лёгкую улыбку. Крошечное зерно взаимопонимания между нами.

Я добавляю едва слышным шёпотом:

— Говорят, садоводство — это вера в то, что завтра наступит. Что труд, который ты вкладываешь сегодня, однажды расцветёт благодаря вниманию и заботе. Даже если сейчас этого не видно, даже если всё кажется изнурительным.

— Плоды наших трудов, — соглашается он, кивнув. — Когда-нибудь я бы хотел пройтись с вами по садам и узнать, какое место вам нравится больше всего.

Я улыбаюсь так широко, что начинают гореть щёки.

— Мне бы очень этого хотелось.

Он тихо смеётся, опуская взгляд, и похлопывает ладонью по столу.

— Из-за моей болтовни ваша еда остывает. И я не хочу задерживать вас допоздна перед завтрашним Испытанием.

Он поднимается из-за стула. Склонив голову, говорит:

— Хорошего вам вечера, мисс Лира. Мне было приятно с вами поговорить. Можете оставаться и ужинать столько, сколько пожелаете.

Я открываю рот, желая попросить его остаться. Сказать, что нервная дрожь в моих руках почти исчезла, что пульсация в голове утихла теперь, когда между нами нашлось что-то общее. Что-то настолько близкое и дорогое моему сердцу. Возможно, Сайрус, скрывающийся за образом Короля, совсем не такой, каким я могла его представить. Он больше не просто тень королевской власти, не безликая фигура авторитета.

И у меня возникает ощущение, что то, что я увидела в нём сегодня вечером, — лишь начало.

— Спасибо, Сайрус, — окликаю я его. — Мне тоже.

Он останавливается у двери и оглядывается на меня через плечо.

— Удачи на Испытании завтра. Буду ждать нашей следующей встречи и прогулки по садам.

А затем он уходит.

Я обмякаю в кресле и впервые чувствую надежду. Надежду на то, что, возможно, смогу обрести здесь новую жизнь. Что смогу найти с Сайрусом гораздо больше общего и взаимопонимания, чем когда-либо могла представить.

Но его последние слова продолжают звучать у меня в голове, словно звон колокола, созывающего к ужину.

Надежда исчезает так же быстро, как появилась.

Потому что завтра нас ждёт первое Испытание.

— Разве мне не стоит… не знаю? Выспаться перед первым днём Испытаний завтра? — рычу я, переводя раздражённый взгляд с Девина на Сайруса и обратно.

Девин отвечает:

— Ты говорила, что подозреваешь Лиру. И эти подозрения не подтвердились. Ты уверена, что это никак не связано с тем, что вы двое никогда особенно не ладили?

Я прищуриваюсь, но прежде чем успеваю ответить, Сайрус говорит:

— Полегче, Девин. Если у неё было предчувствие, было справедливо его проверить. Я ей доверяю.

Девин прищуривается, глядя на меня. Ясно давая понять, что, хотя Сайрус мне доверяет, он — нет. И это меня вполне устраивает. Я ему ничего не должна. Не он может помочь освободить моего брата. А его постоянный снисходительный тон по отношению ко мне вызывает у меня зуд это исправить.

Но я не могла прямо сказать им, почему Лира показалась мне подозрительной. Несколько недель назад она видела, как я взяла тот нож, и никому об этом не сообщила. Раздражающе настойчиво пыталась помогать мне на уроках этикета и всё время пыталась сблизиться со мной.

Либо она хитрая крыса, либо просто навязчивая добрая дурочка, которая не знает, когда нужно остановиться.

Но я не стала бы обрекать её, делясь своими подозрениями, если бы не была уверена на сто процентов. Я надеялась, что они сами найдут доказательства.

И теперь, когда это ни к чему не привело, я снова вернулась к исходной точке.

Возможно, просто сидеть и подслушивать разговоры недостаточно. Признаться, это был, вероятно, самый простой способ действовать, но, учитывая, что он не принёс результата, мне, возможно, придётся сменить подход на тот, которого я не особенно жду.

Но с завтрашним Испытанием у меня не будет выбора.

— Был ли кто-то ещё, кто показался тебе подозрительным? — спрашивает меня Сайрус. — Что-нибудь странное, что ты заметила или услышала?

Я качаю головой.

— Нет, честно говоря…

Девин шумно выдыхает, достаточно громко, чтобы перебить меня. Когда я поворачиваюсь к нему, его руки крепко скрещены на груди.

— Она только тратит наше время.

— Очень непросто пытаться что-то выяснить и при этом не раскрыть своё прикрытие, — рычу я ему.

— Что ж, равновесие никогда не было твоей сильной стороной, не так ли? — фыркает он.

Он нарочно меня провоцирует, проверяет пределы моего терпения. И я уже готова избить его просто для того, чтобы научить уважать меня. Когда я делаю несколько шагов в его сторону, Сайрус встаёт между нами. В его голосе нарастает гром, когда он предупреждает:

— Оба успокойтесь. Девин, прекрати её провоцировать. Марселла, какую новую стратегию ты предполагаешь использовать?

Я перевожу взгляд на Сайруса.

— Я стану к ним ближе. Подружусь с ними. Похоже, это единственный способ понять, кто из них может быть здесь не по тем причинам.

— Что ж. Думаю, на сегодня ты свободна. Я бы хотел, чтобы ты как можно лучше отдохнула перед завтрашним днём, — говорит Сайрус и бросает взгляд на Девина. — И Девин, с этого момента ты отвечаешь за благополучие Марселлы. Это включает её безопасность, а также её прохождение Испытаний. Это ясно?

Я стараюсь не хихикнуть, глядя на Девина. Особенно при виде напряжения, дёргающегося в его челюсти, словно он изо всех сил борется с желанием отказаться. Но, к моему удивлению, он твёрдо склоняет голову и направляется проводить меня к выходу.

— Сайрус, какие завтра будут Испытания? Можешь хотя бы это сказать? — спрашиваю я.

— Он не знает, — быстро вмешивается Девин и проходит мимо моего плеча, пока я не двигаюсь к двери.

— Мне стоит беспокоиться из-за того, что это будет? — спрашиваю я, переводя взгляд с Девина на Сайруса и обратно.

— Никакого вреда тебе не причинят, Марселла Брайрстоун, — тихо говорит Сайрус, пока Девин поспешно выводит меня за дверь и закрывает её за нами.

Я бросаю на Девина мрачный взгляд, пока мы шагаем по коридору бок о бок.

— Тогда что ты об этом знаешь? Расскажи мне.

Глаза Девина сужаются, и он