Серебряные нити Шардена. Пепел и тис - Мари Ларина

— Добрый день, госпожа элериарх. Простите, что отвлекаю… — тихо возвестила я о своём присутствии.

— Госпожа Мирст? — Ауриэль, сидящая за столом, оторвала взгляд от бумаги, которую подписывала торопливым росчерком перьевой ручки. — Что-то срочное?

Её серые глаза остановились на мне всего на секунду, но этого оказалось достаточно, чтобы я автоматически выпрямила спину. В присутствии Ауриэль Тенцзар я всегда казалась самой себе дико неуклюжей.

— Устный отчёт, госпожа элериарх. По делу Дархана-младшего.

— Присядьте, — она кивнула на большое кожаное кресло, стоящее напротив её рабочего стола. — Смогу уделить Вам пару минут.

— Не задержу Вас, госпожа. — я опустилась в кресло, стараясь держать спину ровно. — Господин Дархан-младший продолжает обучение теневой магии. Однако, как я и предполагала, без энтузиазма.

Тонкая бровь женщины едва заметно приподнялась.

— Поясните.

Я сцепила пальцы, стараясь говорить спокойно, без лишней эмоциональности.

— Магия даётся ему. Но сама её природа вызывает у него явное отторжение. Он воспринимает её скорее как обязанность, чем как силу. За всё время наблюдений он ни разу не демонстрировал желания использовать её во вред кому-либо. Более того, господин Дархан благоразумно старается избегать ситуаций, где подобное применение даже могло бы быть оправдано. Полагаю, он… — несмело продолжила я. — скорее боится её, чем желает использовать.

Ауриэль медленно сложила пальцы домиком.

— Интересно. Признаки девиантного поведения?

— Не наблюдаются. — я покачала головой. — Он не демонстрирует чувства превосходства из-за владения этой магией, не стремится к доминированию над кем-либо и… не ищет конфликтов. Я затронула тему восстания Тихого Круга… — здесь брови женщины едва заметно сдвинулись, и я на секунду замялась. — … и он высказался резко негативно в его адрес. В целом, процесс обучения идёт своим чередом. Оснований полагать, что юный господин представляет проблему, пока не наблюдаю.

Элериарх некоторое время молчала, разглядывая меня.

— Вы говорите довольно уверенно.

— Мне удалось сблизиться с ним, — спокойно ответила я, хотя по затылку скатилась маленькая капелька холодного пота. — Это позволило получить более точное представление о его состоянии и мотивации.

— Сблизиться, — повторила она тихо.

Вот сейчас. Сейчас начнётся! Она что-то знает!

— Д-да, госпожа элериарх. — сглотнув, ответила я.

— Насколько сблизиться, госпожа Мирст?

Я на секунду задумалась, как сформулировать ответ так, чтобы он звучал одновременно честно и… безопасно для моей репутации.

— Настолько, чтобы он начал говорить со мной откровенно. — чуть выдержав паузу, ответила я.

Элериарх ничего не ответила, внимательным взглядом изучая моё лицо.

— Иногда людям проще открыться тому, кто не выглядит для них угрозой. — будто бы в своё оправдание добавила я. Взгляд женщины скользнул ниже — к серебряным узорам на моих руках — и снова поднялся к лицу.

— Понимаю. Знаете, что я всегда ценю в своих людях? — наконец, произнесла она.

— Что, госпожа элериарх? — облегчённо выдохнула я. Кажется, порки не планируется.

— Эффективность. Но иногда эффективность принимает… весьма неожиданные формы.

Серые глаза блеснули.

— Будьте так добры передать господину Дархану-младшему, что я не одобряю… излишей фамильярности с Асессорами. Это портит репутацию Совета

Я почувствовала, как по шее поползло тепло. Ауриэль посмотрела на меня совершенно спокойно. Перо снова коснулось бумаги.

— И это часто приводит к очень дорогим ошибкам. Благодарю за своевременный и подробный отчёт. Продолжайте выполнять моё поручение. — она размашистым жестом поставила подпись и мягко улыбнулась мне, кивком указав на дверь.

— Благодарю, госпожа элериарх. — я наметила поклон и задела ногой ножку кресла, от чего оно противно скрипнуло. Прах. Я с каменным лицом сделала вид, что ничего не произошло, и вылетела из кабинета. Откуда, пепел его дери, Ауриэль, собственно, знает о случившемся⁈

Коридор был почти пуст. Где-то вдалеке раздавался глухой гул голосов и скрежет доспехов лигатов, но здесь, у длинной галереи витражных окон, было тихо. Непосредственных свидетелей произошедшего у самой спальни точно не было — коридор был пуст, я это точно помню. Эврен? Я поморщилась. Нет. Даже несмотря на то, что мы сейчас на ножах — он явно не стал бы обсуждать подобное с Ауриэль. Во-первых, потому что это слишком личное. Во-вторых — потому что это ударило бы по нему самому не меньше, чем по мне. В-третьих, это просто бред, Эврен никогда ни с кем не сплетничает. Он может быть холодным, резким, мерзким… Но уж явно не мелочным и безрассудным. Эльса? Я даже фыркнула, от чего Плюшетта, весьма некстати проходившая мимо, смерила меня недовольным взглядом янтарных глазок. Я, осознав, что до сих пор стою как вкопанная, медленно побрела дальше, вдоль витражных окон.

Нет, невозможно. Мы с Эльсой расстались буквально за пару минут до моего визита к Тенцзар. И уж что-что, а бежать докладывать о моей личной жизни главе государства Эльса точно не стала бы. Скорее бы волосы себе отрезала. Да и разговаривали мы мало того, что под покровом заклинания тишины, так ещё и в пустом пространстве — рядом с нами точно никого не было, мы бы точно заметили кого-то рядом. Но подслушать под пологом заклинания тишины может только теневой маг… мысль об этом кольнула висок холодом. Снова вспомнился тёмный силуэт из библиотеки, и меня передёрнуло. Нет. Рядом с нами точно никого не было.

Или был?

Солейл? Не-е-е-т. Ему нет абсолютно никакой выгоды бежать к элериарху и выкладывать подобное. Это подставляет его ничуть не меньше, чем меня. Даже если предположить, что он внезапно решил потерять последние остатки разума… Как именно должен был выглядеть этот разговор?

«Доброе утро, госпожа Тенцзар. Кстати, пока не забыл: а трусики у госпожи Мирст-то из шёлка! Не бедствует! Мне полагается такое же жалование, как у неё?»

Нет. Солейл, конечно, порой путал берега… но явно не был таким идиотом. Мысли начали неприятно собираться в снежный ком. Если никому из них нет смысла говорить об этом, и рядом никого не было… Я остановилась у окна. Осенний ветер колыхал золотые деревья внизу, на Туманной площади. Листья медленно кружились в воздухе, мягко падая на брусчатку. Красиво. Хм, есть ещё один вариант…

Задумавшись, я направилась на этаж ниже, обратно, к той нише, в которой мы сидели с Эльсой. Может быть…

— Ох! Извините! — я испуганно дёрнулась, врезавшись в кого-то, отскочила и подняла взгляд. — А, это ты. Смотри, что ли, куда прёшь. — раздасадованно протянула я, посмотрев наверх и увидев перед собой Солейла.

— Значит, как незнакомец, так «извините», а как я — «смотри, куда прёшь». — Парень картинно вскинул светлые брови и смахнул невидимые пылинки с рубашки. — Это ты