В активном поиске новогоднего чуда - Пайпер Рейн

любезен, что обзвонил список кейтерингов, с которыми я работала раньше и могу поручиться, что они справятся, но никто не может в такие сжатые сроки, так что я хочу внести предложение. — Кензи смотрит на Бетани с надеждой, но ее лицо вытягивается, как у малышки, которой мама только что сказала, что пирожного не будет.

— Это хуже некуда.

— Ну, я думаю, у меня может быть решение. Я знаю, вам не очень нравилось стандартное меню в event-пространстве, но я поговорила с St. Regis, и поскольку мы зашли в тупик с меню Бетани и тем, что предлагает St. Regis, они готовы разрешить вам пригласить сторонних поставщиков, чтобы они накрыли столы во время вечеринки. Так что вместо формального ужина с рассадкой темой будет «Прогулка по Главной улице». — Кензи достает несколько набросков, которые она сделала для event-пространства со своей идеей, и я наблюдаю, как она презентует ее Бетани, которая, кажется, расслабляется все больше, чем дольше говорит Кензи.

За этим действительно интересно наблюдать. Кензи явно горит своей работой. Не то чтобы я думал, что она не может и двух мыслей связать, но видеть ее в своей стихии показывает, насколько она умна и способна. К сожалению, это чертовски заводит.

Как будто мне не хватало причин хотеть эту женщину.

— Если вы согласны с идеей, — продолжает Кензи, — Это значит, что нам придется сдвинуть время начала вечеринки на полтора часа позже, чтобы было ясно, что это коктейльная вечеринка, а не формальный ужин с рассадкой, но на сэкономленные деньги мы сможем заказать тематические ледяные скульптуры в качестве центральных элементов для каждого стола.

— Ты гений, Кензи! Мне нравится! — всплеск Бетани застает нас обоих врасплох, и Кензи даже вздрагивает в кресле. Бетани хлопает в ладоши, как та обезьянка с тарелками.

Улыбка, которая появляется на лице Кензи от ее комментария, вызывает у меня теплое чувство в груди.

— Как ты думаешь, всем понравится, Эндрю? — Бетани смотрит на меня, ожидая ответа.

— Безусловно, я думаю, что это будет лучшая праздничная вечеринка, которую когда-либо устраивала фирма.

Бетани улыбается, и я борюсь с желанием вытереть губы после того, как я формально поцеловал ее в задницу.

— Идеально, — говорит Кензи. — Я займусь тем, чтобы найти всех поставщиков и договориться с отелем. На следующей неделе нам нужно встретиться, чтобы утвердить остальной декор.

— Не могу дождаться. Теперь мы переходим ко всему самому красивому. — Бетани переводит взгляд на меня. — Я бы хотела услышать твое мнение по этому поводу, Эндрю. Я знаю, ты был на всех других вечеринках фирмы, и я хочу, чтобы эта была лучшей из всех.

Я был на всех праздничных вечеринках фирмы с тех пор, как работаю здесь, но если бы мне приставили пистолет к виску, я не смог бы вспомнить, как выглядел декор хоть на одной из них.

Но я говорю не это.

— С радостью помогу.

Как бы меня ни раздражала чрезмерная восторженность Бетани, я могу признать, что мне нравится, как ее признательность за все, что делает Кензи, заставляет ту буквально светиться.

— Так я и думала. Я знаю, как ты любишь Рождество, прямо как мы. — Бетани сияет мне.

— Хо-хо-хо. — надеюсь, моя улыбка выглядит хоть немного искренней. Я смотрю через стол на Кензи, которая, кажется, прячет смех. — Что ж, если это все, дамы, мне лучше вернуться в офис. Мне нужно кое-что сделать до конца дня. — я отодвигаю стул и встаю. — Кензи, я провожу тебя.

Кензи собирает свои вещи, мы прощаемся, и я веду ее по коридору к лифтам.

— Хорошо выкрутилась с этой идеей насчет Главной улицы.

Она смотрит на меня и улыбается. Странно, как от этого загораются ее глаза. Что еще страннее, так это то, что я это замечаю.

— Спасибо. Я на самом деле очень рада воплотить эту идею в жизнь. Думаю, может получиться нечто потрясающее, и я никогда не видела, чтобы кто-то делал что-то подобное.

— Ты справишься с этим. — мы достигаем лифтов, и я нажимаю кнопку.

Она усмехается.

— Не уверена насчет этого.

Лифт звенит и прибывает мгновенно, что случается почти никогда. По какой-то причине мне не хочется с ней прощаться. Может, потому что у нас нет назначенного дня или времени, когда я знаю, что увижу ее снова?

Мне кажется, или ей тоже неловко уходить? Она на секунду переминается с ноги на ногу, смотрит на меня и затем заходит в лифт.

— Увидимся, — говорит она, когда двери закрываются.

— Ага, увидимся.

Двери полностью закрываются, преграждая мне вид на нее.

Какой бы ни была причина, по которой она у меня в мыслях, мне нужно выкинуть ее оттуда. Я с яркими подробностями помню, как больно, когда ты думаешь, что знаешь, о чем думает другой человек, а на деле оказываешься совершенно неправ.

ГЛАВА 15

КЕНЗИ

В день Благодарения я вхожу в блестящее стеклянно-хромированное здание кондоминиума моего брата, готовясь морально настроиться на предстоящий день и вечер с моими родителями.

Я люблю своих родителей, но я давно их не видела, и это было намеренно. Каждый раз, когда я ухожу от них, я не могу не чувствовать себя… недостойной. Не говоря уже о ментальной нагрузке, когда приходится слушать, как они набрасываются друг на друга, когда один выводит другого из себя, что случается в какой-то момент неизбежно.

Так что после того, как брат впускает меня, я на протяжении всей поездки в лифте провожу себе мысленный настрой.

Несмотря на свое беспокойство, я в предвкушении встречи с девушкой моего брата, которую он скрывал. Я просто надеюсь, что она готова к семейной динамике.

Я стучу в дверь кондоминиума брата и слышу за дверью какое-то движение, прежде чем она распахивается. Я отшатываюсь и несколько раз моргаю, пытаясь осознать, что вижу перед собой. В дверном проеме стоит Эндрю.

Эндрю. Не мой брат.

Что он здесь делает?

— Эм-м… — я стою, как идиотка, и прежде чем я выдаю что-то внятное, мой брат появляется рядом с ним.

Я не видела Эндрю с нашей встречи в фирме на прошлой неделе, где мы выбирали декор для вечеринки. Он казался рассеянным и более холодным, чем обычно. Больше похожим на того Эндрю, с которым я познакомилась на свидании вслепую. Я списала это на рабочий стресс, но теперь мне интересно, не потому ли это, что он знал, что увидит меня здесь сегодня. Если так, почему он не сказал мне об этом?

— Привет, Мак. Заходи. — Финн машет мне, приглашая войти, и