Опасное наследство мисс Прайс - Наталья Дягилева

class="p1">— До чего приятный молодой человек! — ворковала пудреница, падкая на галантные жесты. — Не то что некоторые, которые только и умеют, что хмурить брови да командовать. Пришел с цветами, пригласил на свидание…

Я не была до конца уверена, что это действительно задумывалось как свидание. Вряд ли за время недолгого разговора в доме Эшвордов я умудрилась чем-то очаровать Дерека. Хотя друзьям детства букетов обычно не дарят…

— Скажи честно, ты же рада, что Алистер видел, как тебя приглашают на ужин? — тон пудреницы так и сочился ехидством.

— Может быть, совсем немного, — согласилась я, зная, что семейный артефакт никому меня не сдаст.

— Это правильно. Пусть поревнует, ему полезно. Может, поймет, какое золото упустил.

Я вовсе не была уверена, что нечто подобное способно вызвать его ревность. Вчера Алистер быстро пожелал нам доброго вечера и удалился, а сжатые челюсти и пронзительный взгляд я вполне могла себе придумать.

С другой стороны, он же сам недавно меня поцеловал. Или просто поддался моменту, увидев женщину в своей кровати? Как часто в его кровати бывают женщины?..

— До чего вовремя появился юный Эшворд! — продолжала восхищаться пудреница, мешая мне погрузиться в мысли о несбыточном.

Действительно, лучше подумать про будущий вечер.

На свиданиях я не была с тех пор, как отношения с Алистером закончились болезненным разрывом. Не то что бы меня никто не приглашал, но я волей-неволей саботировала подобные встречи. Для них у меня не было ни времени, ни тем более желания. Но возможно, сейчас стоило начать что-то менять. Не на зло Алистеру, конечно. Совсем нет!

Выбор одежды на вечер не занял много времени: у меня было всего одно платье, подходящее «Золотому грифону». Темно-зеленая ткань, белое кружево на воротнике и манжетах, золотистые пуговицы — оно подчеркивало талию и делало каштановые волосы почти рыжими.

— Вот, всегда бы так, — похвалил меня артефакт. — Хотя вырез мог бы быть и поглубже, раз уж есть, что показать…

Я возмущенно шикнула на пудреницу, но её это не остановило:

— Вот только не строй из себя скромницу! Лучше слушай мои советы, если собираешься замуж!

Я вовсе не была уверена, что так уж стремлюсь замуж (и собираюсь прихватить с собой Дерека), но спорить было бесполезно. Тем более, назойливые комплименты пудреницы смогли немного меня подбодрить — и до ресторана я добралась в хорошем расположении духа.

«Золотой грифон» был приличным местом — повыше статусом, чем я могла себе позволить с нынешними финансами, но все же уютным и не давящим аристократическим пафосом. Скрипели начищенные до блеска деревянные полы, в большом камине потрескивали дрова, а стены украшали многочисленные пасторали и натюрморты с дичью.

Дерек помахал мне от столика за окном.

Он был одет в коричневый клетчатый костюм, и в его манерах чувствовалась небрежность человека, который не привык задумываться о том, сколько стоит его рубашка или ужин. Я невольно сжалась. Даже если в детстве мы были друзьями, сейчас мы очевидно принадлежали к разным мирам. Но Дерек тепло улыбнулся, сделал комплимент — и я разрешила себе временно не думать о подобных переживаниях.

После двух глотков вина мы условились забыть про «мисс Прайс» и «мистер Эшворд» — долгие годы знакомства позволяли это сделать.

— В конце концов, мы могли бы быть уже женаты, — подмигнул Дерек, намекая на мою детскую влюбленность в него.

Готовая к подобным колкостям, на этот раз я не стала краснеть:

— Признайтесь сразу, как долго вы собираетесь мне это припоминать?

— Еще некоторое время, — обманчиво серьезно покачал головой мужчина. — Мне не так уж часто делают предложение жениться.

Я была уверена, что он лукавит — красивый молодой человек из хорошей семьи был завидным женихом. Возможно, я оказалась первой, кто попросил взять меня в жены, но уж точно не последней. Я закатила глаза, и Дерек рассмеялся.

— Ну хорошо. Тогда расскажите, как вы поживаете? Выходит, теперь консультируете Инквизицию?

— Вынужденно, — вздохнула я, размышляя, как много могу рассказать Дереку. Я знала, что болтать лишнего о деле не стоит, но он и так был в курсе расследования. — Тот вор, о котором мы говорили с вами при прошлой встрече, ограбил и мою лавку. Вероятно, искал что-то из работ дедушки. Меня попросили помочь с этим делом, и я согласилась.

О том, насколько моя помощь пока оказывалась бесполезной, я предпочла умолчать.

— Какой ужас, — поразился Дерек. — Вы не пострадали?

— Только моя гордость и кошелек, — я постаралась отшутиться, но в его глазах было столько сочувствия, что я невольно прониклась. Последние дни и правда выдались не из простых, а за всеми делами у меня даже не осталось времени на жалость к себе. — На самом деле, вышло все довольно скверно. Пропали ценные для меня вещи, лавка в ужасном состоянии… Ох, простите, я не собиралась жаловаться.

Я попыталась отмахнуться, но Дерек остановил меня, накрыв мою руку своей.

— Даже не думайте извиняться. Мне жаль, что так вышло.

— Спасибо, — я невольно улыбнулась. Услышать эти простые слова было на удивление приятно.

— И как ваши успехи в расследовании? — спросил Дерек, возвращаясь к своему бодрому тону. — Уже напали на след преступника?

Я усмехнулась, орудуя ножом и вилкой над отбивной:

— У нас есть пара мыслей, но, думаю, звать репортеров пока рано.

— А что с тем артефактом, о котором вы спрашивали у дедушки? Нашлось что-нибудь?

Выдать ничего секретного я не могла, поскольку сама не представляла, что мы ищем:

— Увы. Кстати, а ваш дедушка ничего не вспомнил на этот счет? — я спросила, но тут же прикусила язык. Выходило, будто я послушалась Алистера и пытаюсь выведать у Дерека, что ему известно. Я совсем не собиралась этого делать.

— Нет, — поморщился мужчина. — Вы только дали дедушке повод в очередной раз порассуждать о том, каким прекрасным человеком был его друг. Чтоб вы знали, мне достались полчаса нравоучений.

— Ваша жертва ради общего дела, — кивнула я с серьезным видом, вызвав у Дерека усмешку. — Но, честно говоря, мне приятно это слышать. Вчера мы общались с бывшим учеником дедушки, и он наговорил… в общем, его слова были далеки от комплиментов, и это заставило меня задуматься, все ли я знаю о дедушке. Мне было не так много лет, когда он умер.

Дерек отпил вина, раздумывая над