Сделай мне красиво! - Дина Зарубина

Брат Освальдо принес не так давно поднос с чайником, чашками, с плюшками и печеньем. Я потрогала, чайник был еще горячий.

– Сам бери.

– Нельзя! – зашипела, зафырчала лисогусеничка. – Дай!

– Ладно, тебе плюшку или печенье? – я протянула вазочку пушистику.

Тонкая черная лапка с коготками сцапала печенье. Вторая ухватила плюшку. Смешной голый хвост щелкнул по столу. Крылышки растопырились, зверек вспорхнул к стеллажу и резво зашуршал наверх.

– И все? А где спасибо? А поговорить? – крикнула вслед.

– А что с тобой разговаривать? – на миг высунулся черный острый носик. – Дура беспамятная! Попроси Амину помочь, она может.

Я застонала. Дожилась, Марьяна, гусеницы обзываются. Еще и Амина какая-то! Меня заново познакомили с послушницами, Амины среди них не было. Самая надоедливая и нудная была Ольза. По счастью, у нее была работа в мастерской, а моя работа заключалась в попытках читать неведомые кракозябры. Не знаю, зачем это было нужно магистру. Торчит в монастыре третью неделю. Может, у меня была не простуда, а банальный инсульт? Тогда бы и провалы в памяти объяснились, и утраченные навыки. Бывают инсульты в шестнадцать лет? А отчего же нет, если у школьников инфаркты перед ЕГЭ случаются.

В библиотеку вошла темноволосая девушка с серыми глазами. Голубая косынка до плеч говорила о том, что она не монашка и не послушница, а пансионерка. Я равнодушно отвернулась к окну.

– Ого! – сказала девушка. Она подошла к столу и смотрела на меня с прищуром. – А проклятье-то выгорело. Начисто.

– Какое проклятье? – изумилась я. И эта пристукнутая на всю голову?

– Проклятие невезения. Прости, я не хотела, чтоб оно на меня переползло, вот и избегала тебя, – девушка самым вульгарным образом уселась на стол напротив меня. – Спрашивай, у тебя же вопросы были.

– Может и были, только я не помню, – неохотно ответила на щедрое предложение.

– Ты одаренная, – шепнула девушка, испуганно оглянувшись.

Я скептически подняла брось. Ага, магии мне только не хватало!

– Да как же это, – девушка нахмурилась. – Так не бывает!

– Я же сказала, не помню ничего.

– Вот это прочти! – она наугад открыла книжку и ткнула пальцем в строчки.

– Не могу. Не умею. Пробовала уже.

Девушка потребовала дать ей руку. Я неохотно протянула ладошку. Вторую руку девушка положила мне на лоб. И сказала что-то непонятное: «Ме́ру дра́ку охрия́ки, си́нгу фа́ни а́рки». Дальше я не расслышала от внезапной головной боли. Ладонь на лбу горела невыносимо жарким пламенем, но отстраниться мне странная девушка не дала. Бубнила и бубнила свою скороговорку.

– Все, – улыбнулась она. Соскочила со стола и убежала.

А я осталась сидеть за столом с раскалывающейся от боли головой и слабостью во всем теле. По вискам тек пот. Из носа потекла теплая

струйка, я смахнула ее и пальцы окрасились красным. Что за чертовщина?

– Что это было, Пух? – задала вопрос вслух. И никак не ожидала получить на него ответ. Черная мордочка высунулась со стеллажа.

– Это Амина.

Глава 11

Что за Амина такая, если у меня ноги трясутся, руки дрожат, а из носа течет кровь? Никогда не страдала от слабости носовых капилляров! Что она со мной сделала? На лбу ожог должен быть. Кое-как встала и поплелась в свою келью, придерживаясь за стеночку.

– Лотта! А я тебе шла… Тебе плохо? – Какая-то монашка остановилась и подхватила меня.

– Голова кружится.

Меня довели до кельи, помогли лечь, и даже накрыли одеялом.

– Так я скажу дядьке твоему, что ты приболела и за стену не выйдешь.

– Да, пожалуйста, – прошептала я. Мне только родственников не хватало! Чтоб они сразу увидели, что Лотта не та. Подставная. Они-то девушку знали хорошо. Перед глазами все кружилось, серые мушки загораживали предметы. Легла, а мне еще хуже, будто меня крутит в водовороте… буэ!

– Ах ты, батюшки! – меня ловко повернули и сунули под нос тряпку, которую я тут же обблевала. – Позову сестру Поликсену!

Ничего не могла сказать, меня мутило, будто я катаюсь на карусели. Обессиленно опустила голову и отключилась. Что-то этот мир мне не сильно рад, раз я тут все время в отключке валяюсь, успело мелькнуть в голове.

– Нет, магистр, она не беременна! – зазвучал опять тот же пронзительный голос. – Это совершенно исключено! Лотта невинная девушка!

– Одно вовсе не исключает другого! – возразил мужской голос. – Почему она такая слабая? Ее родственник говорит, что не припомнит, чтоб она болела!

– Пусть говорит! Только кто же ему поверит? Она приехала истощенная, как веточка!

– Лотта! Лотта! – меня потрясли за плечо. Не хочу, не буду просыпаться!

– Оставьте девушку в покое! Сейчас ее жизни ничего не угрожает, я ей оставлю укрепляющую микстуру.

У тумбочки тихо звякнуло, раздались шаги, и я осталась одна. Одна? В самом деле одна, какое счастье! Не келья, а проходной двор. Со вздохом перевернулась на спину.

Если мне не станет лучше, я эту Амину сдам магистру с потрохами. Она точно ведьма, раз видит проклятия и умеет насылать порчу. Почему я ее к черту не послала сразу же? И этот шнырь… хмырь, хухрик мохнатый? Ясно же, что нечисть, а она только обманывает людей и радуется.

Как мне плохо! Хуже, чем с похмелья! Из-за плохой переносимости алкоголя я пила совсем мало, но иногда бывало, увлекалась. Один веселый вечер равен полностью потерянному рабочему дню. А тут без всякого веселья сплошные негативные последствия! Обидно же! За что страдаю? За дурость! Нашла, кому поверить!

Я бездумно пялилась в потолок и ощущала, как проходит дурнота. Я пошевелилась. Руки-ноги слушались хорошо. А спина-то! Спина! Когда сидишь на работе и столько же дома у компьютера, доделывая срочные заказы? Потом разогнуться не можешь, как старуха, ноги приволакиваешь.

Спина была, как новенькая! Позвоночник с легкостью поворачивался во все стороны без хруста и скрипа. Повалялась и хватит, вставать надо. Тряхнула головой и будто молния взорвалась перед глазами. Мультик с нехитрой жизнью Лотты замелькал, завертелся, ввинчиваясь в мозг.

Ага, ага… вот оно, значит, как. Проклятие теперь и я видела, вроде полупрозрачного дымного паука на голове девочки, потом девушки. То-то она косорукой и неуклюжей всем казалась, попробуй что-то сделать, когда тебя паутинками густо оплели и тянут. Ты хочешь налево, а тянут направо. Тебе надо вперед, а нога подвернулась и летишь ты на землю, сдирая коленки. Роняя все, за что удержаться пытаешься. Разбивая, проливая, рассыпая все, что в руках было.

Увидела тетку, грузную, крикливую, увидела лавку с дамским бельем. Во-от откуда панталоны кружевами машут! Я даже засмеялась от облегчения. За мной-то особой слабости к