Барышня из забытой оранжереи - Лилия Орланд

Я тоже двинулась за ним, стараясь обходить паучьи нитки, мгновенно липнущие к коже и волосам. Ящики для рассады подберу. Нужно хоть какую-то пользу извлечь. Судя по солнцу, мы полдня провозились, осматривая сараи.

– А это что? – голос Михая отвлёк от тягостных мыслей.

У стены стояло нечто большое и прямоугольное, доходящее мне до пояса. Оно было накрыто тёмной парусиновой тканью и завалено хламом. Поэтому в первое посещение мы его не заметили.

– Снимай, – скомандовала я мальчишке, и он резко сдёрнул материю.

В воздух поднялось облако пыли и сора, заставив нас расчихаться.

– Ты бы поаккуратней, – ругнулась я на Михая, но в этот момент под парусиной обнажился деревянный ящик.

В чёрных петлях торчал замок. Похоже, ткань чем-то пропитали, и она не пропускала влагу, поскольку на металле не было видно даже пятнышек ржавчины.

– Надо его открыть, – я чувствовала, как у меня вспотели ладони.

Эта находка вызвала массу эмоций, главной из которых было предвкушение. Я чувствовала, что это оно. То, что мы так долго искали.

Ещё с полчаса ушло на поиски лома. Однако когда Пров повернул замок, чтоб было удобнее сбивать, за ним обнаружился висящий на ленте ключ. Он подошёл к замку и провернулся, стоило приложить небольшое усилие.

Мальчишки предоставили честь открытия мне. А сами наблюдали, затаив дыхание.

Ящик оказался заполнен деталями, обёрнутыми промасленной бумагой. Разворачивая каждый свёрток, мы открывали части механизма: медные трубки и клапаны, потускневшие от времени, деревянный поршень, изогнутый железный рычаг.

Мы вынесли всё это наружу и разложили на расстеленной парусине. Обёрточную бумагу я сложила обратно в ящик, уверенная, что она ещё пригодится.

Раскрыв дневник на странице со схемой сборки насоса, мы начали сравнивать детали. Определяли последовательность соединений, поминутно сверяясь с рисунком. Некоторые моменты Валентин пропустил, видимо, считая их несущественными. Чтобы заполнить лакуны, нам пришлось изрядно попотеть, перекладывая и поворачивая громоздкие части.

Забыв о еде и правилах приличия, мы ползали по парусине и траве. Чтобы не мешался, я обернула подол вокруг ног и заткнула за пояс. У всех троих руки, лицо и одежда были перепачканы маслом. Я до крови расцарапала ступню, поскольку скинула туфли и даже не заметила, в какой именно момент.

Однако глаза у всех сияли радостным блеском, потому что сборка подходила к концу. И чем больше проступали очертания агрегата, тем сильнее была радость. А нетерпение так и вовсе захлёстывало.

Насос оказался сложнее любого конструктора или пазла, которые попадались мне в прошлой жизни. Но и он в итоге поддался нашей дружной команде.

Работали до поздних летних сумерек. Прервавшись лишь однажды, когда одна из горничных принесла корзину со снедью и водой. Спасибо Марше, которая подумала о барышне и её помощниках. Есть особо не хотелось, а вот вода пришлась кстати. День выдался тёплый и солнечный.

Трубу собирали последней, а приладили её уже и вовсе в сгущающейся темноте.

И лишь тогда, усталые, но довольные, мы остановились.

– Отложим испытания до завтра? – предложила я, оглянувшись и заметив, что уже почти ночь.

– Хорошо.

– Давайте, – согласились мальчишки вразнобой.

Однако в голосе обоих слышалось разочарование.

– Или сейчас опробуем, а с утра уже по мелочам пройдёмся?

– Да! – я улыбнулась их единодушию и согласилась.

Мне и самой не терпелось проверить работу насоса. Мы направили трубу в пруд, расположенный недалеко от сараев, но столкнулись с проблемой – длины не хватило. Буквально полтораметра не доставало до воды.

Я стояла у заросшего рогозом берега и думала, что делать.

Может, мы что-то пропустили. Или кусок трубы затерялся. Или я не рассчитала, начав сборку слишком далеко. В любом случае эти полтораметра всё решили, сделав наши попытки бессмысленными.

– А давайте дотащим, а? – предложил Пров. – Оно ж на парусине стоит, она крепкая. Выдюжит.

– Должна, – поддержал его Михай, добавляя: – Наоборот надо переделать. Сначала трубу в пруд сунуть, а к ней уже насос подтягивать. Так видно будет, сколько не хватает.

– Какие ж вы у меня молодцы! – восхитилась я, в очередной раз понимая, что угадала с помощниками.

Мы отсоединили трубу от насоса и потащили её к пруду. Уже в полной темноте опустили в воду. Я даже не смогла проверить, как она легла. Решила, что за один раз илом механизм не забьёт.

Затем мы вернулись к насосу, мальчишки подхватили парусину с двух сторон и сами потащили к трубе. Мне доверили придерживать край.

– Не след барышне тяжести таскать, – авторитарно заявил Пров. Михай его поддержал. А я не стала спорить, улыбаясь покровительственному тону.

За этот день мы достаточно сблизились и даже подружились. Я всё время забывала о своём старшинстве и общалась с мальчишками на равных. Перестав меня пугаться и ожидать окрика, они стали обычными подростками – быстрыми и смышлёными. Готовыми помогать, полностью погрузившись в процесс, если самим интересно.

Несмотря на то, что я только придерживала край, перемещать насос оказалось непросто. В собранном виде он весил больше центнера. Натянутая до предела парусина потрескивала, грозя порваться. К тому же расстояние до трубы оказалось больше, потому что сначала другой край лежал на берегу, а сейчас мы опустили его глубоко в воду.

Когда дотащили, крепить пришлось на ощупь. Работали мы в полной тишине. На разговоры уже просто не осталось сил.

Наконец насос был полностью собран и готов к работе. Мальчишки с обеих сторон взялись за рычаг, но качать не начинали, ожидая моей команды.

– Поехали, – тихо, почти шёпотом проговорила я.

Голоса тоже не было. Кувшин с водой давно опустел. Во рту пересохло. Руки и ноги налились тяжестью, а спина отказывалась сгибаться. И только желание убедиться, что насос рабочий, скреплённое силой воли, всё ещё удерживало меня в вертикальном положении.

Мальчишки начали раскачивать рычаг. Их движений я уже почти не видела, скорее, ощущала по движению воздуха и лёгкому поскрипыванию железа.

Прошла минута, за ней – вторая. Я уже понемногу расслаблялась, представляя возвращение домой и гадая, что Марша оставила мне на перекус. В том, что она не забыла обо мне, я была уверена после нежданного обеда. От этих мыслей на душе становилось тепло.

Вдруг мне в лицо ударила мощная струя. Я задохнулась. Сначала. И вдоволь наглоталась пахнущей тиной воды вместе с илом. Лишь спустя несколько секунд догадалась отвернуть голову, чтобы снова начать дышать. И огласить окрестности